Волшебный рубин - Автор Неизвестен -- Народные сказки
Шах слез с носилок, подошел к сыну и в лоб его поцеловал.
А Шерзод посмотрел на ковер, и сразу от радости слезы из его глаз побежали. Оказывается, Бахрам на ковре цветами написал про все свои злоключения и про то, что он находится у Корсона в неволе.
Выхватил Шерзод меч из ножен, щит поднял и пошел в шашлычную. Вслед за ним и другие два посла пошли. Повел их Шерзод прямо по дороге. Как Бахрам на ковре цветами показал, подошел к палачам, которые «Крови! Крови!» кричали. Взмахнул Шерзод мечом и сразу всех четырех палачей убил.
Вошел он к узникам, которые, друг на дружку показывая, «Я не жирный, вот он жирный» кричали, и нашел там Бахрама.
Бахрам, увидев Шерзода, ободрился. Обнялись они крепко, а потом Шерзод всех пленников Корсоновых освободил, на волю выпустил.
А в городе чиндилский шах войско собирал, к войне готовился.
Бахрам, как вышел на волю, Корсону-людоеду голову отрубил. Четыре богатыря смело в бой вступили.
Сорок дней и сорок ночей длилась битва. Наконец у чиндилского шаха ни одного воина не осталось. Шах тогда пощады запросил. И у Шерзода оба соратника в битве погибли.
Тут вспомнил Бахрам про луну, которую он видел на башне.
Попросил он разрешения у Шерзода и отправился к башне. Взошел он наверх, а там посреди сорока девушек сидит молчаливая луна — шахская дочь.
Увидела она Бахрама, встала и говорит:
— Привет тебе, славный богатырь Бахрам.
— И тебе привет, луноликая красавица, — отвечает Бахрам. Шерзод побежденного правителя-шаха в тюрьму посадил и стал правителем города Чиндил.
А Бахрам женился на прекрасной царевне и возвратился к себе на родину. Так он достиг исполнения желаний.
Молодцу и семидесяти искусств мало
В стародавние времена жил старик. Было у него триста золотых монет. Однажды позвал он сына, усадил и говорит:
— Алиджан, ты стал уже большой, а я состарился. Хочу при жизни обучить тебя торговому делу. Завтра поедешь с караваном купцов. Вот тебе сто золотых. Будешь в другом городе, не трать без толку денег, закупи на них товаров.
С такими наставлениями старик отправил сына в дорогу.
А сыну только что исполнилось восемнадцать лет. Был он хороший, умный юноша. Не любил он торговли, а мечтал научиться какому-нибудь ремеслу, чтобы жить трудом своих рук.
Однако спорить со стариком отцом Алиджан не посмел — взял деньги и отправился вместе с купцами.
Через несколько дней караван пришел в большой город и остановился в каравансарае.
В городе был большой сад. В тот же день вечером Алиджан отправился туда погулять. Вошел он в сад, а там тысячи светильников горят — светло, как днем. Среди деревьев за решеткой на мраморной площадке возвышаются колонны, поддерживая потолок открытой постройки, разрисованный всевозможными красками. На полу, устланном коврами, расставлены золотые, серебряные, жемчужные и рубиновые низенькие столики, а на столиках фигурки из драгоценных камней. Больше сотни одинаково одетых юношей сидят попарно у столиков и передвигают фигурки.
Остановился Алиджан около решетки и застыл от изумления. Стоит и не может глаз оторвать от диковинного зрелища. Так он простоял не один час.
Наконец заметил, что прислужник сада подошел к нему и говорит:
— Что вы стоите? Чему удивляетесь?
— Что там за люди и что они делают? — волнуясь, спросил Алиджан.
— Все эти юноши, — ответил слуга, — уже месяц учатся здесь играть в шахматы.
— А как мне поступить в школу? — спросил Алиджан.
— Нужно заплатить сотню золотых.
Отдал Алиджан сто золотых и начал учиться.
Вскоре Алиджан научился так хорошо играть в шахматы, что побеждал даже своих учителей.
Через год ученье закончилось и юноши стали разъезжаться по домам. Алиджан приуныл. «Куда я поеду без денег?» — подумал он.
Учитель пожалел его, дал ему один золотой и отправил с проходящим караваном. Алиджан вернулся к отцу с пустыми руками. Отец очень огорчился.
Прошел год. Старик опять позвал сына. После долгих наставлений он снова вручил ему сотню золотых и вновь отправил с торговым караваном.
Караван пришел в тот же большой город.
«Ну, теперь и не буду зря тратить денег», — решил Алиджан.
Вечером пошел он погулять.
Вот подходит Алиджан к саду и слышит прекрасную музыку. Смотрит — на том же месте, где он учился играть в шахматы, сидят юноши, обучаются игре на разных музыкальных инструментах.
Алиджан вмиг позабыл все наставления отца, вынул из мешочка сто золотых, отдал их и начал учиться музыке.
В короткое время он так хорошо научился играть, что стал гораздо искуснее своего учителя.
Через год ученье закончилось. Алиджан загрустил. «С каким лицом я теперь предстану перед отцом?» — горько думал он. Учитель пожалел его, дал ему два золотых и отправил домой.
Алиджан вернулся к отцу. Хоть и рад был возвращению сына старик, но разбранил его еще больше, чем в первый раз.
Время шло, через год старик передал сыну свои последние сто золотых и сказал:
— Если ты не будешь беречь эти деньги, мы останемся без куска хлеба и без крова над головой, — и взял с сына клятву, что тот истратит деньги только на покупку товаров.
Алиджан снова поехал в тот же большой город. Сначала отправился он в баню смыть дорожную пыль.
Возвращаясь из бани, дошел Алиджан до знакомого сада и подумал: «Дай-ка загляну хоть на минутку».
Только подумал — и сам не помнит, как очутился посреди сада. Смотрит — на том же мраморном возвышении сидят юноши и пишут слова, а учитель им диктует.
Алиджан замер от восторга. Долго-долго стоял он и наконец решил: «Выучился я играть в шахматы, обучился музыке, а писать не умею. Пусть я стану нищим, а все-таки выучусь читать и писать».
Отдал Алиджан в школу сто золотых и начал учиться читать и писать. Как и раньше, он учился лучше всех и скоро кончил школу.
Опять у него не было денег, чтобы вернуться в родной город. Учитель дал ему три золотых и отправил в дорогу. Но теперь Алиджан не решился вернуться к отцу.
Он нанялся слугой к одному купцу, который собрался в далекий город. Товары купца уже были погружены на верблюдов. Еще до восхода солнца караван двинулся в путь.
День и ночь ехали путники, нигде не встречая воды. Наконец они добрались до колодца. Вода в нем была глубоко, на самом дне.
Приказал купец спуститься в колодец своему новому слуге. И
