Эмин. Чужая невеста - Ая Кучер

«Я не хочу развода».

Это ведь очень быстро сказать, можно без предисловий. Если бы Хаджиев хотел — он бы смог сказать, не успела бы перебить. Но он этого не говорит, а слушать оправдания или объяснения… Не хочу.

Придушить его хочу.

За то, как целовал меня, как прижимал к себе. Как смотрел, и мне казалось, что я — вся для него. А получается… Что же это получается? Почему в школе не учат тому, как правильно выбирать мальчиков, которым щедро вручаешь своё сердце.

«Эмин, я тебя, кажется, люблю».

Это тоже очень просто сказать, но страшно. До остановки пульса, сбитого дыхания и покалывания на кончиках пальцев. Если мои чувства ему не нужны, то будет только хуже.

Я стойко молчу до самого города, хотя слова рвутся из меня. Первой выскакиваю на темную улицу, шагаю к административному зданию. Чем быстрее мы покончим с этим, тем легче будет двигаться дальше.

Мне ведь нужно съехать куда-то уже сегодня.

А… Как вообще жить дальше?

— Мы хотим развестись, — бросаю женщине, пугаю парочку молодоженов. — Прямо сейчас.

— Так быстро не получится, — женщина качает головой, а я смотрю на Эмина. — Быстро только пожениться можно.

— Договорись, — шепчу Эмина, бью его в бок. — Детей у нас нет, ни на что не претендуем, не делим имущество. Я не хочу быть замужем за ним!

Вместо крика получается какой-то жалобный всхлип. Отворачиваюсь, когда Эмин притягивает меня к себе. Мягко обнимает, словно у него есть такое право.

— Заполните заявление, оплатите госпошлину, — перечисляет женщина, даже не отрываясь от своего журнала. — Где-то через месяц…

— Нам нужно сегодня. Эмин, скажи ей.

— Не знаю, красавица. На самом деле, у нас есть имущество, за которое я готов с тобой побороться.

Я хмурюсь, пытаясь понять о чём говорит мужчина. Разворачиваюсь к нему, но по лицу ничего не понять. Прогоняю в мыслях все покупки, но там ничего не было, за что можно спорить. Разве что…

— Мои картины ты обещал оставить мне! — женщина шикает, но я её не слушаю. — Ты не имеешь на них права.

— Я не о них говорю, красавица. Щенка мы завели в браке. Он — совместно нажитое имущество. И отказываться в твою пользу я не собираюсь.

— Красавчик? Но ты даже животных не любишь! Зачем тебе он?

— Резко полюбил.

Если бы мы не были среди людей, я бы обязательно ударила мужчину. Но вместо этого прожигаю его взглядом. Красавчика! Он хочет забрать моего щенка, словно недостаточно сделал больно.

— Не слушайте его, — прошу администратора, а Эмин сжимает пальцами мою талию. — Мы только вчера завели.

— Но в браке, — поддакивает мужчина. — Это ведь тоже можно через суд делить? — получает ленивый кивок. — Видишь? Красавчик наш общий щенок.

— Эмин, ты хочешь поиздеваться надо мной?

— Нет, хочу я кое-чего другого. Ты послушаешь меня, не перебивая, и мы сделаем всё по моему плану.

— Хорошо, говори.

Я фыркаю, злюсь на мужчину за всю эту ситуацию. Если он так хочет объяснить, почему вдруг потерял интерес ко мне — ладно. Вряд ли он может сделать ещё больнее. Тогда зачем?

— Мы сейчас напишем заявление на развод, — говорит спокойно, а женщина за столом вздыхает. — И…

— Без проблем, — я ведь уже согласилась, что ему ещё нужно от меня?!

— …И, — произносит с нажимом, заставляя меня замолчать. — После этого ты сходишь со мной на свидание.

— Да я поня… Что?

Открываю и закрываю рот, теряя свой дар красноречия. Я часто моргаю, впиваясь взглядом в мужчину, но тот никак не реагирует. Только улыбается легко, пальцами касается моей ладошки.

Ведёт вверх до запястья, нежно касается кожи. Мурашки табунами бегут по коже, устраивают соревнования с бабочками в животе. А я задыхаюсь, так сильно всё сжимается внутри, и не понимаю Эмина.

— Зачем? — выдаю тихо, сжимаюсь в ожидании нового удара словами.

— Потому что я хочу сходить с тобой на свидание. Не только на свидание. Ты мне нравишься, красавица, это ведь очевидно.

— Но зачем тогда разводиться?

— Потому что у нас всё кувырком в отношениях. Ты сама говорила, что не понимаешь, как себя вести и что между нами происходит. Ты права, этот брак очень странным получился. Я хочу начать заново, в правильном порядке.

Мне нужно скинуть руку Эмина, отскочить от него и требовать развода дальше. Но я стою, кусая губы. Пытаюсь осмыслить сказанное, чуть наклоняю голову, рассматривая мужчину.

Нравлюсь ему?

— Так что, красавица? — его ладонь ложится на моё лицо, поглаживая. Эмин наклоняется, задевая своим дыханием. — Дашь мне шанс сделать всё идеально в этот раз?

— Это только ради Красавчика, одно свидание.

— Как скажешь.

Усмехается так, словно ни капли не верит моим словам. Внутри всё затихает, мирным штилем оказывается. Всё так просто, боль исчезает, вместо неё расцветает глупая надежда.

Нужно было послушать Эмина ещё в доме, не перебивать его.

— Молодые люди, — регистраторша тяжело вздыхает, отрываясь от чтива. — Вы разводитесь или нет?

— Разводимся, — уверенно кивает мужчина, а потом добавляет тише, только для меня. — Слишком мне понравилась брачная ночь, можно повторить. Да, красавица?

Я фыркаю, закатываю глаза и ничего не отвечаю. Как далеко он заглядывает, хотя разговор только про одно свидание был. На которое я пойду только из-за щенка, определенно.

А если я соглашусь на второе свидание…

Просто я очень жалостливый человек, не могу отказать молящему человеку. А Эмин, гад такой, и не умоляет. Даже не спрашивает, просто ставит меня перед фактом. И взгляд у него такой, что если не получит от меня «да», то просто похитит.

Против такого похищения я совсем не против. Хаджиеву — можно. Ему, на самом деле, можно всё. Целовать меня до первого свидания, прижимать к себе, нагло лапать прямо в ресторане.

И нужно было видеть глаза регистраторши в ЗАГСе, когда спустя три месяца после развода — мы приехали подавать заявление на регистрацию брака.

Эпилог. Дина

— Черт!

Я подорвалась с места, когда услышала хлопок двери. Эмин вернулся с утренней пробежки, радостно затявкал Красавчик, который за несколько месяцев вымахал.

Маленький рыжий предатель теперь всегда выбирает Эмина для прогулок! Ещё и обиженно фыркает, когда с ним иду я. Ведь с мужчиной можно побегать, а со мной приходится тормозить.

Я ещё раз поправляю прическу, на которую убила полчаса, а потом забираюсь в кровать. Взбиваю подушку и