Поговорим о нас - Джейсон Гэддис

Джейсон Гэддис

Поговорим о нас. Новый подход к поиску взаимопонимания

Эту книгу хорошо дополняют:

Обними меня крепче

Сью Джонсон

Нетревожные отношения

Лесли Беккер-Фелпс

Всегда желанные

Эстер Перель

Любовь на всю жизнь

Харвилл Хендрикс и Хелен Хант

Подходим друг другу

Амир Левин и Рэйчел Хеллер

Информация от издательства

На русском языке публикуется впервые

Гэддис, Джейсон

Поговорим о нас. Новый подход к поиску взаимопонимания / Джейсон Гэддис; пер. с англ. Е. Петровой. — Москва: Манн, Иванов и Фербер, 2023. — (Любовь и отношения. Лучшие книги для пар.)

ISBN 978-5-00195-284-8

Все права защищены.

Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

Copyright 2021 by Jayson Gaddis

This edition published by arrangement with Hachette Go, an imprint of Perseus Books, LLC, a subsidiary of Hachette Book Group Inc., New York, New York, USA. All rights reserved

Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «Манн, Иванов и Фербер», 2023

Часть I. Перед конфликтом: что такое конфликт и что такое ноль?

Глава 1. Моя конфликтная жизнь

Умение мирно решать конфликты — лучшее, что мы можем дать своим детям.

Мистер Роджерс

После перемены, усаживаясь на свое место за Кейси Хендерсоном, я случайно пнул ногой его стул. Кейси обернулся и сказал, что наваляет мне после уроков. Меня накрыло такой волной ужаса, что я потерял дар речи. К шестому классу я окреп, но оставался чувствительным, эмоциональным и чутким мальчиком. Драки — последнее, что меня интересовало. Соглашусь на рукопашную — он точно меня побьет, откажусь — рискую прослыть слюнтяем и слабаком. В обоих случаях я оставался в проигрыше.

Что же я сделал? Пошел против своих принципов и согласился драться. Поглазеть на потасовку собрались все мальчики из нашего класса. Они окружили нас с Кейси плотным кольцом в дальнем углу детской площадки и скандировали: «Бей его! Бей его! Бей его!» Деваться было некуда. Я вдруг вспомнил, что отец несколько раз говорил мне: «Если придется драться, всегда бей первым». Работать кулаками я не умел, поэтому дал оплеуху. Зрители зашумели.

Внезапно Кейси, опытный в драках, повалил меня на землю. Тут я озверел, адреналин подскочил, и мне удалось сбросить соперника с себя.

Мы поднялись на ноги, и время как будто остановилось, когда я увидел летящий мне в лицо кулак — Кейси врезал мне прямиком над левым глазом. В ту же секунду кто-то завопил: «Мистер Тоннисон идет!» Директор приближался так стремительно, что его галстук развевался на ветру. Ребята бросились врассыпную, а я побежал домой и всю дорогу проплакал от стыда и страха.

Мама пришла в ужас оттого, что я ввязался в драку, но быстро обработала опухший глаз. Когда вернулся отец, я боялся посмотреть ему в лицо. Он улыбнулся и спросил без намека на сочувствие:

— Ну что, ты первым бил?

Весь вечер дома я не знал, куда деваться от унижения, а наутро понуро поплелся в школу. Учительница мисс Джемисон вывела нас с Кейси в коридор и закрыла за собой дверь в класс.

— Я слышала, вы вчера подрались.

Мы кивнули.

— Ну тогда извинитесь друг перед другом.

Я сказал:

— Извини.

Кейси повторил за мной. Учительница впустила нас обратно, конфликт был исчерпан.

Или не был?

Что я узнал о конфликтах

Хотя отец учил меня бить первым, из его и маминого поведения я сделал вывод, что драться и ссориться — плохо. Они никогда не ругались. В школе я думал, что разборки устраивают только плохие дети, а хорошие ничего такого не делают. Кейси был плохим, а теперь и я. Через несколько месяцев я перешел в средний класс, и друзей у меня не было.

Тот конфликт стал первым из многих. Это была инициация, оставившая неизгладимый след. Так продолжалось много лет: ссора, прекращение общения, разрыв, снова конфликты, избегание и так далее.

Из этого опыта я сделал вывод, что после конфликта достаточно извиниться — и все будет в порядке. Но у нас с Кейси никогда и ничего не было «в порядке». В конце концов я понял, что извинения лишь прикрывают раны, как пластырь: люди ненадолго отстают, и жизнь идет своим чередом. Но, несмотря на мои извинения, конфликты не исчерпывались. Раны продолжали воспаляться.

Я много раз наблюдал, как отношения портятся, если люди не приходят к согласию: дома, в школе, в спортивных секциях и на работе. Сам я, не зная о роли конфликтов в отношениях, не один год провел в тупике и унынии. В детстве меня удручало, что не могли договориться даже якобы любящие друг друга взрослые.

После одиночества и травли в средних классах школы я осознал, как много для меня значат отношения. Вписаться в общество и нравиться людям — все, чего мне тогда хотелось. Для человека потребность в принадлежности одна из главных. Нет ничего важнее отношений.

В Гарвардском исследовании развития взрослых подтвердилось, что качество прожитой жизни оценивают преимущественно по отношениям[1]. В полотно нашей жизни вплетены все, с кем мы контактировали, а крупные, разноцветные орнаменты сложены из значимых отношений. Отчетливые воспоминания, плохие и хорошие, обычно связаны с другими людьми: друзьями, родными, любимыми и коллегами. Самую большую радость и боль доставляют окружающие. Хорошие отношения необходимы для долгой и здоровой жизни, и неразрешенные конфликты изматывают, вызывают стрессы и болезни гораздо сильнее, чем кажется[2].

Когда никого нет рядом, некому обнять и подбодрить, становится очень одиноко. Считается, что одиночество влияет на организм хуже, чем ожирение или выкуривание пятнадцати сигарет в день[3].

Зачем нужны конфликты

Раз так важно поддерживать хорошие отношения, почему это трудно дается? С самыми близкими страшно ссориться. Если не помириться, не только останется обида. Еще можно лишиться брака, семьи или работы — а все это необходимо для безопасности и выживания. Мы готовы делать что угодно — избегать конфликтов, предавать себя, лгать, — лишь бы не потерять важные для нас отношения. По иронии судьбы это лишь усугубляет вероятность столкновения. Нами правит глубоко укоренившийся страх отвержения и покинутости, и ситуация не изменится, пока мы не научимся улаживать конфликты.

Я долго учился, чтобы стать психотерапевтом, а в последние двадцать лет был коучем у нескольких тысяч человек. У меня было