СВО-2025. Артиллерия, РСЗО, миномёты - Александр Борисович Широкорад

Глава 4

Проблемы защиты танков от дронов

В условиях беспрецедентного по масштабам применения ПТРК «Джавелин», РПГ NLAW, FPV-дронов[18] и тяжёлых квадрокоптеров с устройствами сброса для миномётных мин, количество боеприпасов, поражающих танк в крышу, превзошло все прогнозы и расчёты.

В ходе СВО большая часть российских танков поражалась не в лоб, а в крышу. Ряд специалистов утверждают, что «никакой комплекс активной защиты (КАЗ) танк защитить не может – просто потому, что атак сверху может быть слишком много, массовые и дешёвые FPV-дроны позволяют атаковать танк многократно, что приведёт к быстрому отстрелу всех зарядов КАЗ, и к последующему поражению утратившего способность защищаться танка.

Шведский противотанковый ракетный комплекс CM NLAW K170A2, захвачен в Каменке. Выставка «Трофеи СВО». (Фото А. Широкорада)

Кроме того, на условия боевого применения танков оказала серьёзнейшее влияние ситуационная осведомлённость противоборствующих сторон на поле боя.

СВО на Украине – первый случай в истории, где ситуационная осведомлённость даже младших командиров абсолютна – они могут наблюдать всю нейтральную полосу перед своими позициями по всей ширине назначенного для обороны участка фронта или полосы наступления, и на глубину от нескольких километров до более чем десяти. У вышестоящих командных инстанций осведомлённость ещё выше – вплоть до десятков километров.

Такого раньше не было. Сейчас танку почти невозможно выйти на дальность стрельбы прямой наводкой скрытно или хотя бы так быстро, чтобы не попасть под огонь артиллерии и удары FPV-дронов.

Одним из следствий такого положения дел стала массово применяющаяся стрельба с закрытых огневых позиций (ЗОП), с дальности, минимум чем в два раза превышающей привычную дальность действительного огня по визуально наблюдаемой цели. Отчасти танки превратились в самоходную полевую артиллерию – но только частично, так как традиционные танковые бои всё равно периодически имеют место»[19].

Вот, например, в первых числах января 2023 г. произошёл встречный бой трёх российских и двух украинских танков на дистанции около 500 м. Все танки двигались по шоссе. Съёмки с БПЛА показывают, что рядом километров на 15 не было ни одного другого танка. В ходе боя подбит один танк ВСУ.

А вот бой Т‑72Б3 с «Леопардом-2А4». Оба ехали по грунтовым дорогам под углом 40° навстречу друг другу. С дистанции около 1000 м танк «Леопард» попал в Т‑72Б3, однако наш танк своим ходом покинул поле боя. Судя по всему, заряжающий «Леопарда», «укроп» или немец, выстрелил не бронебойным, а осколочно-фугасным снарядом.

Повторяю, танковые дуэли происходят сравнительно редко. А вот танковых атак по 100—200 танков, как в 1941—1945 гг., в ходе СВО не наблюдалось.

Но вернёмся к защите танков от барражирующих дронов. Практика показывает – при достаточной плотности огня стрелкового оружия коптер (а FPV-дрон – это, по сути, именно он) может быть сбит, как и непрочный барражирующий боеприпас. Скорость этих средств поражения относительно мала, и это даёт некоторый запас по времени на стрельбу по ним.

Первичное обнаружение и данные о цели (пеленг, примерная дальность) может выдать комплекс активной защиты, далее должен идти поворот установки для наведения на цель по этому пеленгу и стрельба.

Изготовление системы автоматического наведения для пулемёта, позволяющей сбивать такие маленькие цели, как коптер – задача непростая, но решаемая.

Встаёт, однако, вопрос о том, каким должен быть пулемёт. Никакая вариация пулемёта Калашникова не обладает нужными характеристиками. Ни двух-, ни трёхствольная установка на базе таких пулемётов не обеспечит нужную плотность огня.

Единственным решением является использование в качестве «противодронового» четырёхствольного пулемёта ГШГ‑7,62, который необходимо снова начать производить.

Этот четырёхствольный пулемёт с заводским индексом ТКБ‑621 и индексом ВВС 9‑А‑622 был принят на вооружение в 1979 г. и устанавливался на вертолётах.

В 2018 г. в Белоруссии был создан РОК (роботизированный огневой комплекс) «Берсерк». Он оснащён двумя пулемётами ГШГ‑7,62. Вес РОКа – 2,2 т. Шасси оснащено гибридной силовой установкой – электрогенератором и обычным бензиновым двигателем, который преимущественно используется для подзарядки аккумуляторов. Кроме того, РОК оснащён шестью блоками дымовых гранат системы 902 «Туча».

Белорусский роботизированный огневой комплекс «Берсерк», вооруженный спаренными четырёхствольными пулемётами ГШГ-7,62 и предназначенный для уничтожения малоразмерных беспилотников.

(«Википедия»)

Предлагается смонтировать подобную установку на башне танка. По мнению экспертов, если 7,62‑мм установка, подобная «Берсерку», появится на башне танка, то нужно обеспечить возможность её применения и в режиме ручного управления по иным целям, нежели воздушные.

Следующим шагом в создании таких установок должно стать осознание абсолютной недостаточности боекомплекта танковых пулемётов на наших танках. У ГШГ‑7,62 и его белорусского варианта огромная скорострельность, и она будет необходима для создания нужной плотности огня.

А это значит, что традиционные для России цифры боекомплекта пулемёта ПКТ, измеряемые 250 патронами в ленте и всего парой тысяч в танке, тут не подойдут.

Для отражения массированных атак FPV-дронов с помощью многоствольного пулемёта потребуется ещё большее количество патронов. Более того, не получится делать так, как с ПКТ, когда в ленте 250 патронов и после их отстрела пулемёт надо перезаряжать, подача патронов должна быть непрерывной.

Это идёт вразрез со всем, что у нас раньше делалось, но это необходимо, если мы не хотим терять дорогие танки и танкистов из-за копеечных FPV-дронов.

Другой способ защиты танков от дронов – установка на них комплексов РЭБ, подавляющих сигнал управления дроном.

Так, в Севастополе создали систему РЭБ «Волнорез» и установили её на танк Т‑80ВБМ и даже на военные автомобили.

Питание РЭБ «Волнорез» – от аккумулятора танка. Конусообразная антенна крепится магнитом на броне. Антенны работают в частотном диапазоне 900—3000 МГц. Дальность эффективного подавления до 600 метров.

В случае обнаружения БПЛА система «Волнорез» в автоматическом режиме (без вмешательства экипажа) создаёт радиоэлектронный купол помех и подавляет радиосигнал. Дрон теряет связь с оператором и в итоге просто падает на землю.

Ещё один комплекс защиты от дронов называется «Тритон». Он разработан компанией «Лаборатория противодействия промышленному шпионажу», может устанавливаться на любую подвижную технику и включает в себя 4 излучателя, которые крепятся по углам противодронового козырька на башне танка. Так он обеспечивает защиту от атаки со всех четырёх направлений, а излучатели блокируют 4 основных диапазона частот, которые используются для управления беспилотниками.

«Тритон» представляет собой набор модулей подавления и антенну, устанавливающиеся на бронетехнику, причём конфигурацию комплекса можно оперативно изменять, добавляя модули для подавления новых частот, которые противник начинает использовать для управления FPV-дронами.

Комплекс может питаться от аккумулятора или бортовой сети, обеспечивая тем самым круглосуточную защиту от