Котяра - Лина Филимонова

- Не того, чего хочешь ты!

- Я? Я дружить хочу.

- А он жениться.

- Что, уже и предложение сделал? - насмешливо произносит Котяра.

- Представь себе! - выпаливаю я.

- И что ты ему ответила?

- Согласилась.

Передо мной появляется морда кота из Шрэка:

- А как же я?

9

Костя

Этому я научился у Пашки Кабанчика. Если у тебя есть соперник, то не надо уводить у него девушку. Надо поступить наоборот! Увести у девушки мужика. Кабанчик такой трюк проделывал, когда Маруся использовала меня, чтобы вызвать его ревность. Он просто увел меня пить пиво и трепаться про футбол.

Маруся меня использовала… Ника проделала тот же самое, пытаясь вызвать ревность Михея. Мля… а ведь меня все девки используют.

И никто по-настоящему не любит.

Вон, Ника замуж за жука Валеру собралась. Совсем рехнулась, что ли?

А он меня удивил. Не ожидал я от него такой прыти. Он же мамина пися! В прямом смысле и в классическом варианте. Живет с мамкой, ищет себе удобную жену, которая будет обстирывать, кормить и вообще всячески обслуживать. Желательно с жилплощадью. Ника - идеальный вариант. Ну, он так думает.

А я?

- А как же я? - срывается с моего языка.

- А что ты?

- Беспокоюсь о тебе. Как друг.

- О себе побеспокойся! - огрызается Ника. - Не пора ли тебе домой?

И смотрит за угол магазина, где скрылся Валерчик. Хочет, чтобы я убрался до его возвращения. А я размахиваю связкой рыбы и говорю:

- Пива хочу. И тебя, - добавляю я.

Потому что этот момент кардиган Ники распахивается, и из него вываливаются две офигенные наливные сиськи… Она все-таки надела нормальный топ! И правильный лифчик. Который не прижимает и не прячет грудь, а выставляет ее напоказ. Чтобы я любовался. Вспоминая маленькие упругие сосочки…

Ну да, Ника холодная. Пофиг. Соски-то у нее горячие. Я невольно облизываюсь, представляя, как касаюсь их языком…

- Ты что творишь? - орет Ника.

И лупит меня ладошкой по щеке.

Мля… А что я творю?

Я, оказывается, сжимаю ее грудь. Сам не понял, как мои лапы оказались на запретной территории. Вообще себя не контролирую. Наваждение какое-то!

А дерется училка больно. Щека горит. Я отступаю в сторону. Но по дороге цепляю ее кардиган. Задираю его. И смотрю на попу, обтянутую тесными брючками. Раз уж получил по роже за нахальство - буду нахальным до конца.

- Вау, - говорю я. - Теперь понятно, почему Валерчик сделал тебе предложение. Скажи мне спасибо. Тема сисек и жопки раскрыта полностью.

Ника толкает меня еще сильнее, возвращает на место свой кардиган, запахивается поплотнее. И зло выпаливает:

- Спасибо!

Уже на ходу. Потому что идет она к своему подъезду. А я… Я остаюсь ждать ее жучару. Посмотрим, чем он дышит.

* * *

Я беру у Валерчика пиво и сажусь на лавку.

- Прямо здесь? - он неуверенно озирается.

- Ну да. Мы же нормальные гопники. Ты что, никогда во дворе пиво не пил? И не щемил проходящих мимо пацанчиков?

- Ну… - снова мычит он.

Да ежу понятно, что это не он щемил, а его щемили. Таких маминых пись нормальные ребята всегда гнобят. Такие, как я.

Ага, мне сейчас невыносимо хочется дать нему под зад с ноги. Чтобы летел и пердел до самого дома. И дорогу сюда забыл!

- Ника не обиделась? - спрашивает Валера.

- На что?

- Ну… что мы без нее…

- А ты что, везде за ручку с мамкой привык ходить?

Жук Валера бычится и наливает пиво в пластиковый стаканчик. Запасливый, прикупил.

Мне пить вообще не хочется. Тем более, с ним. Но побазарить надо.

- А как же я машину поведу? - вдруг осеняет это недоразумение.

- Я тебе трезвого водителя вызову.

- А… ну ладно.

Он даже не говорит, что вызовет сам! Привык, что мамка ему зад подтирает.

* * *

Валерчик пытается трещать про рыбалку и лещей. Я сам мечтаю дать ему горячего леща, но вместо этого умело перевожу разговор на баб.

- Я вольный стрелок, - заявляю хвастливо. - Подход к телкам знаю. Мне любая даст.

- Да… - завистливо присвистывает Валера. И, набравшись храбрости, выпаливает: - А Ника… она… ты… вы…

Че он там жует своими мелкими зубками? Сопли?

- Ника вообще не в моем вкусе. Она же, между нами, холодная… Льдина, а не женщина.

- Холодная… - задумчиво повторяет Жучара.

- Ну, я, например, люблю страстных девчонок. Горячих. Таких, знаешь, чтобы заводились с полоборота. Понимаешь?

- Ага, - кивает Валерчик.

Ишь ты, понимает он…

- А ты таких не любишь?

Он сначала кивает. А потом выдает:

- Для семьи такие не подходят. Я же не шлюху ищу, а мать своих будущих детей.

Шлюха? Он сказал “шлюха”? Надо же, какие слова знает этот чухан.

- На свадьбу пригласишь?

- Пока рано говорить о свадьбе.

Да? Предложение сделал, а о свадьбе говорить не хочет… Что-то тут не сходится!

Но, блин, мне-то что? Пусть женятся.

Они идеально подходят друг другу. Она - синий чулок, он - мамина пися. Ищет себе вторую мамку. А мамка, ясное дело, сексуальной быть не должна.

Для секса можно найти что-нибудь на стороне…

Бесит он меня. Невыносимо бесит. Так, что хочется взять его за хилую шейку и размазать мордой об асфальт. Прям руки зудят! Но знаю, что нельзя. Ника меня возненавидит… А его пожалеет и приласкает.

Я смотрю на ее окна. Представляю, как она там снимает свои брючки и эту открытую маечку… Мля. Очень тупо сидеть со стояком рядом с Валерчиком!

- Ника, иди к нам! - ору я.

Неожиданно для самого себя.

- Ты что! - испуганно дергает меня Валерчик. - Люди же спят!

- А Ника не спит. Вон, у нее свет горит.

- Ника-а-а!!! - снова ору я на весь двор.

- Эй, заткнись! - рявкает на меня какой-то мужик с балкона на третьем этаже.

- Не заткнусь. Ника-а-а!

Нет, я не пьяный.