Работа в измененном состоянии сознания - Светлана Николаевна Павлова

Концерт Гайдна воспринимался несколько иначе — по цвету совпадение было почти полным, а по форме степень совпадения была меньше, но все равно больше 50 %. У меня цвета были от бежевого до светло-зеленого и белого, они перемешивались в соответствии с музыкой, но геометрических форм не создавали. У моей спутницы геометрия присутствовала. Если согласиться с тем, что резонанс «звук — цвет — геометрия» идет не прямо, а через эмоциональное восприятие, то либо мы одинаково воспринимали Сибелиуса, а Гайдна несколько по-разному, либо ко второй части кто-то из нас немного устал и стал менее сосредоточенным на музыке, либо сыграла роль субъективность восприятия музыки.

Как же осмыслить приведенные примеры?

Если рассмотреть известную линейную шкалу колебательных процессов от космических лучей и элементарных частиц до длинных радиоволн и звукового диапазона, различаемого человеческим ухом, то мы увидим, что шкала представляет собой весь спектр вибраций того мира, который современная физика называет материальным. Именно этот мир фиксируется органами чувств или специальными техническими устройствами, по сути дела являющимися «расширителями» диапазонов восприятия там, где наших пяти органов чувств не хватает, т. е. нашей органопроекцией.

Но физика уже не может удовлетворяться этой шкалой, т. к. от многих явлений и процессов, не укладывающихся в нее, просто так не отмахнешься. Как следствие, появляются новые представления и термины, призванные легализировать тот мир, который прежде категорически отвергался. Легализация происходит под вывеской спин-торсионных полей, физического вакуума и т. д. До сих пор ломаются копья по поводу физической теории, сферы действия и природы этих проявлений. Но еще древние знали о существовании так называемых «тонких энергий», включающих в себя и то, что мы иногда называем «энергией психической». Она в эту общепринятую шкалу вибраций не входит. Эти вибрации должны стоять в самом начале шкалы и продолжаться в сторону увеличения частоты до бесконечности. Вот тогда будет правильно. А мы с вами окажемся на самом краешке противоположного фланга.

И, тем не менее, между всеми этими уровнями вибрации возможен резонанс. Представьте себе, что вы нажали клавишу на рояле или коснулись струны другого инструмента, если вам медведь на ухо не наступил, то вы услышите, как тихо звучат те же звуки выше и ниже на октавы. Это те самые обертоны, которые придают музыке особую красоту. Так и по шкале вибраций. Если зазвучала какая-то частота, неважно в каком диапазоне, отзовутся резонансно все связанные с нею по октавному принципу частоты всего Мироздания. Так устроен Мир.

У обычного человека в нормальном состоянии восприятие работает в спокойном режиме, и чувствительность ограничивается диапазонами известных пяти чувств. Волновые характеристики эмоциональной сферы существенно отличаются от линейной шкалы своей высокой частотой. В ситуациях возбуждения, когда эмоции играют существенную роль, они могут служить усилителями процесса, причем коэффициент усиления зависит от энергии высших эмоций.

При восприятии музыки очень большую роль играет обратная связь в сфере эмоций между исполнителем и слушателем. Через звук происходит эмоциональное возбуждение слушателя, которому резонансно передаются эмоции исполнителя, а через него и автора данного произведения. Таким образом, звуковая волна является еще и носителем модулированной волны эмоций, а поскольку есть обратная связь, то усиление может быть тройным, ибо слушатель воспринимает эмоции автора + исполнителя и накладывает собственный отпечаток. Об эмоциональном состоянии исполнителя можно составить себе представление по ответу репортеру тогда еще 11-летнего Жени Кисина. Вопрос звучал так: «Волнуешься ли ты во время концерта?» Ответ: «Волнуюсь, но только перед концертом. Когда сажусь за рояль — все исчезает. Остается Ее Величество Музыка!» Это означает, что исполнитель переходит в состояние максимальной эмоциональной силы, возможно, даже в ИСС. Каким бы правильным и техничным ни было исполнение, если исполнитель не испытывает эмоционального подъема, слушатель останется внутренне равнодушным, только в лучшем случае отметит сложность произведения и виртуозность исполнителя.

При стрессе имеет место перевозбуждение эмоциональной зоны слушателя. Тогда баланс эмоций нарушается, и более высокие по частоте или сильные по амплитуде эмоциональные вибрации слушателя будут перекрывать звуковые. В некоторых случаях, перекрытие вибраций, видимо, может быть настолько велико, что связь между звуком и эмоциями у слушателя для проекции сознания разрывается. Возбуждение под воздействием эмоций резонансно смещается в сторону более тонких вибраций (из слухового диапазона в оптический), и мы попадаем в другую воспринимаемую сознанием часть шкалы.

Попробую дать интерпретацию примера с морзянкой. Радиоволны не могут восприниматься человеческими органами слуха. Но коль скоро они были восприняты, то это подтверждает высказанное выше утверждение, что спектр бессознательного восприятия человека значительно шире, чем сознательного, т. е. человек воспринимает на бессознательном уровне более широкие диапазоны вибраций. В данном случае эмоциональное возбуждение реципиента способствовало усилению сигнала и трансформации его в акустический диапазон, воспринимаемый человеческим слухом.

В самом начале я привела два стихотворных отрывка. Позвольте привести и третий — отрывок из сонета К. Бальмонта и проанализировать его тоже:

Что в музыке? Восторг, нежданность, боль…

Звук с звуком — обручившиеся струи —

Слиянны в волю сонма разных воль.

О, все живые были в поцелуе.

С очей слепых вдруг отошли чешуи…

Еще побыть в прозрении дозволь!

Посмотрите, как поэтически увязаны воедино совершенно разные сферы восприятия внешнего мира нашими органами чувств. Музыка эмоции образное восприятие. «Слиянны в волю сонма разных воль…» «Еще побыть в прозрении дозволь!» Потрясающе!

Так в поэтической форме создана многомерная шкала вибраций, четко дающая представление о единстве Мира и о нашем его восприятии на основе резонансного взаимодействия с ним, восприятии значительно более расширенном, чем мы привыкли думать и ощущать. Думаю, что если происходит соединение в сфере сознания разных зон частотной шкалы или даже подмена одной зоны другой, то возможно это только через психические энергии, в описанных случаях — через эмоциональную сферу.

Говоря о необычном восприятии музыки и цвета, конечно, невозможно обойти вниманием такого новатора и первопроходца в цветомузыке, как А. Скрябин. Его «Прометей», «Поэма экстаза», по-моему, даже у человека, не обладающего особой чувствительностью, но только настроившегося на сосредоточенное восприятие, не могут не вызывать фантастического неистовства ярчайших, бурных, мятущихся красок. От нежнейших, прозрачных ранних произведений, чем-то, может быть, напоминающих К. Дебюсси, в зрелости А. Скрябин пришел к такому эмоциональному накалу страстей, что потребность слить воедино музыку и цвет не могла не родиться.

К сожалению, серьезные современные осмысления законов цветомузыки отсутствуют. Это очень жаль, ибо не принимать же всерьез сочетание