О личной жизни забыть - Евгений Иванович Таганов

Первое беспокойство возникло, когда Копылов с домашнего телефона стал обзванивать частные фирмы с предложением разработать им компьютерные сайты. Пора было загружать заданиями слишком уж предприимчивого «фабзайца».

Алекс как раз занимался подключением к ноутбуку только что купленного струйного принтера, когда в дверь позвонили. Интересно, что будет, если он не станет открывать? Последует ли звонок на телефон или нет?.. Подключив принтер, он установил курсор на знак «печать» и нажал клавишу мышки. И ноутбук, и принтер были бэушные, но вроде бы работали, из щели стал выползать напечатанный лист бумаги.

На десятый или двенадцатый звонок он пошел открывать. Глянул в глазок, потом открыл дверь. На пороге стоял широкоплечий, почти квадратный мужчина лет сорока. По привычке драчливых парней Алекс тотчас постарался определить: справится ли он со стоящим перед ним «клиентом» в личной схватке или нет. «Не справлюсь», — уверенно заключил Копылов, оглядывая могучий торс и шестидесятый размер шеи незнакомца.

— Ну? — спросил гость, желая знать причину непонятной задержки.

— Я думал, у вас свой ключ есть, — сказал Алекс, пропуская здоровяка в прихожую.

Тот прошел, повесил на вешалку плащ и кепку, достал из потрепанного саквояжа домашние тапочки и переобулся в них. После чего прошел в комнату.

Алекс шел сзади, уже вспомнив, где видел этот высеченный из гранита лик.

— Будешь называть меня Стасом. Это не имя, а фамилия, — представился гость.

Он не протягивал руки для рукопожатия, не грешил даже дружеской улыбкой — просто произносил сугубо нейтральную информацию и только. Впрочем, в этом смысле Алекс тоже был не подарок — безучастно стоял и ждал, что будет дальше, глядя не на гостя, а чуть в сторону.

— Апартаментами доволен? — вынужденно заполнил словесный вакуум Стас.

— А что, можно было выбирать? — чуть удивился Алекс.

— В течение двух ближайших лет я твой главный инструктор. Будут и другие специалисты, но я для тебя самый главный, типа классного руководителя. Дважды в неделю будешь составлять мне подробные отчеты…

— Уже.

— Что «уже»?

— Вот отчет. — Алекс взял из принтера лист бумаги и протянул инструктору.

Это был действительно отчет, который начинался со слов: «Куратору NN», а дальше все было расписано по часам за три первых дня пребывания в Питере.

— Хорошо. Только впредь без всяких обращений. Просто отчет и дату его написания. Понятно?

— Так точно.

— «Так точно» тоже говорить не надо, — снова поправил Стас и посмотрел на снаряженный на письменном столе компьютерный уголок. — Купил ноутбук и принтер? Надеюсь, чеки сохранил?

— Не-а. Я на рынке бэушное взял.

— Ну и зря. Тогда тебе никто это не оплатит. Все подъемные угробил?

— Почти.

— Мы организация во многом бюрократическая. На все нужна письменная заявка.

— А я даже не удивлен, — пожал плечами Алекс.

— Как выкручиваться будешь? На дополнительные доходы рассчитываешь?

— Вроде того. В отчете об этом сказано. Сто баксов за сайт обещали. Для одной рыбной фирмы.

— А как насчет нашего согласия?

— Вы разве не заинтересованы, чтобы ваш сотрудник зарабатывал больше денег?

Этот вопрос Стас проигнорировал.

— Вот так человеку с улицы разработку своего сайта и поручили?

— Я им показал свои предыдущие сайты, и они прибалдели.

— А если они возьмут и наведут в тех фирмах справки? И всплывет твоя прежняя фамилия?

На это у Алекса тоже имелся готовый ответ:

— Скажу, что просто украл чужую работу.

— Вот так просто?

— А чего шахтерить? По-моему, чем все глупее, тем лучше.

Теперь это был уже скрытый вызов.

— Учти, после каждого занятия я пишу отчет, как и что. Думаешь, твоя мальчишеская инициатива нашему начальству понравится?

Но выпускнику специнтерната все было нипочем.

— Надеюсь, меня расстреляют за это без особого цинизма, — произнес он с лучезарной улыбкой.

Этажом или даже двумя этажами ниже вдруг заработала электродрель. «Наверно ЦРУ уже мне прослушку ставит», — снова вспомнил про интернатовский юмор Алекс.

Стас словно не слышал, раскрыл саквояж и выложил на журнальный столик стопку отпечатанных на принтере учебных пособий и несколько книг в одинаковой серой обложке.

— Эти ротапринтные издания чтобы никто у тебя не видел. Только для личного пользования. Конспектировать и делать из них выписки тоже нельзя. Два раза прочитаешь и все запомнишь.

Алекс взял верхнюю книгу, глянул на название и положил на место. Стас тем временем достал пакет с фотографиями.

— Прочитал я твою новую биографию — полный бред! Составителю уже шею за нее намылили. Но ничего теперь не поделаешь, будем работать с тем, что есть. Написано, что ты до двенадцати лет жил в Твери. Вот тебе карта и фото Твери, чтобы ты хоть немного себе это представлял. Запоминай горсад, кинотеатры, памятники и смотровые площадки. У тебя, я так понимаю, никаких детских фото не осталось? Вот подобрал тебе из нашего архива. — Стас протянул Алексу несколько старых фото, на которых был изображен ребенок трех, пяти, восьми и десяти лет. Затем протянул дискету. — Здесь твои якобы фото пятнадцати, шестнадцати и семнадцати лет. Сделаешь их на себя более похожими в фотошопе. Сам справишься?

— А куда я денусь? — Алекс почувствовал приятное возбуждение — такое дело было по нем.

— Еще ты сам должен как домашнее задание проработать несколько вопросов, что и как отвечать на них. — Инструктор протянул подопечному несколько сколотых листков с текстом.

— «Были ли вы на своей малой родине, когда выросли? Если были, то когда и зачем? Если не были — почему не были?» Зачем все это? Мне что, на военный завод предстоит устраиваться? Если я буду закордонным нелегалом, то мне лучше разрабатывать биографию и фото детства какого-нибудь Смита или Вессона.

— Сначала научись русскую легенду как следует доделать, чтобы без косяков. Хорошие навыки никогда не пропадут.

— Мы только здесь всегда заниматься будем? — перевел разговор на другое Алекс.

— Почему же? Не только.

— Скажите, а с куклой я тоже дело иметь буду?

— С какой куклой?

— Ну у нас в интернате только про это и говорили. Что приговоренному к вышке зэку дают в руки нож и выпускают бежать, а ты его должен догнать и своим ножом прирезать. Куклой его называют.

Стас первый раз позволил себе улыбнуться:

— Что, так не терпится кого-нибудь зарезать?

— Да нет, просто спросил. Ведь будет же какое-то боевое карате или что там у вас?

— Сражаться против закордонного спецназа никто тебя учить не будет, это точно. Если уж тебя берет их спецназ, пусть самый занюханный, никакие Джеки Чаны не помогут. Максимум, что тебе покажут — десяток спецприемов против уличных гопников.

— А хотя бы один спецприем