Неврозы: клиника, профилактика, лечение - Михаил Ефимович Литвак

кафедру и в семью родителей. Опять возобновились конфликты, которые становились все более напряженными. Интенсивно заниматься оформлением диссертации не могла, но тем не менее работа в этом плане продвигалась. В начале зимы Н. перенесла грипп средней тяжести. С высокой температурой продолжала работать. Через несколько дней температура упала, но самочувствие не улучшалось: беспокоили сильная слабость, утомляемость, головные боли, боли в пояснице, пропал аппетит. На работе сосредоточиться не могла. Лечение общеукрепляющими средствами, малыми транквилизаторами эффекта не давало. В это время состоялась конференция, несмотря на то, что Н. просила отсрочку. Ее подвергли жестокой критике за несвоевременное окончание работы. Кроме того, в выступлениях всех сотрудников звучал один мотив: критиковать легче, чем работать.

С этого момента состояние Н. стало заметно хуже, нарастала астения, то и дело появлялись неприятные ощущения во внутренних органах. Старалась не посещать врачей, но тем не менее обследовалась для исключения органического заболевания почек, желудочно-кишечного тракта. Один раз обследовалась в терапевтическом стационаре. Выписана была с диагнозом дискенезии кишечника. Консультировалась также у невропатолога. Постепенно все выраженной становились депрессивные компоненты в эмоциональном спектре. В течение полугода лечилась амбулаторно у психиатра, который применял транквилизаторы для улучшения сна, малые дозы медиирамина, тонизирующие и общеукрепляющие средства. Выраженность симптомов колебалась, но значительного улучшения состояния не было, и Н. была направлена в клинику для консультации и решения вопроса о стационарном лечении с вышеперечисленными жалобами.

Соматический статус. Органической патологии нет. Лабильность пульса.

Неврологический статус. Гипергидроз рук и стоп, умеренное оживление сухожильных рефлексов.

Психический статус. Держалась несколько напряженно, пытаясь сдержать слезы. Говорила о своих неприятностях с усмешкой. Охотно рассказывала о конфликтах на работе и в семье, обвиняя своих партнеров по общению. О своих интимных переживаниях говорила неохотно. При попытке врача как-то оправдать ее партнеров, становилась гневливой. Гнев легко переходил в слезы, лицо покрывалось пятнами. Сказала, что у нее все время что-то болит, после конфликтов состояние ухудшается, иногда даже короткое время не может громко говорить и становятся ватными ноги.

Анализ случая. Жизненный путь больной, характер ее отношений, стиль поведения (легкость возникновения новых контактов, выраженная конфликтность, высокая заинтересованность работой и хорошие контакты на деловом уровне) позволяют типировать комплекс «творческого высокомерия». Компенсаторные механизмы – уход в работу. Вот что пишет сама больная, характеризуя взаимоотношения на работе: «Когда эти отношения формальные – все прекрасно. Поддерживаю многолетние отношения с коллегами из других городов и стран».

Однако уход в работу оставлял неудовлетворенной потребность в эмоциональных связях, что являлось источником постоянного эмоционального напряжения. Невротический срыв возник, когда под угрозой оказалась профессиональная деятельность. Сама больная связывает свое заболевание с гриппом. Истинной причиной следует считать ее малоадаптивный личностный комплекс, обусловливающий формирование неполноценных отношений. Заболевание дебютировало астеническим синдромом в его гиперстенической форме. Здесь можно проследить, как возникновение психопатологического синдрома вызывает негативные проявления в других составляющих. Структура синдрома достаточно сложна. В него входят истерические компоненты, сенестопатии, навязчивые размышления. На последних этапах возникла депрессивная симптоматика.

Диагноз – протрагированный астенический невроз с астено-депрессивным синдромом.

Лечение. Стратегической целью была коррекция личностного комплекса с помощью тренировки общения. Из медикаментов был назначен электронок в дозах, вызывающих реакцию активации, а также феназепам, галоперидол и карбонат лития. Подбору доз больная была обучена. В плане моделирования эмоций врач во время беседы согласился со всеми доводами больной, которые она приводила. Больная довольно быстро успокоилась, уменьшилась напряженность, которая была заметна в начале беседы. Но когда врач предложил ей способ решения спорных вопросов и рассказал о технике общения с использованием трансактного анализа, последовал взрыв негодования. Больная обвинила врача в прагматизме, оппортунизме и т. п. Возникла довольно бурная дискуссия, но к этому времени у больной уже не было и следов подавленного настроения. Постепенно «уступая» больной, врач согласился с некоторыми ее доводами и попросил у нее помощи как у преподавателя, пригласив на одну из своих лекций и занятия групповой терапией. После лекции и занятий больная сделала врачу ряд замечаний, но ее собственная позиция стала менее жесткой. Уже через неделю больная отметила, что реже ввязывается в конфликты на работе, настроение и сон улучшились, прошли неприятные ощущения в теле.

Через две недели больная поняла, что в конфликтах виновата во многом она сама, что видно из ее отчета: «Дело в том, что меня на конфликт легко спровоцировать: уровень профессиональной компетентности ставит меня в позицию Родителя, а несогласие или резкий тон приводят к тому, что я начинаю упрямиться. Попытки самостоятельно выйти из этого положения привели меня к неврозу: я уходила в себя или общалась на уровне ритуала. Перемены произошли, когда удалось разобраться в причине конфликтов при помощи занятий».

Катамнез. Через месяц больная прекратила прием лекарств, но регулярно посещала не только психотерапевтические занятия в группе, но и все лекции, где обсуждались проблемы общения (на факультете усовершенствования врачей, в группе психологического тренинга для студентов медицинского института, на лекциях для преподавателей по психологии педагогического процесса). Стала понимать необходимость компромиссов.

Защита кандидатской диссертации прошла успешно. По ее материалам была опубликована монография. Н. начала применять принципы общения в педагогической деятельности, в результате чего напряжение при чтении лекций уменьшилось. Конфликты стали возникать гораздо реже. Успокаивалась быстрее. В 1984 г. больная поступила в докторантуру.

Во время оформления документов в докторантуру возникали сложные проблемы. Сценарий поведения обговаривала во время бесед с врачом. После докторантуры Н. стала работать в одном из научных учреждений Москвы. Вышла замуж. При контрольном осмотре отметила, что стала менее строго относиться к недостаткам людей, но все же иногда ввязывается в конфликты. В этот период возникают легкие невротические симптомы периода болезни, которые держатся недолго, несколько часов. Потери трудоспособности нет. После анализа своего поведения все проходит. На следующий день старается исправить допущенную ошибку.

3.4. «Я+, BЫ–, ОНИ+, ТРУД–» (личностный комплекс «чистого высокомерия»)

Эти больные по характеру межличностных отношений напоминают больных с комплексом «творческого высокомерия». Однако труд ими рассматривается лишь как источник материальных благ. Отличием этой группы от двух предыдущих являлась определенная асоциальность (если не в поступках, то в намерениях).

Жизненная траектория больных данной группы напоминала таковую группы больных с комплексом «творческого высокомерия», но происходило здесь все на более низком социальном уровне. Компенсаторными механизмами являлись склонность к накопительству, сомнительный в моральном плане образ жизни, иногда гиперсексуальность. Отсутствие стойких и глубоких межличностных контактов и удовлетворения от своей деятельности обусловило возникновение фонового эмоционального напряжения, в структуру которого входили тревога, гневливость, некоторая подавленность.

Таблица 5

Предиспозиционные факторы развития заболевания при личностном комплексе «чистого высокомерия»

Больные