Пятнадцать суток на любовь и риск - Амира Алексеевна

— Добрый вечер, — голос у него был спокойный, глубокий. — Надеюсь, я не опоздал?

— Да что вы, Илья Александрович! Мы только сейчас все собрались здесь, еще даже не садились за стол. — Засуетилась Зинаида Петровна. — Проходите, присаживайтесь.

Параллельно к столу тянулись две длинные деревянные скамьи, которые Василий Павлович соорудил как раз по такому случаю. За столом сидели Зинаида Петровна, баба Вера и сосед через дом — дед Василий.

— Василий Павлович, может, вам помочь? — обратился к хозяину дома Староверов, когда тот раздувал угли для шашлыка.

— Да, пожалуй. — Не стал отказываться от помощи дед. — Нужно насадить мясо на шампуры… — Староверов под пристальный взгляд Даши снял ветровку, повесил ее на деревянный забор, оставшись в одной белоснежной футболке, и подошел к мангалу. — Дед, где можно руки помыть?

— Амина! — окликнул дед внучку. — Проводи Илью Александровича к умывальнику.

Староверов вежливо кивнул Василию Павловичу, после чего его взгляд скользнул через двор и нашел Амину. Она стояла у стола возле мяса, смущенная.

Поймав ее растерянный взгляд, Староверов незаметно улыбнулся ей.

Даша, продолжая пристально наблюдать за ним, это заметила. Ее улыбка не исчезла с лица, а стала жесткой, натянутой, как струна.

Вечер только начинался, а в воздухе уже ощущалось что-то тяжелое, грозовое.

Пиршество началось. Все сели за стол, не дожидаясь шашлыка. Староверов и Амина отошли в сторону, к умывальнику.

— Амина, мне нужно с вами поговорить. — Тихо проговорил мужчина, намыливая руки мылом. Амина стояла рядом с ним, нервно сжимая в руке полотенце.

— О чем?

— О том конверте, который Михаил оставлял у вас. Вы ведь не читали его?

— Нет.

— Эй, чего вы там так долго? — крикнул из-за стола дед Степан. — Давайте скорее к столу. У меня тост созрел нашему новому представителю власти!

— Поговорим позже. — Старовером сполоснул руки и взял с рук Амины полотенце.

Их взгляды встретились. Сердце девушки забилось быстрее.

— Эй! — снова окликнул их нетерпеливый дед. — Давайте скорее!

От его неожиданного крика Амина вздрогнула.

— Нам стоит вернуться прямо сейчас. — Смущенно улыбнулась она Староверову и первая направилась к столу. — Я думаю, у нас еще будет возможность поговорить.

— Надеюсь. — Ухмыльнулся он и последовал за ней.

Оперуполномоченного усадили на почетное место — за торцом стола, рядом с главой семьи, дедом Амины. Сама же Амина оказалась напротив, по другую сторону стола. А Даша — через одно место от Староверова, рядом с бабушкой Амины.

— Первый тост я хочу посвятить нашему дорогому оперуполномоченному Староверову Илье Александровичу. — Дед Степан, наконец-то, дождавшись его прихода, тотчас встал из-за стола и поднял над собой граненый стакан с мутной жидкостью. Амина заметила, что Староверову налили то же самое. — Дорогому оперуполномоченному! Чтобы преступный мир держал ухо востро, а мы наши граненые стаканы! Пусть звезды на погонах сияют так ярко, что затмевают все нераскрытые дела!

— Сядь, дурак. — Шикнула на него баба Вера и дернула за рукав. Но деда Степана было уже не остановить:

— Пусть твоя интуиция всегда ведет к успеху, а смекалка помогает находить не только улики, но и место для отдыха! Успехов в службе и безграничного счастья в личной жизни!

— Дедушка, вы так долго говорите, что у меня рука устала стакан держать. — Звонко рассмеялась Даша, держа в руках такой же граненый стакан, но не с самогоном, как у мужчин, а с домашним вином бабы Веры.

