Искушение для грешника. Бонус - Саша Кей
— Только попробуй хвостом повертеть, жить будешь в койке, пока не проникнешься.
— Но Ба…
— С Розой Моисеевной я сам разберусь.
Пф-ф-ф…Я не стала напоминать Олегу, что с Ба не смогли разобраться два мужа и двое сыновей. Пусть развлекается, кто я такая, чтобы мешать человеку прыгать на мины…
Утром я просыпаюсь одна.
Возможно, потому, что не сильно утром. Раевский, как и обещал, уже куда-то умотал, а я, кряхтя, как древняя бабуська, встаю с кровати далеко не с первого раза. Ну вот как так получается? Я вчера только лежала, мне даже бёдрами двигать не давали, а ощущение, что я вагоны разгружала. Причём тем самым местом.
Уверена, гад Раевский как огурчик.
Именно в этот момент, когда я смотрю на помятую мордень в зеркале, ко мне приходят все остроумные и ядовитые аргументы, которые вчера ждал Олег.
И больше всего меня бесит свинский подход: это что за новая тактика в семейной психологии? Затрахать, чтобы сил не было на скандал? Так он себе представляет взрослые отношения?
Я киплю, вспоминая его «теперь мы можем поговорить».
Кто может, а кто только ногой дёргать был способен.
Сегодня я подготовлюсь!
Не дамся, пока не выскажусь!
Остаётся всего ничего — придумать внятные претензии, потому что у меня только невнятные. Я и сама это понимаю и от этого злюсь ещё больше.
И ведь два дня назад всё было тихо и мирно, а теперь буря в отдельно взятом стакане. Ну, баба Роза…
Бульканье поступившего сообщения добавляет мне скипидара на пятую точку.
«Эль, всё в силе?»
Блин, Марк!
Совсем забыла про него! Это из-за Олега!
И проспала я из-за него!
«Да! Прости, немного опаздываю! Уже подъезжаю!» — отбиваю я, бегая в поисках трусов.
Господи, кому я вру? Мы с Марком сколько встречались? Ладно, я буду стремительна. Молниеносна. И я теперь сама вожу машину. Шокирую бывшего опозданием всего на 40 минут, вместо часа.
Собираюсь как на пожар.
Едва вспоминаю дать корма истошно орущему Эклеру.
Уверена, Раевский его покормил, но с меня тоже трясут хавчик, хотя я точно знаю, что у кота с Олегом свой собственный мужской утренний ритуал, в процессе которого животине выдаётся сливочное масло, а потом влажный корм. Один с утра читает новости в телефоне, а другой рядом масляным языком вылизывается.
Водитель я трусливый, но сейчас самые пробки, все медленно тащатся.
К набережной, где мы и договорились встретиться с Марком, я приезжаю с опозданием в час двадцать. Просто рекорд.
Бывший послушно ждёт меня на летней веранде, коротая время за видеозвонком.
Приближаясь, я понимаю, что разговаривает он со своей нынешней, которая, по официальной версии, разлучница.
Сейчас можно было бы устроить лёгкую месть, подойдя к Марку сзади, чтобы попасть в кадр, поцеловать его в щеку и сказать: «Привет, милый!», но ладно, что было, то прошло.
Так что я, как порядочная, сначала привлекаю внимание Марка, чтобы он успел отключиться.
Нам обоим, в общем-то, неловко.
Это ж надо так умудрить накосячить обоим, каждому есть за что краснеть.
Передача объектива происходит быстро, но, чтобы встреча не выглядела окончательно дебильной, мы заказываем кофе.
Официант, подошедший ко мне, удачно заслоняет солнце, и я, наконец, перестаю щуриться.
И отхватываю почти инфаркт.
За панорамным окном кафе, на веранде которого сидим мы с Марком, я вижу знакомую фигуру, которая смотрит на меня в упор поверх крошечной кофейной чашки для эспрессо, выглядящей в этих лапищах нелепо.
Смотрит в бешенстве, я буквально чувствую волны агрессии, пронизывающие пространство.
Раевский, вообще-то, и сам сидит с девушкой. Я гордо вздёргиваю подбородок, но тут к этой блондинке склоняется третий персонаж за их столиком. Девица явно его, и я под удивлённым взглядом Марка начинаю сползать под стол.
Глава 9
Переоценка
— Эль, всё хорошо? — уточняет офигевший Марк, и я понимаю, как глупо выгляжу.
То, что официант и бровью не ведёт, дела не меняет. Он, наверное, и не такое видел.
— Нет, всё плохо, — бормочу я, нервно облизывая губы. — Олег здесь.
— Твой Раевский? И что? Мы же ничего плохого не делаем… — не понимает бывший.
Ему легко говорить. Это не он вчера рассказывал Олегу про нового жениха, и не его потом отодрали так, что до сих пор чувствуется.
— Угу, ничего плохого. Но это знаем только мы, — я слежу за тем, как Раевский оставляет чаевые, не разрывая со мной зрительного контакта, и поднимается.
— Эля, ты преувеличиваешь. Мне твой нынешний не нравится, но он вполне адекватен. Если что, я всё ему объясню, — спокойный Марк только усиливает моё внутреннее ощущение, надвигающегося звездеца.
Олег и его компаньоны по кофе поднимаются.
Я машинально фиксирую, что блондиночка очень смазливая. Типаж «хорошая девочка». И Раевский бросает на неё немного умильный взгляд, когда она кладёт руку на вполне внушительный беременный животик.
Такие ему нравятся, да?
А девчонка цепляется за локоть товарища, которого я, наконец, узнаю́, хотя пока вижу лишь в профиль. Ящер. Эм… Денис Гордеев. Опасный перец, хотя весь такой в белом пальто для основной публики. Когда появилась новость, что Ящер пошёл в политику, дядя Гера с нескрываемым злорадством сказал, что он ждёт, когда Гордеева назначат нашим губернатором.
Быстро сопоставляю вчерашний звонок и надпись на экране телефона Раевского.
Гордеева К.
Не знала, что этот тип женат. Как эта сопля, а издалека она выглядит как школьница, вообще решилась. От взгляда Гордеева оторопь берёт. Брр.
Правда, пока эта троица идёт к выходу, я замечаю, что на свою спутницу Ящер смотрит совсем не так, его лицо не смягчается, но… как-то заметно, что она для него особенная. Гордеев как бы транслирует всем: она королева. [Историю отношений Дениса Гордеева и Ксении Егоровой можно прочитать в романе «По праву сильного»]
И мне вдруг хочется, чтоб Раевский на меня так смотрел.
Да, сейчас он игнорирует все пожирающие взгляды горячих милф, что сидят в зале, но… ОН МОЙ!
Чудовище с перебитым носом МОЁ!
Парень в чёрном открывает дверь перед беременной девушкой, и до меня долетает её нежный голосок:
— Коля, не нуди. Панорамное окно — это не страшно. Тут нет укрытий, — устало она объясняет качку, который морщится и подозрительно зыркает глазами по сторонам.
Следом выходит Ящер.
