Моя несвободная - Элина Бриз

– О чем? – закрываю глаза и тяжело сглатываю.

– Я могу сделать тебе очень хорошо прямо здесь. Хочешь? Не раздевая тебя и почти не касаясь. Но тебе нужно попросить.

Возможно, если бы не его сногсшибательный запах и горячее дыхание на моей шее, я бы еще смогла устоять, но так мои мозги совсем отключаются, и я постепенно уплываю в какую-то сладкую темноту. Почему я всегда так на него реагирую, я же его ненавижу.

С моих губ срывается жалобный всхлип, но он по-прежнему не двигается. А мне так хочется получить разрядку, что даже внизу живота становится больно. Но просить, просить у него … я не могу. Искуситель чертов.

– Ну, давай, милая. Открой ротик, – я не понимаю, как это происходит, но я послушно открываю, – умница, девочка. А теперь скажи «пожалуйста, Игорь, сделай мне приятно».

– Придурок, – вырывается у меня сквозь зубы, и я отталкиваю его от себя. А потом хватаю за лацканы пиджака и притягиваю к себе снова. Злая, возбужденная, доведенная до ручки.

– Я тебя ненавижу, но, пожалуйста, сделай это, – рявкаю на него со злостью, – хватит издеваться.

Романов начинает смеяться, а я пыхтеть, как обиженный ежик. Но обижаюсь я недолго. Он одним движением разводит мои ноги еще шире, задирая платье до самой талии, а потом большим пальцем нажимает на самую чувствительную точку прямо через белье. Хотя там такое белью, одно название. Больше нигде меня не касается, только там, одним пальцем в одном месте.

– Смотри мне в глаза, – хрипло просит и поднимает мое лицо за подбородок.

Я с трудом размыкаю веки, потому что глаза все время закатываются от подступающего удовольствия. Когда наши взгляды встречаются я чувствую, как все тело прошибает разрядами. Невольно опускаю глаза на его губы и облизываю свои. Я так хочу, чтобы он меня поцеловал, что сдаюсь окончательно. Все равно уже показала свою слабость, какой смысл дальше выделываться.

Обнимаю его за шею, тяну на себя и целую как одержимая. Когда он врывается в мой рот своим наглым языком и сплетается в каком-то диком танце с моим, я взрываюсь от оглушительного оргазма и выгибаюсь навстречу, еще больше сокращая расстояние между нами. Почему-то сейчас его обещание меня почти не касаться мне совсем не нравится, наоборот, я хочу, чтобы точек соприкосновения между нами было как можно больше.

– Ты самая красивая девочка из всех, что я видел, – шепчет мне на ухо, а потом впивается в него зубами, – а такая, как сейчас, растрепанная, довольная и удовлетворенная ты мне снишься каждую ночь. Как же я хочу затрахать тебя до искр перед глазами, – прижимает меня к огромному бугру под штанами, – чувствуешь, как хочу?

Я краснею под его взглядом и от таких откровенных слов, но молча киваю. Мне сложно поверить, что меня кто-то считает красивой и может так сильно хотеть. Не понимаю, что он во мне нашел.

Я не помню точно, насколько громко я кричала в примерочной, до того, как Игорь начал меня целовать, поэтому сейчас стою у кассы вся красная как рак. Романов невозмутимо сгружает на прилавок кучу платьев, которые я даже не мерила, и смущенным совсем не выглядит. И разочарованным кстати тоже, несмотря на то что остался полностью неудовлетворенным.

***

С грохотом швыряю папку на стол и тупо смотрю на нее несколько минут. Я не могу работать, не могу учиться и уже несколько дней не могу как следует выспаться. А еще у меня все валится из рук.

После того безобразия в примерочной, Игорь отвез меня на корпоративную квартиру и сразу уехал, перед этим чмокнув в лоб и пожелав спокойной ночи. Никаких больше откровенных действий и даже намеков на секс.

На работе он вел себя подчеркнуто вежливо и отстраненно. А я почему-то психовала по этому поводу. И потому, что меня так сильно это задевает. Я же его после всех выкрутасов теперь на дух не переношу. То, что он сделал и в какие условия меня поставил одной жирной чертой перечеркивает любые перспективы на будущее.

Трясу головой и снова возвращаюсь к работе. Этот сумасшедший график дается мне очень нелегко. Утром учеба, днем работа и вечером тоже работа. Готовиться к занятиям я не успеваю, потому что с работы приползаю еле живая, как буду сдавать сессию, вообще не представляю.

С трудом погружаюсь в графики, снимая под столом туфли. Вот вроде и удобные они и каблук совсем невысокий, но не привыкла я к туфлям и все тут. Я не Вика, мне всю жизнь кеды подавай. Узкая юбка тоже доставляет ощутимый дискомфорт, я люблю джинсы. Но мне приходится с самого утра напяливать на себя этот дурацкий дресс-код и топать в нем сначала на учебы, где все смотрят на меня, как на сумасшедшую, а потом пилить на работу.

Хорошо хоть за мной каждый раз приезжает водитель Романова, даже не знаю, что бы было, если бы я в таком виде щеголяла в общественном транспорте. Но все-таки один ощутимый плюс от всего этого есть. Зарплата. А уже удостоилась чести получить на карту аванс. От суммы, поступившей на карту, даже сердце громче забилось от радости.

Открываю программу, сверяюсь с расписанием, заношу последние изменения и распечатываю отчеты, которые нужно будет положить моему боссу на стол в конце рабочего дня. Неожиданно дверь в приемную открывается и до меня доносится звонкий стук каблучков. Поднимаю голову и мои глаза сами по себе округляются.

Прямо передо мной останавливается миниатюрная роскошная девушка с потрясающими зелеными глазами и светлыми длинными волосами. На ней модный брючный костюмчик и туфли на высоченных шпильках. Я даже моргнуть не в силах, пораженная ее красотой, а я ведь даже не мужик. Эта шикарная блондинка спокойно стоит, ждет пока с меня спадет ступор и доброжелательно мне улыбается.

– Чем могу помочь? – с трудом прихожу в себя и рукой касаюсь своего скучного пучка на голове.

Ну, в принципе, чего удивляться-то. Если вспомнить бесконечную вереницу фотографий в интернете, с ним рядом всегда такие. Роскошные и красивые. Все ожидаемо и закономерно.

– Я зайду? Он в курсе, что я должна приехать, – сразу направляется к его кабинету и входит туда, даже предварительно не постучав. Меня окутывает облако шикарного парфюма и мое и так не идеальное настроение еще на несколько отметок