Четвертое королевство - Ана Эм
Мира на мгновение запнулась, осознав, что те стаи неестественно огромных волков, о которых сообщали некоторые ведьмы, и были бывшими жителями горной деревни, фактически их соседями.
Кассандра вновь нанесла череду ударов, но глаза ей застилала ярость. Мира видела это, чувствовала в каждом ударе, а значит, могла этим воспользоваться.
– Хорошо, что твой ребенок не выжил. – прошипела она. – Вот, кто действительно был бы отродьем из ада.
Кассандра закричала и бросилась веред, ослепленная эмоциями. Мира сделала фальшивый выпад, а затем развернулась и вонзила меч ведьме прямо под ребра. Разноцветные глаза, – один черный, один зеленый округлились.
– Мне жаль. – выдавила Мира и действительно имела это в виду.
– Мне тоже. – раздался холодный голос прямо за ее спиной.
Фальшивый образ ведьмы распался прямо перед глазами, Мира резко обернулась, но было слишком поздно. Кассандра вогнала свой клинок ей в грудь. Схватив свободной рукой ведьму за рыжие волосы, она прошептала ей на ухо:
– Я уничтожу ваш род, всех до единого. Буду преследовать веками, если понадобиться, пока последняя Манро не исчезнет со страниц истории. – с этими словами она прокрутила клинок, и по подбородку Миры потекла теплая кровь, она подумала о сестре и своих дочерях, которые отныне всегда будут находиться в опасности, точно так же как и их дети после них.
– Однажды… – прохрипела она. – Одна из нас остановит тебя.
В ответ Кассандра прокрутила клинок во второй раз.
101
Кровь заполняла улицы Оринфа. Он проигрывал, однако Королева Ливаны хорошо помнила условие Тории, озвученное Валеа. Только бой один на один перевесит чашу весов. Без него Тория не станет вмешиваться. Именно поэтому Королева Ливаны покинула лагерь и двинулась ко дворцу Оринфа, поднявшись как можно выше.
Фелия видела, что ее мать сдавала. Русалки больше не питали ее магией, скрывшись в стенах дворца, как последний рубеж, защищая тех, кто не мог сражаться сам.
Королева Оринфа вытерла пот со лба и скинула платье. Затем повернула голову к дочери и молча кивнула, затем переступила барьер и собрав последние силы, приняла полный облик. Золотистая чешуя превратилась в настоящую броню, переливаясь вместе с короной, венчавшей голову. Фелия осталась стоять в тронном зале одна и лишь наблюдала.
Армия Оринфа была практически разгромлена второй половиной войск Ливаны, наследницы выстроились наблюдать за последним сражением. Однако одна из них, Валеа, вместе с небольшим отрядом устремилась к поверхности, что заставило Фелию нахмуриться, но взгляд тут же вернулся к тому, что происходило прямо над хаосом.
Черная чешуя Королевы Ливаны напоминала гранит. Миндалевидные глаза торжественно блестели, ведь она знала, что победила. Еще совсем немного и Ливана с Оринфом вновь станут единым государством.
– Я долго этого жаждала. – прошипела русалка, зависнув в воде.
Королева Оринфа лишь вскинула подбородок выше, не выдав и грамма эмоций:
– Тогда не тяни, Вария, на нас смотрят.
Вся свита Тории действительно наблюдала за происходящим.
Вария фыркнула:
– Как скажешь, Нирайя.
Черный хвост схлестнулся с золотистым, и первая кровь снова окрасила воду в красный. Русалки бились на смерть, и та, чье сердце окажется в руках другой станет последней королевой в истории многолетней вражды между Оринфом и Ливаной.
Вария зацепила когтями плечо Нирайи, что изо всех сил старалась не выдавать слабости. Она пожертвовала всем ради трона и дочерей, и не отдаст победу так легко. Отплыв в сторону, она ударила хвостом сопернице по ребрам, но из-за слабости удар этот получился не таким сильным. Они вращались вокруг друг друга, пуская кровь в тех местах, где чешуя не могла защитить. По их законом в сражениях «один на один» запрещалось использовать магию, и Нирайя как никогда была этому рада.
– Мне доставит удовольствие вырывать сердца твоим дочерям. – прошипела королева Оринфа, и Вария заверещала, нанося более резкие и точные удары.
Они впились друг другу в горла, кружа в воде, но Нирайя оказалась слишком слаба. Пальцы, что вжимались ей в жабры, перекрыли кислород, пустив свежую кровь, и перед глазами вспыхнули черные точки.
Варии этого мгновения было вполне достаточно.
– Слава Королеве Ливаны. – прошипела русалка и вонзила руку прямо под ребра Нирайи, добравшись до самого сердца.
Все вокруг словно замедлилось. Нирайя вдруг перестала бороться и улыбнулась медленной окровавленной улыбкой так, будто все сложилось как нельзя лучше. Это заставило Варию замешкать. Возникло ощущение, будто она чего-то не знала.
А неизвестно ей было вот что…
Фелия, принцесса Оринфа на самом деле обладала скрытым даром, о котором не знали даже ее сестры, только мать. Этот самый дар помогал ей оставаться незамеченной во дворце, подслушивать то, что другие не могли и находиться там, где остальным не было доступа.
В своем полном облике она материализовалась в воде прямо за спиной Варии, впервые явив миру свою способность. Русалка могла буквально растворяться, становиться невидимой для любой магии, даже для русалчьего чутья. Именно поэтому королева Ливаны не почувствовала ее приближения. До самого последнего момента, который входил в план Королевы Оринфа и ее наследницы.
Отвлекающий маневр.
Глаза Варии округлились от осознания, но было уже слишком поздно. Рука принцессы пронзила ее грудную клетку со спины и обхватила сердце.
– Да, здравствует, – прохрипела Нирайя, вынимая кисть замершей Варии из своего тела. – Новая Королева Ливаны.
Фелия вырвала сердце без колебаний и сожалений. Они не заключали никаких сделок с Королевой Тории, а значит, правила с их стороны не были нарушены. Дело в том, что в законах, которые Фелия знала наизусть, не было ни слова о том, что дочери не могли помогать своим матерями в момент сражения «один на один».
Тория затрубила в рог.
Оринф победил.
Дэя смахнула кровь со своих губ, чувствуя пот, стекающий по всему телу. Грудь жгло, но она подавляла боль, продолжая сражаться, зачерпывая магию морей снова и снова. Крики умирающих эхом раздавались у нее в ушах, но она ни разу не обернулась. Она смотрела только вперед и продолжала
