Человек государев 4 - Александр Горбов

— Когда ты вернёшься со службы, будет темно, — заметил Горынин, — ничего не увидишь. Если желаешь, можем прямо сейчас устроить ознакомительную прогулку. Мы всем новичкам показываем, что где находится, — это обязательная часть командировки.

— Вот как? — обрадовался я.

Возвращаться к отчётам не хотелось. Тем более что сроки выполнения работы Оползнев никак не обозначил. Из чего я сделал вывод, что бумаги в лес не убегут, а поглазеть по сторонам хотелось. Да и Принцесса будет рада прогуляться.

* * *

Как я и предполагал, единственная жилая улица посёлка закончилась уже через четверть часа.

— А там цеха, — сказал Горынин. И махнул рукой в сторону длинных приземистых строений, стоящих на отшибе.

Посёлок был пустынным, а у цехов кипела работа. В распахнутые ворота что-то ввозили и вывозили, запрягали и распрягали сани.

— Это и есть рудник? — спросил я.

Горынин покачал головой.

— Нет, что ты! Здесь обрабатывают малахириум. Распиливают, шлифуют, оправляют в серебро. А рудник дальше, до него почти час идти.

— Отведёшь?

— Если желаешь — отведу, конечно.

Мы двинулись по накатанной санями зимней дороге. Я смотрел по сторонам, но по-прежнему видел только пологие заснеженные холмы. Очень-очень пологие холмы…

— Скажи, Никита. А Медная гора — она ведь где-то здесь должна быть, неподалеку? Я ничего не путаю?

— Все спрашивают, — кивнул Горынин. — Ничего не путаешь. Медная гора здесь.

— А почему я её не вижу?

— Потому что её нет.

Я потряс головой.

— Бр-р-р. Это как?

— Срыли гору, — объяснил Горынин. — Как у нас говорят: была, да вся сплыла! Выбирали, выбирали из той горы руду, пока всю подчистую не выбрали. Теперь уж внизу копают, под землёй. Хотя, если честно, Медная гора и была-то не то чтобы прямо гора. Обычный холм, не выше других.

— Вот оно что…

— Ага. Придём на рудник, сам увидишь. Нынче и шахты уже не те, что прежде. По последней науке обустроены, уходят и глубоко, и далеко. А уж сколько всего шахт под землёй — этого тебе даже самые древние старики не скажут. То одной лишь Хозяйке ведомо.

Глава 23

Синюшкин Колодец

Слово «хозяйка» Горынин произнёс так естественно, словно речь шла о реальном человеке — вроде нашей кухарки Лукерьи. Я даже украдкой покосился на Горынина: не подшучивает надо мной? Но нет, его лицо оставалось серьёзным.

— Одной Хозяйке ведомо? — переспросил я.

— Ну да. Земные недра — её владения. Всё Хозяйке принадлежит. Нам, людям, она лишь позволяет пользоваться своей щедростью. Но ежели что-то не по нраву придётся, отберёт.

— И ты действительно в это веришь? — вырвалось у меня. — В то, что Хозяйка Медной горы существует?

— При чём тут вера? — удивился Горынин. — Я просто знаю, что она существует.

— То есть ты сам, своими глазами эту Хозяйку видел?

— Нет, конечно. Хозяйка кому попало на глаза не показывается. Такое бывает чрезвычайно редко. А ещё реже эти встречи хорошо заканчиваются — для того, кому довелось с ней встретиться.

— Почему?

Теперь уже Горынин посмотрел на меня так, словно я не знал элементарных вещей, известных даже малому ребёнку.

— Хозяйка может показаться либо человеку, которым она недовольна, чтобы его покарать, — да так, чтобы другим неповадно было. Либо, наоборот, тому, в ком видит сродство с собой, — разъяснил он. — В ком достаточно таланта и упорства для того, чтобы стать горным мастером. Этот человек, которого Хозяйка признает достойным, навеки остаётся под землёй, в её владениях. Он отказывается от обычной жизни, но взамен обретает жизнь вечную. Он окружен красотами, которых нигде на земле не встретишь, и ни в чём никогда не будет знать нужды. Но обычные земные радости этому человеку уже недоступны. Он постепенно забывает всё, что с ним было, всю свою предыдущую жизнь. И дальше уже не ведает ничего, кроме служения Хозяйке, создания вечной красоты в её чертогах.

— Вот уж ни за что бы не согласился, — пробормотал я.

— Откуда ты знаешь? Хозяйка ведь тебя к себе не звала.

— Да уж бог миловал.

Я пытался пошутить, но Горынин был по-прежнему серьёзен.

— Ну хорошо, — кивнул я. — Своими глазами Хозяйку не видел ни ты, ни, насколько я понимаю, никто из ныне живущих. Однако вы уверены, что она существует. Так?

Горынин пожал плечами.

— Конечно. Скажи, Миша, ты изучал географию?

— Ну… Не то чтобы глубоко, в рамках гимназической программы. Но изучал, да.

— То есть тебе известно, что на другой стороне земли находится континент, который называется Америка, и там живут люди?

— Разумеется, известно.

— Вот. Хотя сам ты, насколько понимаю, в Америке не бывал и людей, которые там живут, никогда не видел. Но верить готов безоговорочно. Так?

— Так.

— В таком случае отчего ты удивляешься моей уверенности в существовании того, чего не видел я?

«Что, съел? — загоготал Захребетник. — Нечем крыть?»

Я насупленно замолчал.

За разговором с Горыниным не заметил, что мы удалились уже на приличное расстояние от посёлка.

Зато это заметила Принцесса. Она была счастлива возможности избавиться от поводка и как следует размять лапы. Принцесса убегала по дороге далеко вперёд, а потом возвращалась к нам.

— Что-то давно твою собаку не видно, — сказал Горынин.

— Да? — спохватился я.

И впрямь: Принцесса, в очередной раз убежав вперёд, не возвращалась уже довольно давно.

— Принцесса! — позвал я. — Пуся! Куда ты запропастилась?

Собака не показывалась.

— Может, птицу дохлую нашла или ещё какую дрянь? — предположил Горынин. — Грызёт, оттого и не бежит к тебе?

Я покачал головой.

— Нет, что ты! Принцесса у нас дрессированная. Приучена возвращаться по первому требованию, прежде никогда такого не было… Пуся! Ко мне!

Принцесса не возвращалась. Я встревожился уже не на шутку. Ускорил шаг. Горынин поспешал рядом со мной — благо следы крупных лап на дороге были хорошо видны.

Пологие заснеженные холмы по сторонам дороги сменились редколесьем.

— Свернула! — воскликнул я.

Следы лап резко сворачивали с дороги в сторону и уводили в лес. След терялся среди низкорослых деревьев.

Я шагнул