Старение. Почему эволюция убивает? - Петр Владимирович Лидский

Во время похорон деда у меня состоялся знаменательный разговор с его второй женой и мачехой моего отца Инной Максимовной Бернштейн. Она была известным переводчиком, сделавшим доступными для русского читателя многие классические произведения английских и американских писателей. Хотя главным ее трудом был русский перевод «Моби Дика» Германа Мелвилла, ее жизнерадостный характер часто заставлял ее обращаться к произведениям английских сатириков, таких как Джером К. Джером или Уильям Теккерей. В тот день она сказала мне со своей обычной мягкой улыбкой, в данном случае горькой: «Видишь, Петя, жизнь — такая странная штука. Вроде бы только начал жить, а смотришь — уже все, конец». Знали бы вы, как мне сейчас стыдно! В той ситуации я не нашел ничего лучшего, как прибегнуть к тем самым аргументам, с которыми я только что так энергично боролся, пробормотав что-то вроде: «Может, так даже лучше». Она улыбнулась в ответ: «Ты так думаешь?», а в ее глазах читалось: «Ты сам скоро узнаешь». Всего через несколько месяцев у нее случился инсульт, от которого ей не удалось оправиться. Перевод одного из романов Пелама Вудхауса о Дживсе и Вустере, над которым она работала, так и остался незаконченным. До сих пор краснею, вспоминая тот день.

Подводя итоги: я не согласен с идеей, что старение несет какую-то пользу. Считаю, что аргументы в пользу социальных преимуществ старения — это просто психологические обезболивающие, которые продолжают традицию, заложенную еще в «Эпосе о Гильгамеше».

В то же время мне бы не хотелось обвинять кого-то в недостатке мужества. Старение — глубоко личная, интимная тема для каждого человека, которую трудно отделить от тысячелетних культурных наслоений, насквозь пропитанных трансцендентальными страхами, беспомощностью и попытками самоуспокоения. Быть нейтральным по отношению к старению так же трудно, как оставаться отчужденным наблюдателем, находясь внутри действия, или быть хирургом, оперирующим самого себя.

Однако в интересах прогресса необходимо избегать искажений восприятия и исследовать как старение, так и стратегии борьбы с ним с научной беспристрастностью — и мы попытаемся это сделать. Прежде всего, мы должны договориться об определении старения.

2 Иммортализм — система взглядов, основанная на стремлении избежать смерти.

Глава 2

Что такое старение?

Организмы считаются стареющими, если вероятность их смерти увеличивается с возрастом. Напротив, смертность нестареющих организмов от возраста не зависит. Следует подчеркнуть, что при этом смертность нестареющих организмов не является нулевой. Например, если у некоторого вида животных вероятность умереть составляет 5 % в год, но этот процент остается неизменным для однолетнего, десятилетнего, столетнего и так далее животного, такой организм считается нестареющим.

Мы должны разделять биологическое бессмертие, определяемое как отсутствие старения, и словарное определение бессмертия, которое относится к бесконечной жизни и отсутствию смерти от любых причин.

В отличие от мифологических бессмертных существ, биологически бессмертные организмы могут умереть из-за нападения хищников, холода, голода или инфекции, просто вероятность их смерти не зависит от возраста. Таким образом, общепринятое определение старения — это рост вероятности смерти с возрастом.

Является ли такое определение достаточным для плодотворного исследования старения? Мне так не кажется. Это определение основано на важном наблюдении, но оно не содержит информации о причинах и механизмах снижения физических характеристик организма и увеличении вероятности смерти.

Чтобы пояснить мою мысль, предлагаю сравнить два типа определений — первое, основанное на наблюдениях, и второе, научно обоснованное, — применительно к другой медицинской проблеме, полиомиелиту.

Определение, основанное на наблюдениях: «Полиомиелит — заболевание, приводящее к пожизненному параличу конечностей или смерти». Эта модель не описывает причину или механизм и не предлагает никакого подхода к лечению. Мало того, на основе этого определения полиомиелит следует отнести к классу ортопедических заболеваний, а следовательно, в качестве приоритетного направления предлагается рассматривать, например, разработку протезов или костылей, которые позволят улучшить качество жизни парализованных больных.

Напротив, точное научное определение: «Полиомиелит — инфекционное заболевание, вызываемое полиовирусом, который в некоторых случаях поражает центральную нервную систему, что приводит к пожизненному параличу конечностей или смерти». Здесь полиомиелит классифицируется как инфекционное вирусное заболевание, проведена четкая причинно-следственная связь между агентом, вызывающим болезнь, и наблюдаемыми симптомами. В этом случае ключом к борьбе с полиомиелитом должны стать вакцинация, противовирусные препараты и эпидемиологические меры контроля.

Давайте представим себе, что мы воспользовались машиной времени и вернулись на несколько веков назад, в средневековый город, пораженный эпидемией полиомиелита. Предположим, что мы не удосужились объяснить местным врачам теорию микробного происхождения болезней, а сразу предложили им делать микроскопы, собирать ткани больных, заражать этим материалом обезьян, а затем использовать полученный материал для создания вакцины. Даже если нас не сожгут как еретиков, то наверняка отвергнут наши предложения. Средневековым врачам будет совершенно непонятно, каким образом микроскопы и обезьяны могут помочь в создании деревянных протезов, способных заменить парализованные конечности.

Этот пример показывает, что хорошее определение прокладывает путь к эффективным терапевтическим стратегиям, а плохое направляет исследования в неверном направлении и тормозит прогресс. Подходы, основанные исключительно на наблюдениях, могут оказаться неэффективными, а попытки лечить очевидные патологии без понимания причин их возникновения — привести к потере времени и сил. При помощи вакцинации человечество уже практически искоренило полиомиелит, в то время как протезы, которые могли бы полностью компенсировать вызванный полиовирусом паралич, все еще не созданы.

Увеличение смертности с возрастом — это определение, основанное на наблюдениях и относящееся к тому же классу, что и определение полиомиелита через паралич конечностей. Каково же научное определение старения? Удивительно, но если опросить специалистов, то они дадут нам совершенно разные определения 3. Отсутствие общей парадигмы делает наши попытки победить старение бессистемными и неэффективными.

Современное состояние дел в геронтологии можно сравнить с тем, что происходило в биологии инфекционных болезней до открытий Луи Пастера: объект исследования достаточно хорошо описан как феномен, но не имеет точного научного определения. Разумеется, ученые исследуют старение, и многие из них получают интересные результаты. Однако точно так же изучались инфекционные заболевания до того, как Пастер доказал микробную теорию болезней. Например, вакцина от оспы была создана до открытия патогенов. Однако без теоретической базы это единичное достижение не привело к разработке вакцин от других инфекций.

Микробная теория изменила парадигму; наука об инфекционных заболеваниях была переименована в микробиологию и фактически «перезапущена», а большая часть накопленных ранее знаний утратила актуальность. Однако в результате были созданы вакцины