Китайцы в Уссурийском крае - Владимир Клавдиевич Арсеньев
Наказание должно быть по закону и без промедления.
Закон 30. Посторонние (вай-цзя — внешнего дома), праздные люди (фу-ла-цза[57]) и бродячие (гэ-лу) разных местностей (да-цзы) отличаются хитростью и корыстолюбием и причиняют хозяину разные неприятности. Теперь решено, что на будущее время, если хозяин принимает таких людей, заключается взаимное условие по закону. Если они занимали общее помещение, то получают половину расходов. Если же они занимают большие помещения, то харчей не получают. Подрядчик платит два лана хорошим серебром и два лана менее доброкачественным. Хозяин не обязан давать им разные товары, опий или какие-нибудь другие деньги. Все доходы и расходы делятся по паям. У нарушающего этот закон конфискуется на 400 фунтов имущества, и он подвергается 40 ударам бамбуком.
Закон 31. Если работники, отправившиеся в горы, вследствие большого снега или болезни не могут вернуться назад, то хозяин обязан послать на розыски и помочь им возвратиться. У хозяина, виновного в нарушении сего закона, конфискуется на 200 китайских фунтов имущества и, кроме того, виновный подвергается наказанию 20 ударами бамбуком.
Закон 32. В зимнее время путешественникам и купцам не разрешается на санях возить водку для продажи ее в горах. Разрешается иметь только для своей надобности водки до 10 фунтов. У кого же будет водки более 10 фунтов, тот считается виновным. У виновного конфискуется на 200 китайских фунтов имущества, и он наказывается 20 ударами бамбуком.
Закон 33. Всякий путешественник или купец, проезжающий через район, платит за стоянку и ночлег в день в гостинице от местности Коу-цзы до Чэн-цзы (см. зак. 17) или Бань-ла-во-цзя — 40 копеек, до Мяо-эр-лина (см. закон 17) — 50 копеек; до Цин-цзу-га-ла-туна — 60 копеек; до местностей Тай-цзя-бе, Си-бэй-ча, Сян-шуй-хэ-цзы, Лао-лю-шана — 70 копеек; до Хо-ши-гоу-цзы — 80 копеек; до Си-да-туна (см. зак. 17) — 1 рубль; до Ша-хэ-цзы — 1 руб. 20 коп.; до местности Кун-лун-бе, Сань-ча-цзы — 1 руб. 20 коп. Если же проезжающий доедет до границы района, то он может остановиться в двух верстах за границею.
Просим извинить наших друзей.
Закон 34. Никакому купцу — ни в посаде, ни за границей его, ни богатому, ни бедному — не разрешается в горах продавать товары или производить куплю-продажу собольих шкурок. У виновного в нарушении сего закона конфискуется на 200 китайских фунтов имущества, отбирается одна жирная свинья и, кроме того, виновный наказуется 20 ударами бамбуком.
Не должно допускать изъятий из этого закона.
Закон 35. В округе купцам, имеющим старые долги за инородцами (да-цзы), разрешается отправляться в горы и требовать свои долги. Но отныне впредь уже не разрешается по-старому кредиторам отправляться к инородцам, да-цзы, и требовать новые долги. Только когда да-цзы с санями возвращается с охоты домой, можно требовать с него долг. Если да-цзы не имеет дома, то долг разрешается требовать только на реке. У виновного в нарушении сего закона конфискуется находящегося при нем имущества на 200 китайских фунтов, отбирается одна жирная свинья, и виновный наказывается 20 ударами бамбуком.
Закон 36. Если да-цзы должен китайцу деньги, будет ли то большая или малая сумма, то не разрешается китайцу стрелять из ружья, а также снимать с должника одежду. У виновного в нарушении этого закона конфискуется имущества на 200 китайских фунтов, отбирается одна живая свинья, и виновный наказывается 20 ударами бамбуком.
В 33-й год правления Гуань-Сюя 4-го числа 3-й луны (то есть 15 марта 1906 года).
Подлинные законы тщательно скрываются от русских и хранятся или в кумирне, или у главного старшины цзун-да-е, а выдержки из них даются на руки главному писарю и исполнителю закона.
Интересно, что в этих законах нигде ни слова не говорится о браке, женщинах и детях. Это потому, что китайских женщин в крае нет вовсе, а орочские и гольдские женщины, отобранные от инородцев силою, поступают к китайцам в качестве наложниц. Видно, что китайцы совсем не хотели считаться с этим вопросом и умышленно обошли его молчанием.
Затем в статье о работниках говорится, что в случае их самовольного ухода от хозяев ранее срока не хозяева вознаграждают работников, а наоборот, работники своего хозяина. Это правило явилось следствием недостатка в рабочих руках.
Изложенные выше законы помечены 1896— 1906 годами. Было бы ошибочно думать, что в настоящее время организации эти исчезли. Они стали еще сложнее. Теперь общество Гуан-и-хуэй, находящееся в крае, тесно переплетается с различными торговыми ассоциациями, как это мы увидим ниже.
Китайские организации в городах
С 1910 года русское правительство начинает принимать энергичные меры к борьбе с китайским засильем в Уссурийском крае. Учреждаются новые лесничества и увеличивается лесная стража. Как только китайцев начали прижимать в тайге, они все бросились на мелочную торговлю, на торговлю вразвоз и на скупку пушнины у инородцев.
Надо поражаться, с какой быстротою они сумели организовать это дело. Тут наблюдается правильная организация, целая система, малозаметная со стороны для простого глаза. В настоящее время нет ни одной деревни, в которой не было бы китайской лавки. Лавки эти не есть самостоятельные торговые единицы. Получая из городов от главных фирм лежалые товары и всякую заваль, они успешно сбывают ее по высокой цене в провинции как за наличные деньги, так и в обмен на предметы охоты, даже на овощи, зерновые продукты и пр.
Свидетельства на право скупки пушнины китайцам выдает владивостокская городская управа. Какое отношение городская управа имеет к пушному промыслу во всей Приморской области, сказать трудно!.. Это недоразумение, оставшееся от прежних лет. На самом деле под личиной торговца вразнос и скупщика пушнины в китайце всегда скрывается хищник. Раз только он придет с продовольствием и с инструментами в такое место, где нет инородцев или где невозможно заниматься скупкой мехов, — он будет хищник-соболевщик. Эти хищники прежде всего стараются оградить себя со стороны чинов лесной стражи и поэтому всегда запасаются разного рода рекомендательными письмами и промысловыми свидетельствами. Под покровом этих документов китайцы едут в самые тихие таежные районы и там на свободе занимаются охотой и звероловством.
Торговые интересы китайцев в городах тесно связаны с морскими их промыслами и с деятельностью в тайге соболевщиков. Связь эта в значительной степени поддерживается при помощи морского каботажа.
Китайский каботаж в Уссурийском крае особенно развит в заливе Петра Великого (в районе Посьет и зал. Америка).
С высоких гор, окаймляющих Владивосток, наблюдателю открывается далекий вид в море. В ясную погоду отсюда видно, как
