Последняя любовь капитана Громова - Лина Филимонова
- Ой, да пусть бьют, - философски изрекает Костя Кот старший. - Ему не привыкать.
- Может, хоть сочинские пацаны из него дурь выбьют, - добавляет Варлам. - Наши не смогли.
- Вы… вы что, серьезно? - вскакивает Ника.
Мама этого самого Кошака младшего.
- А ты как думаешь?
Уже на бегу произносит Костя Кот старший.
Все, включая Варлама и Виктора Петровича, уже повскакивали и куда-то несутся.
И Борис тоже!
Радостно помчался участвовать в какой-то там масштабной драке с сочинскими пацанами.
А я только недавно решила, что он взрослый адекватный человек…
51
Инга
- Саша… - растерянно лепечет Лера.
- Тоже убежал?
- Да! Куда? Зачем?
- Наших бьют, - объясняет Маруся.
- Богдана?
- Ага, его. Обычно дело. Всё будет хорошо.
- Почему ты так уверена? - спрашиваю я.
- Там Варлам. И Кеша. И Громов тоже, кстати, вполне разумный адекватный мужик. Вот если бы там был, например, мой Пашка в паре с Котом.… тогда бы я переживала.
- То есть мой Костя неадекватный? - внезапно вмешивается Ника.
Которая все это время мечется туда-сюда по ресторану. Ей запретили идти с мужиками. И она, конечно, волнуется! Ведь младший Кошак - ее сын.
- Мой Пашка неадекватный, - успокаивающе произносит Маруся. - А твой Костя просто немного авантюрный. И может попасть под дурное влияние Пашки.
- Да уж… Помнишь, как они поехали за удочками, а купили снегоход? Пытались по траве на нем гонять… И когда только они повзрослеют? - вздыхает Ника.
- Никогда. Даже не надейся.
- И что теперь будет? - спрашивает Лера.
Которая всё ещё тревожится.
- Да ничего не будет, - авторитетно произносит Маруся. - Минут через пятнадцать вернутся.
- Откуда ты знаешь? - с недоверием спрашиваю я.
- Я в этой тусовке давно.
- Точно! - восклицает Лера. - Иннокентий ваш брат, а значит…
- Да. Я их с детства знаю.
- Они всегда такими были?
- О, нет. Они были гораздо хуже. Отбитые на всю голову! Сейчас-то - взрослые приличные люди. Ну, пока детство в жопе не заиграет и труба на бой не позовет.
Маруся оказывается права.
Байкеры возвращаются минут через пятнадцать. Все - и взрослые, и молодые. И Богдан, которого тут зовут Младший Кошак, тоже. Целый и невредимый. Правда, с фингалом под глазом.
- Что случилось? - Лера набрасывается на Сашу.
- Богдан подкатил к какой-то девчонке.
- И что?
- А у неё есть парень.
- Так…
- И этот парень назначил Богдану стрелку. Богдан пришел один. А парень - всемером. Хорошо хоть, Андрюха был на стреме, позвал нас.
- И что вы сделали?
- Мы просто пришли. И они сразу все поняли. А тем, кто не понял, Варлам быстро объяснил, что они мамины писи.
Лера хихикает. Я тоже.
- Так вы не дрались?
- Не сложилось, - с сожалением вздыхает Саша. - Но, может, эта мелкая гопота захочет продолжения и позовет кого покрупнее. Вот тогда…
- Умерь энтузиазм, - произносит подошедший Борис, обнимая меня за талию.
- Ладно, умерил, - немного сникает Саша.
- Что, кулаки чешутся?
- Есть немного.
- Ну так устройте спарринги с этой гопотой.
- Хорошая идея…
- Плохая! - вмешивается Лера.
- Ой. Точно. Извини.
- Что, забыл, что у тебя медовый месяц? - смеётся Борис.
- Не забыл! Просто вы все приперлись, отвлекаете… Ладно. Все. Мы уходим. Да, Лер?
- Да.
- Ты что, обиделась?
- Нет… - надувает губы она.
- Точно?
- Точно.
- Пойдем сегодня в тот ресторан, помнишь, где в первый вечер были?
Они уходят.
- Ну все. Сашка Слон тоже стал подкаблучником, - усмехается Борис.
- Почему - тоже?
- Все нормальные пацаны, когда женятся, становятся немного каблуками. Я тоже таким стану…
И тут на его лицо набегает тень. И я понимаю, что он вспомнил про свою болезнь. Обнимаю его.
Мне так хочется убедить его, что всё будет хорошо! Я почему-то в этом абсолютно уверена.
* * * *
Вечер продолжается. Мы с Марусей умиляемся нашим детям. Борис сидит с другими взрослыми байкерами. Женская часть на танцполе. Молодежь что-то планирует в своем углу.
Я подхожу к Борису и слышу вопрос Михаила:
- Кэп, а ты чего чудишь? Написал в чате, что уехал навсегда.
Борис молчит. Я кладу руку на его плечо. Он тянет меня к себе и усаживает рядом.
Все байкеры в ожидании смотрят на него.
- Я скоро ослепну, - произносит он.
- Охренеть!
- Засада…
- Это жестко, - комментируют они.
- Да, - кивает он.
- И чё? - интересуется Пашка Кабан. - Какого хрена ты свалил-то?
- Чето психанул.
- Не, ну это понятно. Каждый может психануть от такой новости, - кивают байкеры.
- Решил уползти в лес и умереть там в одиночестве? - не унимается Пашка.
- Типа того. Не хотел никого обременять. А особенно…. - Он смотрит на меня. - Особенно Ингу.
- А как же мы? У нас же братство! Мы же друг за друга горой.
- Всегда тебя поддержим! Поможем!
- От нас-то почему свалил?
- Дурак потому что, - признает Борис.
- Молодец. Осознал. Исправился, - кивает Пашка. И бьет Бориса по плечу. - Мы рядом, братан. Всегда.
Это так трогательно! У меня слёзы на глаза наворачиваются.
- Спасибо, пацаны, - хрипло произносит Борис.
- У всех какая-то херня случается, - говорит Иннокентий. - На то и есть друзья, чтобы помогать.
- У всех будут какие-то болезни. Мы не молодеем… У кого-то ноги откажут, у кого-то печень.
- Это скорее! Надо меньше пива пить.
- Некоторых вообще ждет импотенция, - вставляет Михей.
- Чур не меня!
- И не меня!
