Жажда хаоса - Джилл Рамсовер

Мы лишь мельком увидели местность, где находилась взлетная полоса, когда шли из ангара к самолету. Однако почти все было покрыто снегом, так что это не сильно помогло. Приходится полагаться на дедукцию.

Мне удалось примерно определить, где находится хижина — в ста километрах к северо-востоку от Л’Аскенсьона. Место крушения не могло быть дальше пары километров оттуда, а в воздухе были не больше тридцати минут до того, как разбились. При средней скорости в триста километров в час это дает радиус в сто шестьдесят километров, причем аэродромы на южной стороне гораздо более вероятны, чем на северной. Было бы полезно, если бы в сельской Канаде не было безумного количества небольших частных аэродромов.

Учитывая все факторы, я остановился на трех, которые, как мне кажется, наиболее вероятны. Единственный способ подтвердить это — лично отправиться туда и увидеть все своими глазами.

Может быть, это пустая трата времени, гнаться за ответами таким образом. Кто-то скажет, что сделано, то сделано, но я не такой. Мне нужно знать, кто был ответственен. И хочу, чтобы все в городе услышали, как я выследил каждого из них.

Как только семья позволяет взять в заложники такого человека, как босс, это начало конца. Это пахнет слабостью. Уязвимостью.

Я отказываюсь это допустить.

Даже если не буду у руля, когда все закончится, я не стану человеком, который привел семью Моретти к краху.

— Мне нужно уехать из города на несколько дней, — говорю я Джино за ужином. — Не знаю точно, сколько это займет, но я буду на связи.

— Ты что-то нашел?

Пожимаю плечами и вытираю губы салфеткой.

— Возможно. Надеюсь. В любом случае, я должен попробовать.

И никто другой не сможет сделать это за меня. Если найду аэродром, где нас держали, уверен, что это приведет к полезной информации. И как только выясню, кто был ответственен, я вырву им глотки. Никто не может так поступать с Моретти и остаться безнаказанным.

Джино одобрительно кивает.

— Я буду здесь, чтобы помочь, чем смогу, с этой стороны. — Он откидывается на спинку стула и делает глоток вина. — Я думал о том, что мы обсуждали. Если ты действительно хочешь, чтобы я взял на себя управление, то сделаю это, но не хочу, чтобы ты торопился с решениями. Сначала закончи это дело и посмотри, как ты себя почувствуешь потом. Остальное может подождать.

Оно может подождать, но ничего не изменится. Я хочу Шай, а она все равно останется Байрн.

Оставляю свои мысли при себе и просто киваю.

— Сколько людей ты планируешь взять с собой?

— Думаю, возьму Этторе и попрошу его привести четверых своих самых надежных солдат.

— А как насчет твоего брата? Томмазо уже почти двадцать. Ему не помешал бы опыт.

Раздражение быстро портит мое настроение. Джино не ошибается, и я ценю его мнение, но ситуация с моим братом сложная.

— Эта миссия слишком важна, чтобы идти на ненужные риски. Мы будем на их территории. Мне нужно быть на сто процентов уверенным в каждом человеке за моей спиной.

— Справедливо. Просто помни, что он никогда не станет таким, если не дашь ему шанс.

Джино знает, как и все остальные, что мозг Томмазо работает не так, как у нас. Это создает проблемы каждый раз, когда мы пытаемся ввести его в дело. Общение с ним — это вызов, в лучшем случае. Самое обидное, что парень настоящий гений. Он чертовски умен, но почему-то не может понять самых простых инструкций. Я не знаю, как это решить, и сейчас не время практиковать терпимость. У меня и так полно забот, так что разбираться с Томмазо сейчас не вариант. Я даже не хочу это обсуждать.

— Кстати, о детях, как твоя орава?

Он усмехается.

— Стало тише, когда Пип съехал.

— Это хорошо или плохо?

— Черт его знает. — Он качает головой и смеется.

Мы проводим остаток ужина за более легкими темами, обсуждая семейные драмы и спортивные новости. Я потерял отца раньше, чем должен был, но считаю себя счастливчиком, что у меня есть такой дядя, как Джино, чтобы помочь заполнить эту пустоту. Ноша, которую несу, становится намного легче, когда он рядом.

Два дня спустя мы вшестером садимся в частный самолет и отправляемся в Канаду, не зная, что нас ждет. Мы так загружены оборудованием и припасами, что пилот сообщает нам, что придется заправляться на каждой остановке. Мне плевать. Можете быть уверены, я беру с собой арсенал оружия, спутниковый телефон, аварийное оборудование и запас провизии на неделю.

Я видел странные взгляды, которые некоторые парни бросали в мою сторону, но проигнорировал их. Они могут подкалывать меня после того, как проведут три недели в хижине, охотясь за едой. А до тех пор пусть держат свои рты на замке.

Первая остановка оказывается пустышкой. Нам даже не нужно выходить из самолета, чтобы понять, что это не тот аэродром, который я ищу. Напротив ангаров стоит новенькая водонапорная башня. Ее не было на спутниковых снимках Google Maps, иначе я бы сэкономил нам время. Мы заправляемся и отправляемся к следующей остановке.

Как только приземляемся, я понимаю, что нашел свой аэродром.

ГЛАВА 44

Кто такая Нана Байрн? Это восьмидесятипятилетняя бабушка, которая передвигается с помощью ходунков, но каким-то образом все еще дергает невидимые ниточки, управляющие семьей.

Она мой кумир.

Мне нравится думать, что мы родственные души.

Если бы она родилась в современное время, точно бы управляла этой семьей. Нана жесткая, проницательная и безупречно преданная. Она еще и с чувством юмора, а перепить за столом может любого. Кто бы не восхищался такой женщиной?

Неудивительно, что я оказалась у нее дома. Не могу представить, как можно принять какое-то важное жизненное решение, не обсудив с ней. Я ценю ее мнение не меньше, чем чье-либо другое, если не больше. Наверное, поэтому мне понадобилась целая неделя, чтобы добраться сюда. Я не боюсь ее реакции, как таковой, но не хочу разочаровывать.

— Знаешь, я, конечно, волновалась, но не так, как волновалась бы, если бы это был кто-то другой. — Она грозит мне пальцем, а в глазах блестит ум. — Я знала, что моя Шай найдет способ вернуться домой. Я