Ученик - Кирилл Сергеевич Довыдовский

Да, шутка про «штрафной бал» немного вышла из берегов. Вроде и все-то паре человек я их раздал, а меня уже половина народа старостой стала называть.

— Да давай какой-нибудь прикол устроим! — отмахнулся Джимпо. Ко всему, что связано с тестами, он относился максимально легкомысленно. — В прошлый раз круто получилось!

— Круто? — хмыкнул я. — А ничего, что мы чуть не померли?

— Да брось ты, живем один раз!

Речь шла об испытании по Стихии и преподавателе по ней — графе Злобине. О том самом, о котором меня предупреждал Алекс. И, как выяснилось, не зря предупреждал. Завидев меня на входе в аудиторию, преподаватель не то, что тест принимать не стал.

Он, похоже, вообще не воспринял меня всерьез.

— Как?..

Приземистый пожилой мужчина в костюме, подслеповато прищурился, глядя на меня сквозь стекла старомодных очков.

— Звездов?..

— Звездный я!

— Да?.. Впрочем неважно, — отмахнулся он. — В вас нет ни капли Стихии, молодой человек. Давайте уж не будем тратить не мое, не ваше время.

— Поставьте ноль, и я пойду! И даже время не потратим!..

— Что⁈ Нет-нет. Бумагу марать? Чернила тратить? А вы их производили, молодой человек? Вот потому мир и летит в пекло, что все так относятся. Нет, не может быть и речи. Нет таланта, значит, нет. Попробуйте себя на какой-нибудь другой стезе. Уборщиком там или почтальоном… Уверен, почтальонов много, где не хватает.

С этими словами он махнул мне рукой и тупо закрыл передо мной дверь аудитории. Внутрь которой до этого без всяких проблем впустил, например, Морыша.

Это, мягко говоря, показалось мне несправедливым.

Еще какой-то старый дурак почтальоном меня не назначал.

— Ха-ха-ха! Вы слышали⁈ — заржал кто-то неподалеку. — Почтальон!

— Слышали, — ответил я. — Тебе посылка, кстати.

Даром, что парень был стихийником, а значит влиять на него было тяжелее. Тут уж я постарался и слегка пришиб его Телекинезом об потолок. Настроение в тот момент было не очень. Перевозка трофеев с «Залива» была в самом разгаре. А я спал я тогда последний раз около суток назад.

Так что тогда я просто взялся за ручку аудитории. Хотел войти и объяснить этому «Злобному» деду, что он не прав, когда…

…неожиданно ощутил, что лечу.

Не просто лечу.

А падаю с высоты, этак, метров тридцати куда-то в сторону оранжевых огней замка. Прикосновение к ручке каким-то образом переместило меня в это место. Или, если чуток подумать, граф Злобин переместил.

— Ах ты старый хрыч!..

Причем его вообще не остановило то, что от падения с такой высоты я вообще-то должен был помереть.

И это, кстати, реально могло случиться. Пролетая мимо одной из башен, я начав тормозить себя Телекинезом, я вдруг увидел…

— А-а-а!!!

Огромную страшную пасть.

С огромными страшными зубами.

И ярко-желтым огромным глазом на бугрящейся костями наростами голове.

— А-а-а!!!

Не, заорал-то я не от страха, от неожиданности. А потом еще стал оборачиваться в полете, пытаясь понять, что это была за штука. Ничего не увидел. Но в лепешку едва-едва не превратился. Только в самый последний момент затормозил.

Уже после этого очень раздраженный я отыскал Джимпо. Предложил ему поучаствовать в «приколе». Он, конечно, согласился.

Мы пошли к кабинету Стихии. Идея была в том, что он переместит меня внутрь с помощью совей способности.

И Джимпо честно попытался.

Вот только переместились мы не в кабинет, а метров на десять на глубину в озеро рядом с замком.

Где мой прыгающий приятель еще и едва не утонул, потому что, как выяснилось, он не умел плавать. И так запаниковал, что не смог снова использовать свой Прыжок. Так что пришлось мне его оттуда вытаскивать. А потом еще и тратить Противоядие, чтобы достать воду из легких. По-другому он приходить в себя отказывался.

И какие Джимпо сделал выводы из этой истории?

Именно.

«Давай еще какой-нибудь прикол устроим».

— Как только, так сразу, — пообещал я ему. — Мне нужно понять, как сдать Стихию. И с Философией разобраться.

Кстати, именно в аудиторию Философии мы сейчас и стояли в очереди.

Остальные предметы у меня к тому моменту уже были сданы. И моя карточка сейчас выглядела так:

9. Михаил Звездный

— Стихия:

— Псионика: 7 (-1)

— Кибернетика: 2

— Классическая магия: 5

— Мистика: 10

— Физподготовка: 9

— Философия:

Самым простым тестом из всех оказалось испытание по той самой Классической Магии. Причем не только у меня. А сразу у всех в Аркуме.

Оценка по Магии появилась сама собой во время третьего дня тестов. Причем, так было абсолютно у всех. Также, как и по многим предметам, тут было очень много нулей. Из тех, кого я знал, также пятерку получил Алекс. Двойку — Тун. Стандартную единицу — Морыш. Вроде бы самая большая оценка по Магии была семеркой. Именно столько получила золотокожая Эффиджи. И, кстати, мой приятель Эрлинг Нул.

Хоть о каких-то закономерностях тут говорить было невозможно. И довольно быстро про Магию все забыли. Порадовались, что ненужно искать кабинет, который, кажется, никто так и не нашел.

Также не очень напряжным получилось испытание по Кибернетике.

Преподавателем по этому предмету звали Джеф Смиттон. И если нужно было бы охарактеризовать его одним словом — обаятельный делец. Все продается, и все покупается. Именно он выкупил у Туна его детектор слабых полей. И в целом производил он позитивное впечатление. Оценки ставил справедливые. Никого не ущемлял. Старался что-то узнать о каждом из учеников.

Я сомневался, что в такую школу, как Аркум, мог попасть кто-то совсем простой. Но Смиттон, пожалуй, из всех преподавателей произвел самое безобидное впечатление.

Два балла я свои получил за то, что рассказал о своем опыте взаимодействия с кибернетическими устройствами.

Также он сказал, что на уроках будет работать не только с кибернетикам, но и с остальными учениками. Обучать применению устройств и тому подобному.

И вот теперь, к началу четвертого дня в Аркуме у меня были оценки по пяти предметам из пяти.

Не оцененными оставались только Философия и Стихия.

С последней я пока еще думал, что делать. А вот на Философии я сегодня собирался выложиться по максимуму. Кое-кто из моих друзей уже ее прошел. Алекс, к примеру, получил восьмерку. Тун — семерку. Были также и другие высокие результаты. Я точно знал, что Клайд Тринадцатый — парень-робот, удостоился девятки. Но десяток, кажется, еще не было.

И я твердо нацелился ее тут получить.

Все потому, что заключался в тест в простых ответах на вопросы. По сути, это было что-то вроде испытания по генетике,