— И правда, чего надумал выступить сейчас? Утомляешь только своими речами нашего гостя… — подхватила тут же баба Вера.

— Нет, почему же? Мне очень приятно слышать такие теплые пожелания. — Промолвил Староверов, искренне улыбаясь. — Спасибо вам, Степан…?

— Просто дед Степан. — Улыбнулся в ответ старик. — Будем! — Никого не дожидаясь, он залпом выпивает содержимое своего стакана.

Амина не смогла сдержать улыбки, увидев, какую гримасу скорчил полицейский, когда последовал примеру деда Степана и залпом выпил самогон.

— Ну, как? — спросил его Василий Павлович.

— Вы… Вы по многу наливаете. — Откашлявшись, ответил он.

От непривычки, на его глаза даже навернулись слезы.

— А ты закуси огурцами, — протянула Зинаида Петровна тарелку с маринованными огурцами.

— Наш человек. — Одобрительно кивнул дед Степан и громко выкрикнул: — Василий! Неси гармонь!

Дед Василий, сосед через дом, был прекрасным гармонистом, и имел изумительный инструмент.

Тосты продолжились — за труд, за весну, за хозяев. Через пару минут гармонист уже завел протяжную песню, старики подхватили.

Пока старики были заняты пениями и игрой на гармошке, Даша периодически пыталась привлечь внимание Староверова. Она ловила каждый его взгляд, каждый жест и каждое слово.

— Илья Александрович, вам, наверное, непривычна такая деревенская простота? — звонко спросила она, накладывая на его тарелку картофель. — После городских ресторанов….

— Наоборот, — ответил он, улыбнувшись ей. — Это самая лучшая еда. Вкуснее я не пробовал.

— Вы лицемерите. — Кокетливо улыбнулась ему в ответ.

— И не думал.

Амина чувствовала себя, как на иголках. Она старалась не смотреть ни на Староверова, ни на Дашу. Чтобы как-то отвлечься, она стала часто уходить в дом, заняв себя хлопотами: принести хлеба или долить в кувшин компота. При этом она ощущала на себе его взгляды — тяжелые и задумчивые, и Дашин — острый, как лезвия.

Амина оглядела всех присутствующих и поняла, что все забыли о мясе. Все так были заняты разговорами и песнями, что мясо невольно отошло на второй план.

Шумный стол, смех, музыка, попытки Даши завладеть всем вниманием Староверова, — все это стало давить на нее.

— Ба, я пойду, пожарю мясо. — Тихо произнесла она Зинаиде Петровне, поднимаясь из-за стола.

— Иди, внучка, иди. Что-то мы совсем позабыли о мясе.

Амина с облегчением вздохнула, оказавшись в стороне от всех. Здесь она, по крайней мере, не услышит Дашиных колкостей.

— Я помогу. — Прозвучал за спиной голос.

Амина обернулась. Он пришел вслед за ней.

— Хорошо. — Тихо произнесла она, в глубине души обрадовавшись ему.

Они молчали несколько минут, насаживая на шампуры мясо. Уголь уже был готов для жарки шашлыка.

— У тебя прекрасная семья. — Он первым нарушил молчание.

— Да. — Тихо ответила Амина и улыбнулась.

— У меня такое чувство, будто я с вами уже давно знаком… Мне здесь очень хорошо. Я получаю огромное удовольствие, от общения с вами. А с тобой… особенно…

Амина подняла на него глаза и замерла с шампуром в руке.

В этот момент незаметно тихо подошла Даша.

— Илья Александрович! — ее голос прозвучал как хлыст. — Вас к столу зовут. Дед Степан ждет от вас ответный тост. И ты… Амина. Присоединяйся.

Она повернулась и ушла, не дождавшись ответа.

— Если я буду пить, как дед Степан, то мне придется сегодня