Роковая реликвия - Злата Иволга
Однако одно дело разрушить, совсем другое договориться и построить. Магистры вяло переписывались примерно с год или два, слали друг другу курьеров с условиями и подарками на Рождество и Пасху. Дело сдвинулось после прошлого нового года, стороны пришли к согласию. Западная ветвь принимает основные пункты устава восточной, и ее магистр складывает полномочия. Имперский орден, в свою очередь, передает на хранение сардинцам реликвию, венец Луки, в знак примирения и согласия.
— Даже не знаю, кто больше выиграл, — покачала головой Ада, присела рядом с клумбой и потрогала кончиками пальцев цветы. — Западный орден принял ненавистный когда-то устав, но приобрел ценную вещь. Получается, синьор Каппони приехал, чтобы подтвердить подлинность венца? Он действительно волшебный? Может накормить голодных и превратить воду в шнапс?
— Боюсь, нынешний орден не знает. Пользоваться реликвией в личных целях строго запрещено.
— Луиджи Каппони тоже член ордена?
— Полагаю, что да, — кивнул Курт, приподнял на коленях брюки и тоже присел рядом с Адой. — Барон Карел Виткович из Богемии носит гордое звание Хранителя Реликвий ордена. Ему под сотню лет, поэтому венец привез его правнук, Радек.
— Единственный оставшийся в живых наследник, — задумчиво сказала Ада, — следующий в очереди на съедение у старого деспота.
— Он так сказал? — поднял брови Курт.
— Конечно, нет, я прочла между строк. Кстати, он сдружился с Йозефом. Бог знает, что они друг в друге нашли.
Курт вспомнил, что хотел кое о чем попросить пасынка Ады. Часы на башенке замка пробили шесть часов пополудни, пора было приниматься за работу.
— Быстро время бежит, — с досадой пробормотала Ада, когда Курт помог ей подняться. — Так что с убийством? Ты считаешь, что венец украл командор, который был против унии? И барона убил он же?
Не обязательно командор, подумал инспектор, когда они с женой шли к замку. Тот же молодой Виткович, домочадцы барона Лютера, слуги... Хотя нет, слуги вряд ли знали про венец и не осмелились бы так дерзко прикончить хозяина. Скорее подсыпали бы мышьяк в суп. А сардинец и дочь князя Готфрида не могли, приехали позже. Хотя Каппони почему-то испугался, узнав про расследование убийства...
— Курт, я же не сказала тебе про Йозефа и Изольду, — поспешно сказал Ада. — Может, это неважно, но...
Она замолкла, потому что к ним спешил дворецкий.
— Инспектор фон Апфельгартен, вам звонок из жандармерии, — сообщил он.
Курт с улыбкой посмотрел на Аду и покаянно прошептал «Прости». Он очень надеялся, что она не заскучает и найдет занятие до вечера, а утром они что-нибудь придумают. Аде необязательно торчать в замке до самой ярмарки. Если она состоится, конечно.
Хвала всем святым, звонил не комиссар, а один из младших офицеров. Поступили вести из Вены, куда инспектор отправил запрос вчера, после допроса Радека Витковича, большую часть которого тот молчал, как рыба. Что ж, придется с ним поговорить еще раз. Курт выслушал новости, кратко поблагодарил и повесил трубку. Затем огляделся и позвал Альберта, дворецкого. Тот выплыл из соседней комнаты, словно ждал распоряжений.
— Найдите синьора Луиджи Каппони и пригласите в кабинет. И еще пусть герр Виткович подойдет туда же через... час.
— Все будет исполнено, герр инспектор, — важно отозвался дворецкий, и Курту показалось, что он доволен. Это было странно, ведь Альберт, как истинный слуга высокопоставленных хозяев должен был презирать незнакомцев, вторгшихся в их дом.
— Я не слишком вам надоедаю, Альберт? — спросил Курт, чуть улыбнувшись.
— Что вы, герр инспектор, — отозвался тот, еще больше выпрямившись и сделавшись похожим на графа фон Меренберга. — Мой добрый хозяин убит, баронесса и молодой барон в отчаянии. Вы ищете убийцу, я к вашим услугам.
Добрый? Курт озадаченно посмотрел вслед пожилому дворецкому. После разговора с подозреваемыми, особенно командорами, создавалось другое впечатление о покойном. Впрочем, прямо никто ничего не говорил, так, пару раз сморщились и поджали губы. А для Альберта доброта могла означать то, что Лютер фон Шенхаузен хорошо ему платил.
Луиджи Каппони явился через несколько минут после того, как Курт уже привычно расположился за длинным старинным столом в кабинете. Сардинец был спокоен и собран, ничего похожего на то, о чем говорила Ада. Хорошо сидящий на нем светлый костюм выглядел новым и пошитым у хорошего портного.
— Герр инспектор? — Он присел на стул напротив стола. — Чем могу служить?
― Для начала попрошу ваши документы, синьор Каппони, ― сказал Курт, протягивая руку. ― Обычная формальность для иностранцев.
Сардинец понимающе кивнул и полез в нагрудный карман.
― Луиджи Каппони, ― прочитал вслух Курт имя в маленькой книжечке. ― Вы родились в Королевстве Сардиния?
― Да, герр инспектор. Мой отец ― маркиз Санта-Леоне, ― последнюю фразу он произнес с неохотой, будто не хотел затрагивать тему.
― Вы наследник титула? ― уточнил Курт.
Каппони только кивнул, на этот раз скривившись. Инспектор усмехнулся про себя. Видимо, в семейных отношениях маркизы Санта-Леоне ничуть не лучше богемских Витковичей. Или же Луиджи просто не любил, когда упоминали его происхождение. Много молодых людей, достигнув успехов в жизни без помощи богатых или знатных родителей, практически отказывались от родовых имен. Курт молодым уже не был, однако в своей профессии добился повышений и нынешней должности исключительно стараниями и упорством, без протекций семьи.
― Ваш отец член ордена Мечники Христовы? ― спросил Курт, чтобы получить подтверждение своим сомнениям.
― Да, ― коротко и резко ответил Каппони.
И наверняка посодействовал тому, чтобы сына с редким в нынешнее время даром приняли в Королевское археологическое общество.
― Итак, вы приехали по особому заданию. Проверить подлинность реликвии, которую должны передать вашему ордену в честь унии?
― Все верно.
― Королевство Сардиния вы покинули двадцать второго июля, ― развернул инспектор сложенную вчетверо испещренную печатями бумагу, ― а в империю въехали двадцать четвертого. Я слышал, какие-то неприятности в дороге?
― Самый быстрый дирижабль отменили из-за поломки, ― чуть покраснел Каппони. ― Я вынужден был лететь на другом, а потом добираться
