Православные подвижницы XX столетия - Светлана Владимировна Девятова
Она всегда для меня была любимой бабушкой, а когда уже у меня начало формироваться свое богопознание, мировоззрение уже духовное, то она для меня уже была важна как наставник. То есть, посоветоваться, советчик…
Я начал проявлять интерес к ней лично, когда увидел, какие известные люди сидят у нас дома. Если к бабуле такие люди ходят, так значит, это интересно. И меня они притянули, и я уже стал участником. Действительно, как магнитом к ней притягивались люди ищущие, интересные… Вот именно через этих людей, приходящих к ней, появился и у меня интерес. Я стал уже серьезно интересоваться…
Вот она как меня учила, что такое, по ее пониманию, поклоняться в духе и Истине… В духе, с маленькой буквы, поклоняться Богу — это имеется в виду, независимо от внешних атрибутов. То есть, это позволяет тебе в духе поклоняться в тюрьме, в камере, в плену, на берегу моря, на кровати, в больнице. Не обязательно в храме. Независимо от внешних атрибутов. Царствие Божие внутри вас есть… Внутри вас Царствие Божие. Раз Царствие — и Царь там. Где-то там, в сердце…
Бабуля всегда говорила, что чем больше правил, чем больше внешних требований — это говорит только об одном: об оскудении Духа. Чем меньше Духа Святого, тем больше правил…
Меня бабуля учила: «Тебе дается возможность, сынок!» (Она меня называла «сынок» почему-то всегда…) И она говорит: «Запомни, что Господь — это милость Божия, и Он тебя любым принимает, всегда. Как блудного сына, грязного… Он принимает. И это Его любовь, и мы такие должны быть. Вот этого Он хочет от нас, чтоб мы друг друга принимали. Какой есть, терпеть. Заткнуть уши, если он тебя ругает, пусть бьет тебя — люби его…»
У меня бабулина любимая молитва есть: «Господи, все, что не от Тебя, разруши. Убери, разруши, даже, как дым, чтоб рассеялось. А все, что от Тебя, укрепи, вразуми меня, как делать, и дай силы».
Она умела видеть знаки Божии в ситуациях… Нам повсюду знаки от Бога дают…
Богу важна ваша душа. У нас нет полного, настоящего, истинного покаяния, которое приводит нас к Господу. Если дарует вам Господь покаяние, то это, как бабуля говорила, высшая награда. Люди… ее слову очень сильно доверяли».
Владимир рассказывает, что духовная дочь старицы Галина до сих пор хранит как святыню письма матушки Любови. Одно из них она прочла ему по телефону: «… Галина мне одно зачитала, оно на 15 минут. Девяностого года было письмо. Вероятно, Галина бабуле писала, что у нее что-то не получается, немощь какая-то, лень. Много спит, ест вкусно, не может себе в этом отказать. В ответ бабуля в начале письма славит Иисуса Христа и говорит: «Какая величайшая радость, что Сам Господь, Сын Божий призрел на нас. Вот этих убогих, грязных, слабых, ни на что не годных… Он на нас призрел!…» (Я когда услышал эти слова, сердце взволнованно забилось. И как же можно вообще жить в какой-то печали и грусти… Хотя она тоже, конечно, и печалилась, и грустила… И сколько она терпела!) Она пишет: «… Галочка, родненькая, сестричка… О том, что кушаешь, не переживай, это телу надо. И поспать. Главное, чтобы дух твой не усыпал. И чтобы дух твой не отравился чем-то…» (Я думаю, это чтобы каким-нибудь учением не увлеклась, ненужным)».
По свидетельству священника Димитрия, когда матушку просили: «Матушка Любовь, помолитесь за нас!» — она отвечала: «Матерь Божия, Она молится кровавыми слезами!»
Однажды схимонахиня Любовь, когда зашел разговор о схиме, рассказала следующее: «Вот меня все спрашивают, где ты схиму принимала… Они не знают, что такое схима. Вот, я знаю. Мариечка, духовная моя сестричка, сколько претерпела? Сын взял и закрыл ее в хлеву со свиньями, кормил вместе с ними, что свиньям давал, то и ей… Нет Мариечки месяц, нет Мариечки два месяца. Что случилось, куда делся человек? Никто не знает. Сына спрашивают — не знаю, говорит. Я стала молиться: «Господи! Открой мне, куда делась Мариечка…» Господь открыл: «Ее сын закрыл в хлеву». Я говорю: «Все, надо вызывать милицию!» Милицию вызвали. Действительно, приходим, а она лежит там, в хлеву, уже и встать не может, так ослабла. Вызвали скорую помощь и увезли ее в больницу. Мне видение было потом. Я вдруг вижу, с гор идут три женщины в белом одеянии. Радостные, веселые такие и мне говорят: «Передай Марии, что мы завтра в девять часов вечера за ней придем». И все. А это были ее мать, бабка и прабабка. Они были все благочестивой жизни… Я ей передала, она все поняла, стала готовиться. Уже больница закрыта. Она у медсестры спрашивает, который час? Ей отвечают: «Уже все закрыто, к тебе никто не придет». — Нет, говорит, ко мне в девять часов придут. А как девять часов настало, она руки протянула вперед, приподнялась на кровати: «Мама!» И душа ее освободилась от бренного тела. Вот это вот схима! Вот терпение какое!»
Рассказывает отец Димитрий: «Конечно, мне с матушкой довелось познакомиться не случайно. Случайностей у нас, у верующих, не бывает. Она приехала сюда из Сочи по приглашению. У нее было много духовных детей и в Москве, и в Америке, во многих местах, она со многими была знакома. Пригласили ее сюда, в Москву. Она уже собиралась там умирать дома, в Сочи.
Матушка рассказывала: «Господь мне однажды показывал смерть праведника и смерть грешника». (Мы знаем, как в Писании написано: «смерть грешников люта», и: «честна пред Господом смерть преподобных Его»). И я детей предупредила: «Не бойтесь, я пять дней буду лежать «мертвая», но только я не умру. И я действительно лежала пять дней, и конечно уже на третий день ко мне вызвали врачей. Потому что думали, что уже все: ни дыхания, ничего, никаких явных признаков жизни не было. У меня все начало холодеть с кончиков пальцев ног. Ноги не чувствую выше, голени, колени, ничего не чувствую, до пояса. Дальше пошло… до горла дошло и только тут вот я чувствую пульс… вот только пульс… И все слышу, все,
