Месть. Без права на прощение - Яна Клюква

— Мам, да я не голодаю, — отмахнулась она. — Вы ведь не сидите на кухне безвылазно. Поем, как только захочу. Перестань переживать за меня. Я уже взрослая.

Глава 3

Я с трудом дожидаюсь окончания выходных и с радостью спешу на работу. Приезжаю в офис за час до начала рабочего дня, готовлюсь к еженедельной планёрке и вхожу в общий зал, где стоит длинный стол, во главе которого уже восседает Елена Викторовна. Она скупо кивает, взглянув на меня, и не произносит ни слова. Я присаживаюсь, поправляя распечатанные ранее листы бумаги с вопросами, которые собиралась обсудить, и стараюсь выглядеть совершенно безразличной.

Я думала, Елена Викторовна захочет обсудить пятничную ситуацию, тот разговор, что мы подслушали на корпоративе, но она молчит, полностью игнорируя меня. И я решаю, что, наверное, сейчас не время и не место об этом разговаривать.

Вскоре зал заполняется другими руководителями проектов. Муж устраивается напротив меня, широко улыбается и подмигивает, как будто мы с ним какие-то заговорщики. С трудом выдавливаю улыбку, в то время как сама хочу брезгливо поморщиться.

И тут начинается какой-то персональный ад. Елена Викторовна, как будто с катушек слетает, начиная распекать меня в несуществующих грехах. Заявляет, что я пропустила сроки сдачи проекта, который вела самостоятельно, обвиняет в том, что я не расписалась за корреспонденцию, которую принёс курьер, плюс говорит, что какой-то клиент так и не дождался от меня ответа на своё письмо. Я то бледнею, то краснею, уставившись на начальницу, сижу не в силах пошевелиться, ощущая себя овцой на заклании. Что на неё нашло? Это ведь всё неправда. Но едва я открываю рот, чтобы возразить, как Елена Викторовна вскакивает со стула и кричит, чтобы я не смела произносить ни звука, что её не интересуют мои жалкие оправдания, и что она теперь берёт меня на карандаш и будет тщательно следить за моей работой.

Коллеги с сочувствием смотрят на меня, а вот муж… Муж как будто рад тому, что сейчас происходит. Он, конечно, пытается состроить грустное выражение лица, но в глазах его я вижу настоящий огонь. Он рад, он наслаждается этим зрелищем.

— Все свободны, — рявкает Елена Викторовна. — А вы, Людмила, задержитесь. У меня есть ещё ряд вопросов, которые я хотела бы выяснить.

— Ладно, — тихо отвечаю я и, сжав ладони в кулачки, остаюсь на своём месте, пока другие грохочут стульями и покидают конференц-зал.

Как только за последним руководителем закрывается дверь, начальница откидывается на спинку сиденья и проводит рукой по волосам.

— Прости, Людмила, — выдыхает она.

Я изумлённо вскидываю брови и смотрю на женщину.

— Что? — еле слышно выдыхаю я.

— Извини, говорю за этот спектакль, — усмехается она. — Но это было необходимо. Денис должен думать, что я от тебя не в восторге и что ты висишь на волоске от увольнения. Тогда, по идее, мне будет проще поверить, что ты действительно могла вывести из фирмы три миллиона.

— Так это был спектакль? — растерянно переспрашиваю я. — А почему вы сразу меня не предупредили?

— Так если бы я тебя предупредила, ты бы не смогла так хорошо отыграть свою реакцию на мои крики, — усмехается она.

— Это было жестоко, — замечаю я.

— Я понимаю, — говорит она. — Но согласись, Денис собирается поступить с тобой намного жёстче. Как там твоя дочь поживает?

— Плохо, — честно отвечаю я. — Оказывается, мой муж уже давно пугает её тем, что она отправится в интернат.

— Вот как, — скрестив руки на груди, произносит Елена Викторовна и криво улыбается. — Каков подлец. А это точно его дочь?

— Точно, — вспыхиваю я и снова сжимаю руки в кулаки. — Это его единственный ребёнок.

После того, как начальница меня отпускает, так ничего толком и не объяснив, я иду в свой кабинет, где меня уже поджидает супруг. К этому времени Денис успевает состряпать печальную рожу и, при виде меня, поднимается, протягивая руки в мою сторону.

— Милая, как всё прошло? Что она ещё от тебя хотела?

— Ничего хорошего, — цежу я сквозь сжатые зубы. — Крыша у неё поехала. Климакс, наверное. Дура ненормальная. Вообще понятия не имею, с чего она взяла, что я должна была этот проект раньше времени закончить.

— Правильно ты говоришь, климакс у неё, — поддакивает муж, присаживаясь напротив меня. — Слушай, ты главное не переживай. Всё хорошо будет. Вот увидишь, она одумается. Ей сейчас какая-то вожжа под хвост попала. Но я уверен, что она совсем скоро забудет о всём том, что ты натворила.

Я замираю и смотрю на мужа. Похоже, он даже мысли не допускает о том, что я могу быть права в этой ситуации. За кого же он меня принимает? И это при том, что я всегда справлялась с проектами лучше него. Именно поэтому он смог убедить Елену Викторовну, что над последним проектом он бы хотел трудиться вместе с женой, чтобы, так сказать, перенять у неё какой-то опыт. Вот же я балда. Так он ведь специально напросился ко мне в напарники, чтобы меня подставить. Выходит, он всё это задумал пару месяцев назад, а я всё это время ничего не замечала. Какая же я дура.

— Слушай, если ты не умеешь поддерживать, то тебе лучше сейчас уйти, — сухо замечаю я.

— Да ладно тебе, Люд. Ну на меня-то ты чего злишься? Это же грымза на тебя накричала. А я всегда на твоей стороне. Подумаешь, сроки сдачи проекта перепутала. Как будто нельзя войти в твоё положение. У тебя и без этого проблем полно. Взять одну только Сашку, которая сейчас в том возрасте, когда все подростки творят какую-то дичь.

Мне действительно до одури обидно, что Елена Викторовна заставила меня участвовать в своём странном спектакле. Я ведь на самом деле очень ответственный работник, и мне неприятно, что теперь мои коллеги считают меня кем-то вроде аутсайдера. А вот Денис явно радуется. Вижу его довольное лицо и хочется передёрнуть плечами.

— Всё с нашей дочерью в порядке, — цежу я, не разжимая зубов.

— Конечно, в порядке, — отмахивается он. — Мне кажется, все подростки сейчас проходят через подобный период. Ты прости, что я постоянно указываю на её странное поведение. Но Сашка реально бесит последнее время. Ведёт