Лошадки Тарквинии - Маргерит Дюрас

— Дадите денег?

Сара сходила в дом за деньгами.

— Что будете делать вечером? — осведомилась домработница.

Сара ответила, что пока не знает, еще слишком рано. Вопрос, кому сидеть с ребенком, возникал каждый вечер. Возлюбленный домработницы освобождался лишь ближе к ночи. Все ложились здесь очень поздно, пытаясь насладиться прохладой.

— Я спрашиваю, — сказала домработница, — потому что мне хотелось бы прогуляться.

— Вы ведь уже решили, так чего спрашивать, чем займусь я?

Домработница замялась.

— Так и чем займетесь?

— Останусь дома.

— Я все же переживаю, что вы каждый вечер сидите дома.

— Ничего вы не переживаете.

— Но я ведь рассказывала… Это все из-за увольнительных, ему их дают только по вечерам.

— Сегодня мне, может, и захочется куда-нибудь выбраться.

— Ладно, решим тогда позже.

Она ушла. Сара и Жак относились к ней хорошо, даже привязались. Но не всегда могли справиться с раздражением. Все остальные ее просто не выносили. У домработницы было много любовников, и каждый раз, когда появлялся новый, она становилась невероятно, непостижимо доверчивой. Именно поэтому она им и нравилась, еще им импонировала ее дерзость — несокрушимая, постоянная.

Когда она ушла, Сара вновь принялась за книгу. Дом затих. Сады вокруг были безлюдны: последнюю неделю крестьяне поливали их только по вечерам. И по дороге никто не ездил, лишь автобусы и время от времени какой-нибудь грузовик, ничего не мелькало, только слышался порой шум и клубилась пыль. И еще порой тяжелый приторный утренний воздух тревожило гудение носившихся над цветами шершней. И солнце, задохнувшись в густой дымке, затянувшей все небо, уже не сияло. Нечем было заняться, книга в руках просто плавилась. Истории разваливались на части от тихих и мрачных нападок шершней. Жара давила на сердце. Единственное, что ей противостояло, — неутолимое, первозданное стремление к морю. Сара положила книгу на ступени веранды. Остальные были уже в воде. Или с минуту на минуту должны в нее броситься. Счастливые. Сара затосковала по морю. Затосковала так, что даже не стала запирать двери.

Машина стояла под тростниковым навесом на краю сада. Выезжать было не так-то просто, требовалось время. Но она хорошо водила. Через две минуты она выбралась из-под навеса, а через пять уже очутилась перед отелем. Припарковалась у самой стены, в тени олеандров. Дорога тут превращалась в площадь, посредине высился засохший платан, о котором говорили, мол, щебенка не навредит. Здесь же стоял отель, а возле него — беседка, единственное пространство, где можно отыскать настоящую тень, под ее сводами все и встречались, для туристов это было незаменимое место. Казалось, передохнуть можно лишь тут, и все приходили в беседку по десять раз на день. Сара вошла под навес. Там сидел тот самый мужчина. Они поздоровались. Потом она обогнула отель и, придя к окнам Дианы, крикнула. Диана ответила, что сейчас спустится. Сара обрадовалась, что застала ее. Она больше не думала о словах Люди, все мысли были о море. Она вернулась в тень и села недалеко от мужчины. Появился официант. Она заказала эспрессо.

— Видел тут недавно вашего мужа и сына.

— А вы — не купаетесь?

— Позже. Сначала покатаюсь на катере.

— Ах, да! А на катере ведь прохладнее?

— Прохладнее, да.

— Должно быть, это потрясающе!

Он узнал о ней два дня назад, утром, в этот же час, когда она приехала с виллы. Она все поняла по взгляду.

И два дня, по утрам, в этот час они беседовали подобным образом.

— Это приятно.

Он смотрел на нее, как два дня назад, с удивлением, впрочем, теперь это не скрывая. Они были в беседке одни, и паузы в разговоре показывали, что оба напряжены. Выглядел он лет на тридцать. Приехал один. И у него был прекрасный катер. Никто из отдыхающих еще не поднимался на палубу. Хотя все этого очень хотели, особенно Люди и малыш. Стояла жара, все были в отпуске и жаждали моря, купаний, водных прогулок. Наперекор настроению отдыхающих, дул обжигающий ветер каникул. Мужчина был подвижным, каким-то хрупким, и смуглым, рожденным для моря. На катере он был один. Два дня назад он узнал, что на свете есть Сара. И нынешним утром он все еще старался это постичь.

Было невыносимо жарко, и они оставались в беседке одни. Саре казалось, его зеленые глаза жаждут свободы.

— Если хотите, могу отвезти вас к пляжу на катере.

Он заметил ее два дня назад, но впервые обращался к ней с таким предложением.

— В другой раз, я жду Диану. Или можем взять ее с нами?

— Если хотите, — ответил он, помолчав.

— Но как же Джина? Придется ждать, и окажется совсем поздно. Лучше тогда в другой раз.

— Как здесь все сложно, — произнес он с улыбкой.

— Да, адское место.

— Вы так думаете?

— Иногда да.

Она вспомнила, что ей рассказал Люди.

— А вы вчера вечером играли в шары?

— Да, я пошел прогуляться и Люди пригласил поиграть. Я плохо играю.

— А вам нравится?

— Не особо.

— Ну, это способ свести знакомство.

— Да, это способ.

— Они были вежливы с вами?

— Очень. Когда же поедем на катере?

Пришла Диана, она была в светлом платье. Красивая. Она обняла Сару и поприветствовала мужчину.

— Какая жара! — сказала она.

— Когда? — повторил мужчина.

— Когда хотите.

Она слегка удивилась. Диана ничего не заметила.

— Сегодня вечером?

— Если вы так хотите… Или же завтра утром.

Он встал, взял пляжную сумку и направился прочь.

— Может быть, увидимся с вами на пляже, — сказал он, удаляясь. Он направлялся к катеру.

— О чем это он? — спросила Диана.

— Хотел прокатить нас по морю.

— Было бы очень кстати!

Она обернулась окликнуть его. Сара ее остановила.

Все хотели прокатиться на катере.

— В другой раз.

— Да почему?

— Не знаю, лучше потом.

— Ладно. Кампари?

— Еще слишком рано, попозже.

— Хорошо. Тогда идем? А где малыш, с Жаком?

— Да, с Жаком и Люди, мне не хотелось идти вместе с ними.

Диана торопила ее, зная, что Сара беспокоится за ребенка. Пляж был в десяти минутах, но стояла такая жара, что, если бы не малыш, они бы, вероятно, застряли в отеле. Так было каждое утро. Они уже вставали, когда их окликнула Джина. Джина была почти такой же высокой, как и Люди. Очень красивой и — так же, как Люди, — постоянно переживала, то гневаясь, то пребывая в отчаянии или выражая бурную радость.

— Ты этого Люди случайно не видела?

— Он с Жаком на пляже. Пойдешь купаться?

— Пошли!

— Давайте быстрее, — сказала Сара.

Джина ответила, что сейчас вернется, надо сходить за купальником. Их вилла была метрах в тридцати от отеля,