Смерть с твоим лицом - Евгений Евгеньевич Сухов

Когда группа майора Щелкунова прибыла на место преступления (группа состояла из четырех человек: это он сам, начальник отдела по борьбе с бандитизмом, судмедэксперт, эксперт-криминалист и следователь), первое, что они увидели, это перевернутый стол с вывинченными ножками, труп мужчины (примерно лет тридцати пяти) и участкового с постовым милиционером. За ними, не смея подойти поближе, стояли несколько любопытствующих — наверняка жильцы из соседних квартир.

— Ни к чему не прикасались? — спросил Щелкунов.

— Как можно, товарищ майор, ведь не первый год в милиции, — едва не обиделся на Виталия Викторовича пожилой участковый уполномоченный. — Как приехали, так следим за всем и никого сюда не пускаем…

— Это правильно, — доброжелательно сказал милиционерам Виталий Викторович. — А то знаете, как оно нередко случается… Всем интересно, что произошло по соседству, хочется глянуть… Затопчут все следы на месте преступления, пальцами все залапают, а потом ищи-свищи улики и доказательства… Кто обнаружил труп? — неожиданно перевел разговор в деловое русло майор Щелкунов.

— Первым я увидел, — высунулся из-за спины постового милиционера горбоносый рослый мужчина в полосатой пижаме, похожей на робу каторжанина (не хватало только шапочки). Вряд ли он полагал, что в этом наряде выглядит комично. — Иду я, значит…

— Погодите, погодите, — остановил речь мужчины в пижаме Виталий Викторович. — Давайте начнем сначала. Представьтесь, пожалуйста. Как ваша фамилия, имя и отчество? И кем вы приходитесь покойному Казаряну?

— Да, конечно… Зовут меня Огольцов Вениамин Демьянович, — энергично отрапортовал мужчина в полосатой пижаме. — Товарищу Казаряну я прихожусь соседом. Моя квартира по левую руку от него.

— Слушаю вас, Вениамин Демьянович, — промолвил майор Щелкунов и достал памятную (записную) книжку. — Итак… — выжидающе посмотрел на горбоносого мужчину в полосатой пижаме Виталий Викторович.

— Итак, я поднимаюсь на второй этаж нашего дома — как я уже сказал, моя квартира находится слева от квартиры Казарянов — и вижу, что соседская дверь приоткрыта, — начал давать показания свидетель Огольцов. — Незаперта то есть. Мне это показалось очень странным. Обычно хозяева всегда дверь закрывали. Хоть район и благополучный, но знаете, как оно бывает…

— Знаю, — сдержанно подтвердил Щелкунов, — продолжайте.

— Я подхожу и громко так в пространство между косяком и дверью говорю: Марине Арсеновна, мол, у вас дверь незаперта! И что слышу в ответ? Полнейшее молчание! Я еще раз, уже погромче: «Марине Арсеновна, у вас дверь открыта!» По-прежнему мне никто не отвечает…

— А почему вы звали Марине Арсеновну? — задал вполне резонный вопрос майор Щелкунов. — А, скажем, не Фрунзика Рубеновича? Ведь все-таки он хозяин квартиры, а потом, и мужчина.

— Так он в это время всегда на работе, — последовал ответ, который начальнику отдела по борьбе с бандитизмом показался почему-то не заслуживающим доверия.

— А супруга что, не работает?

— Она домохозяйка, — прозвучал ответ.

— Ясно… А где она сейчас, вы не знаете?

— Нет.

— Понятно, — черкнул карандашом в записной книжке Виталий Викторович и добавил: — Продолжайте, пожалуйста. Значит, вы позвали супругу хозяина квартиры…

— Да… Никто, стало быть, не отвечает, — продолжил Вениамин Демьянович. — Я заволновался, думаю, не случилось ли чего. Приоткрываю дверь пошире и осторожно так вхожу в прихожую. Прохожу ее, и что я вижу в зале? А вижу я перевернутый стол с оторванными ножками, комод с раскрытыми ящиками, будто в них кто-то копался, и… — свидетель как-то странно округлил глаза, добавил: — Фрунзика Рубеновича. Он лежит на спине и удивленно так смотрит в потолок. И под ним растекается лужица крови… — Огольцов перевел дух и продолжил: — Я осторожно подошел к… Казаряну. А он мертвый уже. Вот так оно все было. Горестно осознавать случившееся… Еще вчера мы с ним на лестнице встретились, о каких-то пустяках переговорили, думали, что вся жизнь впереди, а оно вот как сложилось, — вскинул на Виталия Викторовича взгляд сосед-свидетель, заканчивая свое повествование. — «Скорую помощь» я вызывать не стал, посчитал, что незачем… И сразу позвонил в милицию. У меня ведь в квартире телефон…

— Все? — поинтересовался майор Щелкунов. — Ничего не упустили?

— Вроде бы все, — не сразу и как-то нерешительно промолвил Вениамин Демьянович.

— Тогда… — Виталий Викторович огляделся и, заприметив следователя Зинаиду Кац, кивнул в ее сторону: — Вон к товарищу лейтенанту подойдите. Она запишет ваши показания…

Мужчина в пижаме, соглашаясь, кивнул, но остался стоять на месте, переминаясь с ноги на ногу. Майор Щелкунов немного удивленно посмотрел на него и поинтересовался:

— Вы еще что-то хотели сказать?

— Даже не знаю, как и начать-то, — нерешительно промолвил Вениамин Демьянович, глядя в пол.

— Да уж как-нибудь скажите, — поторопил его Виталий Викторович.

Какое-то время Огольцов еще размышлял, а потом произнес, ни к кому не обращаясь:

— Вот ведь, не хотел же говорить. И в то же время нельзя не сказать.

— Говорите, я слушаю вас, — спокойно, но одновременно очень настойчиво потребовал майор Щелкунов.

— Теперь уж придется, да, — поднял наконец голову горбоносый мужчина в полосатой пижаме, замер и посмотрел майору милиции прямо в глаза: — Видел я его…

— Кого? — поднял брови Виталий Викторович.

— Фрунзика Казаряна, — твердо ответил Вениамин Демьянович, и взгляд его сделался каким-то блуждающим.

— Ну, коли вы соседи, то, конечно, видели, — согласился майор Щелкунов. — Я полагаю, и не раз.

— Это смотря когда видеть, — с загадочной интонацией произнес Вениамин Демьянович и прищурился.

— Что вы хотите этим сказать? — насторожился Виталий Викторович.

— А то, что Фрунзика Казаряна я видел тогда, когда шел домой, — последовал четкий ответ.

— И что с того, — сразу не понял, о чем идет речь, майор Щелкунов.

— Да то, что, когда я шел домой, его увидел… А через пару минут я уже обнаружил труп Фрунзика Рубеновича у него в квартире.

— Вы хотите сказать, что Казарян попался вам навстречу? — удивившись, переспросил Виталий Викторович.

— Именно это я и хочу сказать.

— И как же это может быть?

— А вот не знаю!

— Может, вы его с кем-то спутали или это был человек, очень похожий на Казаряна?

Огорошить или чем-то сильно удивить Виталия Щелкунова было проблематично. Повидал он всякого, порой труднообъяснимого или вообще не поддающегося разумной логике; курьезных случаев тоже было немало. Еще в бытность капитаном и старшим оперуполномоченным отделения милиции городского поселка имени Серго Орджоникидзе к нему в кабинет однажды заявился странный мужчина лет под шестьдесят и начал рьяно утверждать, что он его отец. Дескать, давным-давно он разошелся с его матерью, уехал из города, а вот теперь вернулся и разыскал его, своего сына. Даже тогда, услышав подобное,