Мой соперник - Кендалл Райан
Мое бьется точно так же.
Когда мы отстраняемся, она разглядывает мой торс. Ее глаза опускаются ниже, оценивая мое телосложение. Я усердно работаю над собой. Иногда приятно, когда тебя замечают. Видят.
И Аспен действительно видит меня.
– У тебя потрясающее тело, – бормочет она, проводя подушечками пальцев по ложбинкам между мышцами пресса. Задерживается на черном сердце, вытатуированном у меня на груди.
Я мог бы просто стоять и позволять ей восхищаться мной, но у моего организма иные планы.
Я веду Аспен к кровати: когда она садится и подтягивается к подушкам, я цепляюсь пальцами за ее трусики бикини и стаскиваю их. Как бы сильно мое тело ни жаждало ее прикосновений, моя потребность наблюдать, как она кончает, еще больше.
Когда Аспен раздвигает колени, я ползу к ней, наслаждаясь восхитительным видом розовой влажной плоти, которую жажду поглотить.
Член все еще твердый иочень готовый к траху, но я не тороплюсь, прокладывая дорожку поцелуев от ее колена до вагины. Прижимаюсь ртом к влагалищу, использую язык, лаская клитор. Аспен издает удивленный, но исполненный удовольствия стон. Я не останавливаюсь, пока она не запускает пальцы в мои волосы и не начинается извиваться. Наступает оргазм, и она содрогается в конвульсиях.
Потом я устраиваюсь рядом, целую ее в шею. Аспен протягивает руку, чтобы развязать шнурки на моих шортах для плавания.
– Ты уверена, что хочешь?
Аспен облизывает нижнюю губу и кивает. В ее глазах ни капли сомнения.
– Абсолютно.
Слово пронзает меня насквозь.
– Тогда достань мой член.
Ее рука лезет под пояс. И вот моя ноющая эрекция в ее ладони. Когда она обхватывает меня и поглаживает, я закрываю глаза и сжимаю челюсть. Легчайшим и нежным прикосновением она касается вены на члене, но ощущение распространяется повсюду.
Я больше не могу этого выносить. Стягиваю мокрые шорты и швыряю на пол.
– Презерватив, – выдавливаю хриплым голосом.
Я киваю на комод, Аспен достает упаковку из фольги, ловко ее разрывает. Она отдает мне презерватив, и я надеваю его за считанные секунды.
Устраиваюсь между ее ног и переношу вес на предплечья. Похоже, Аспен не может удержаться и снова прикасается ко мне. Проводит руками по мышцам моей задницы. Обхватывает меня за шею, заставляя наклониться и поцеловать ее. Бицепсы напрягаются, когда я нависаю над ней.
Как же мне это нравится.
Часть меня могла бы остаться в таком положении навеки. Я бы мог бесконечно целовать Аспен, позволять ей прикасаться ко мне, но, повторюсь, у моего члена другие планы. Он нетерпеливо трется о женскую плоть, настойчиво просит впустить его.
Аспен произносит мое имя с жадным отчаянием, и я с удовольствием осознаю, что я – не единственный, кто почти потерял контроль.
Когда я подаюсь вперед, меня приветствует скользкое тепло ее тела.
Аспен тихо стонет.
– Все в порядке? – Я замираю, но не отстраняюсь.
– Секундочку. – Аспен кивает, дыхание становится неровным, пока она старается привыкнуть ко мне.
Я чувствую, что для нее это не просто секс. Нечто большее. Она берет себя в руки, восстанавливая утраченную уверенность. Как сладко на нее смотреть. Мне знакомо это чувство. Я тоже нуждаюсь в паре мгновений: необходимо привести в порядок мысли, поскольку происходящее сейчас слишком хорошо, чтобы быть правдой.
Аспен расслабляется, пальцы стискивают мое плечо. Я снова толкаюсь, погружаясь в ее киску, пока между нами не остается свободного пространства.
– Черт, – выдыхаю я, – ты такая тугая. – Я утыкаюсь лицом в ее шею и вдыхаю аромат.
От Аспен пахнет лавандой, дождевой водой и сладким запахом женщины. Она начинает двигаться, приподнимая бедра навстречу моим толчкам.
Я переспал со многими женщинами, но из головы вдруг вылетают абсолютно все, кто был до нее. Я не смог бы вспомнить ни одну, даже если бы мне заплатили миллион долларов.
Я способен думать только об Аспен.
Аспен с ее надутыми губками и раскрасневшимися щеками.
Аспен с широко раскрытыми голубыми глазами, устремленными на меня, ее пышными формами и упоительным запахом. Мокрое пятно, которое она оставляет на простынях, пока я трахаю ее упругое заманчивое тело, дико заводит. Она обдает меня жаром, и я уже не могу терпеть.
Ей невыносимо хорошо, и остатки моего самоконтроля улетают к чертовой матери.
– Мне нужно кончить! – рычу я.
–Да. Я близко, – шепчет она.
Лишь несколько слогов, но для меня они значат так много. Тот факт, что она решила быть здесь, со мной, отдаться целиком и полностью, заставляет мое сердце биться столь сильно, как, я уверен, оно не билось никогда.
Я просовываю руку и касаюсь ее влажных складок, Аспен чертыхается, ругаясь словами, которые я никогда раньше не слышал из ее уст, – и ее тело содрогается. Она кончает мощно, выбивает воздух из моих легких.
Киска сжимает мой член, я чувствую пульсирующие волны ее удовольствия. Теперь у меня нет иного выбора, кроме как последовать за ней.
Я издаю сдавленный возглас и кончаю в презерватив. Я испытал самый мощный оргазм в жизни. Резко приподнимаю бедра, погружаясь в нее в последний раз.
Черт подери. Что это было?
Я отодвигаюсь, перекатываюсь на бок, хотя сразу же начинаю скучать по теплу ее кожи, по весу моего тела, вминающего Аспен в мягкий матрас.
Сердцебиение замедляется, я целую ее в висок.
– Это было невероятно.
Аспен молча кивает, ее веки тяжелеют, а на лице возникает выражение удовлетворения. Бросив последний оценивающий взгляд, я встаю с кровати.
Именно тогда я замечаю, что освещение изменилось. Полдень давно миновал, за окном оранжево-розовые сумерки.
В ванной я выбрасываю презерватив и мою руки. Возвращаюсь в спальню и пытаюсь разобраться в ситуации. Аспен хочет, чтобы я взял одежду и ушел?
Она закончила со мной? То есть это ведь был просто перепихон? В таком случае я пойму, что ей хочется побыть в одиночестве. Но расслабленная и безмятежная Аспен похлопывает по месту на кровати рядом с собой.
Я улыбаюсь и запрыгиваю в постель, накрывая нас обоих покрывалом. Она прижимается ко мне, используя мою грудь в качестве подушки, а я крепко обнимаю ее одной рукой.
Мы лежим и говорим о многом. Сперва об обыденных вещах, например о том, какой ужасно ледяной оказалась вода в озере, и о том, что я собираюсь приготовить на
