Страх - Андрей Ефимович Зарин

— Ты, действительно, неавантажен. Ну, сиди! а знаешь, Миних в отставку подал.

— Да, — равнодушно ответил Заметов.

— Теперь, говорит, не служба! а? и то же из моей роты!...

Родаков ушел. Заметов сел к столу, разложил марки и стал внимательно разглядывать их одну за другой.

И, мало по малу, мысли его расплывались и он всей душею погрузился в это кажущееся дело.

— Пожалуйте, ваше высокоблагородие, кушать подано! — сказал денщик.

Заметов вздрогнул.

— А? что?

— Так что кушать подано.

Заметов пообедал и снова стал разбирать марки, с удовольствием думая, что потом их надо будет аккуратно отмачивать, а потом наклеивать в альбом и надписывать.

IX.

Когда он проснулся на другой день и подумал о службе, ему показалось страшной даже мысль выйти на улицу.

Он подошел к столу, написал рапорт о болезни и послал с ним денщика, — после чего снова занялся марками.

День потянулся медленно и смутно, словно сон.

Родаков с панихиды зашел к нему и даже отшатнулся, увидя бледное осунувшееся лицо Заметова и воспаленные веки.

— Да ты форменно болен! — воскликнул он.

— Тсс! — подняв руку остановил его Заметов и, нагнувшись к нему, прошептал:

— Я их всех надул! они, видишь-ли, ждут моего выхода, а я и не выйду... понял?...

Родакова словно шатнуло в сторону...

— Заметов-то наш того! — говорил он в тот же вечер в собрании, выразительно стукая себя пальцем по лбу.