Моя несвободная - Элина Бриз

Когда мы переходим в комнату, где стоит кофемашина, становится немного легче. Но в этот момент за моей спиной неожиданно появляется Романов.

– Даша, – уже по голосу понимаю, что сейчас огребу от него, – это что за вид?

– Эм…, – я теряюсь, потому что не знаю, что сказать.

– Ты договор читала свой? Там есть пункт «требования к внешнему виду сотрудника».

– Не читала, – сквозь зубы выдавливаю. Когда бы я его интересно успела прочитать, если всего полчаса, как пришла.

– Прочитай и чтоб больше я тебя здесь в таком виде не видел. Ясно?

Не нахожу в себе сил ответить, только кивнуть. Секретарша Алла тут же пихает мне в руки этот несчастный договор, и я начинаю читать. Дохожу до пункта номер пять и мне хочется зареветь в голос. Хотя этого вполне стоило ожидать. Здесь кругом такая роскошь и сотрудники фирмы должны во всем соответствовать. Тем более секретарша. Она же сидит в приемной.

Где я возьму деньги, чтобы купить такую дорогую одежду? Не к Роме же мне идти, черт возьми. И отступать уже поздно, я слышала, как Романов давал распоряжение своему юристу по поводу фирмы моего мужа.

К концу рабочего дня мне удается так себя накрутить, что я опять начинаю плакать. Или это напряжение последних дней из меня так выходит. Сбегаю в туалет и пытаюсь там остановить свой бесконечный поток слез. Но они не хотят останавливаться. В итоге беру бумажное полотенце, мочу его в холодной воде и прикладываю к лицу.

Внезапно двери открываются и передо мной появляется злой Романов. Мне становится еще хуже, потому что меня даже в женском туалете не хотят оставить в покое. Я усиленно отворачиваюсь, чтобы он не заметил моих слез.

– Даша, – рычит он на меня, – ты работать вообще собираешься? Ты для чего сюда приехала? Чтобы в туалете отсидеться?

***

Я не могу ему сейчас отвечать, иначе вообще позорно разревусь во весь голос. Не люблю, когда на меня кричат. Романов теряет терпение, хватает меня за плечи и резко разворачивает к себе лицом.

Я, не желая показывать свои слезы, наклоняю голову вниз и утыкаюсь ему прямо в грудь. Абсолютно зря, потому что этот гад так пахнет, что я сейчас позорно осяду лужицей к его ногам.

– Даш? – подцепляет пальцем подбородок и заглядывает в мои зареванные глаза.

То, что я вижу сейчас в его взгляде определенно стоило моих слез, потому что там явная растерянность и безграничное раскаяние.

– Что случилось? – его голос становится ощутимо мягче и обволакивает меня как теплый плед. Главное, совсем не растаять. Помни, Даша, он может быть очень злым и коварным.

– Ничего, – отвечаю шепотом и облизываю пересохшие губы.

Его взгляд стекает на мой рот и с жадностью обгладывает его глазами. А я в этот момент осознаю, что совсем не против, если он меня поцелует. Более того, я, кажется, хочу этого. Исключительно в успокаивающих целях. Дура, блин.

– Говори, – обхватывает ладонью мою щеку и наклоняется ближе к губам. А как тут говорить, у меня язык не ворочается и губы немеют от такого взгляда.

Должно быть он обладает какими-то сверхспособностями, например, гипнозом, потому что я чувствую, что готова выложить ему все свои проблемы.

– Я не могу одеваться по дресс-коду, у меня нет ничего из того, что там перечислено. А купить мне не на что.

– Блядь, – приглушенно ругается, – извини, я не подумал об этом. Поехали со мной.

– Куда? – испуганно вскидываю голову и упираюсь кедами в пол.

– В магазин. Купим тебе все необходимое.

– Мне ничего не надо. Просто разреши мне ходить в том, что у меня есть.

– Так нельзя, Даша. Требования ко всем одинаковые. Поехали.

– Я не хочу, чтобы ты тратил на меня деньги. Я не содержанка.

– Что за глупости роятся в твоей голове? Спишем это на корпоративные нужды.

Дальше он перестает слушать мои возражения и тащит за собой на выход. Заталкивает сначала в лифт, а потом, когда мы выходим из здания, в свою машину.

Останавливаемся возле огромного торгового центра, в котором я никогда не была раньше. Почему-то сейчас меня это очень сильно напрягает. Игорь открывает дверцу машины с моей стороны и подает руку. Когда я послушно вкладываю туда свою ладонь, дергает на себя и впечатывает в свое тело. У меня перехватывает дыхание и мурашки сплошным потоком расходятся по телу. А то, что он сейчас своим горячим дыханием касается моей щеки и шеи еще больше подливает масла в огонь. Колени подгибаются, и я уже сильно сомневаюсь, что смогу идти.

Игорь шумно дышит, смотрит на меня полностью расфокусированным взглядом и нагло облизывает губы. О, черт. Не хватало еще здесь прилюдно начать целоваться. Краснею и опускаю глаза вниз. Романов тяжело вздыхает, с трудом отстраняется и что-то бубнит себе под нос. Мне даже кажется, что я слышу что-то типа «детский сад».

Он крепко берет меня за руку и решительно шагает в сторону магазина. Пытаюсь выдернуть ладонь, но он не отпускает. Блин, вот это уже точно детский сад.

Едва мы подходим к стеклянным дверям, мой взгляд цепляет знакомый силуэт возле входа в кафетерий, и я чувствую, как земля уплывает у меня из-под ног. Мой пока еще муж стоит совсем рядом, но не видит меня. Он разговаривает с какой-то женщиной. С очень красивой молодой женщиной. И, кстати, совсем не выглядит убитым горем или даже хоть чуточку расстроенным.

– Пожалуйста, – шепчу себе под нос, – пожалуйста, только не поворачивайся.

Но, как обычно бывает в моей жизни, все происходит в точности да наоборот. Рома поворачивается и поднимает голову ровно в тот момент, когда мы практически ровняемся с ним. Он застывает неподвижной статуей и сверлит меня нечитаемым взглядом, особенно долго задерживаясь на наших сплетенных руках. Господи, какой кошмар.

Романов ни на шаг не замедляясь, тащит меня вглубь магазина, хотя я уверена, что Рому он заметил. Снова пытаюсь выдернуть свою руку, но он не дает мне этого сделать.

Когда мы отходим на приличное расстояние от Ромы, я начинаю упираться изо всех