Современный зарубежный детектив-17. Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Ангер Лиза

«Юриэ»…

Его морально поддерживало лишь ее существование. Как и отмечал Синго Масаки, он видел целью своей жизни запереть ее посреди собранных в этом особняке фантастических пейзажей Иссэя Фудзинумы и монополизировать ее. Однако…

«Однако, хоть Юриэ и в моих руках, она вне моей досягаемости».

Тут уж ничего поделать было нельзя. Ничего, но…

Сердце Юриэ, которую он уже десять лет держал взаперти в этом особняке, оставалось закрытым для всех. Она была похожа на безжизненную куклу. Пока она была в таком состоянии, он, вероятно, не мог ощутить настоящий душевный покой… И все же.

Что нужно было сделать, чтобы она открыла свое сердце?

Он прикоснулся к голым щекам руками, на которых по-прежнему были надеты белые перчатки. Грубое, жуткое, отвратительное ощущение передавалось даже через слой ткани.

«Если бы это лицо или эти ноги вернулись в прежнее состояние…»

Стоило подумать об этом, как он понял, что с этим тоже ничего не поделаешь. Может, ему стоило сдаться давным-давно? Он не собирался возлагать надежды на дальнейшее развитие медицины, да и мысли о восстановлении функции ног он сразу отбросил. Однако все же…

Когда он смотрел, как с каждым годом Юриэ становилась все прекраснее, в его голове иногда рождались такие мысли, которые приходилось отбрасывать, и это уже давно приносило ему страшные мучения.

Внезапно он услышал стук в дверь. Он доносился не из двери в кабинет. А со стороны соседней гостиной.

«Кто там в такой час?»

Киити в спешке снова надел маску и опустил руки на ободы инвалидной коляски.

Стук раздался вновь. Это был слабый, робкий звук, словно заглушаемый свирепствующей бурей снаружи.

– Кто там? – спросил он хриплым голосом и выехал из кабинета в гостиную. Затем он направился прямо к двери, ведущей в коридор.

– Кто там? – Киити приблизился к двери и снова задал вопрос. Через некоторое время ему ответил будто гаснущий тонкий голос:

– Юриэ.

Киити тут же открыл дверь. В сумраке коридора стояла его молодая жена, одетая в белую сорочку.

– Что случилось в такое-то время?

Он удивился. Даже если ей было неприятно находиться одной в башенной комнате, к нему она не приходила. Хотя он сам сказал ей об этом, он не ожидал, что Юриэ правда придет.

– Все-таки тебе неприятно находиться в той комнате.

– Нет. – Юриэ неожиданно покачала головой. – Это не так…

– Тогда в чем дело? – Он засомневался: что-то было не так. Она выглядела ужасно бледной. Ее губы еле заметно дрожали. – Что-то случилось?

– Внизу были странные звуки, и я решила спуститься. И там дверь в столовой была открыта. Мне стало интересно, и я вышла в коридор… – Юриэ продолжала размеренно говорить: – Когда я попробовала включить свет, то увидела кое-что странное. Задняя дверь была открыта.

– Задняя дверь?

– Да. А еще в коридоре пропала одна картина.

– Что?! – Он непроизвольно заговорил громче. – Ты уверена, что картина пропала?

Юриэ тут же сжалась всем телом и кивнула, будто готовая вот-вот расплакаться.

– Я подумала, что беда, и…

– В северном коридоре? – Киити увидел, что она снова кивнула, и взялся за ободы обеими руками. – Разбуди Курамото. А затем приходи с ним, Юриэ.

Северный коридор —

зал второго крыла

(01:25)

Как и сказала Юриэ, двустворчатая дверь в восточной части столовой была распахнута. Эту дверь перед сном всегда должен был закрывать Курамото.

И задняя дверь в западной части северного коридора на самом деле была приоткрыта. Курамото не мог пропустить эту дверь. И тем не менее…

Киити отправил Юриэ в комнату Курамото и направился в северный коридор.

В центре длинного коридора со стены слева действительно исчезла одна картина. В том месте, где должна была висеть работа под названием «Фонтан». Кто-то взял и унес раму с ней.

Курамото, одетый в пижаму с синими полосами, второпях выбежал из бокового коридора.

– Что же случилось, господин?

– Посмотри и поймешь. – Киити указал на стену, где исчезла картина.

– Э-это же… – Курамото ахнул и протер сонные глаза.

– Кто-то забрал картину. Другого думать не приходится.

– Я все проверял перед тем, как пойти спать.

– Значит, это произошло после. – Хозяин в маске сжал зубы и сердито посмотрел на застывшего дворецкого. – Ты ведь закрыл все двери как обычно, да?

– Да. Это так.

– И заднюю дверь тоже?

– Разумеется, господин.

– Однако, если посмотришь, увидишь, что она открыта.

– Э… Значит, проникли снаружи.

– В такую-то бурю? – Киити постарался как можно спокойнее проанализировать обстановку. – Дорога в никудышном состоянии, поэтому добраться невозможно. К тому же замок на двери не взломан. Если кто-то не помог изнутри, то посторонний не смог бы попасть внутрь.

– Однако… Тогда что?

– Возможно, все как раз наоборот. То есть кто-то, кто был внутри особняка, украл картину и сбежал через эту дверь.

– В такую бурю, господин? – спросил Курамото.

– Не знаю. – Киити разочарованно покачал головой. – Факт в том, что дверь открыта с внутренней стороны, и картина пропала. В любом случае сначала надо собрать и выслушать гостей.

Киити приказал Курамото сразу же проверить другие двери и сохранность коллекции, а сам вместе с Юриэ направился во второе крыло.

– Ой. А что вы здесь делаете, господин? И Юриэ-сан тут. – Когда они оба вошли в зал, раздался холодный металлический голос. Они увидели на диване фигуру Митамуры. На соседнем диване сидел профессор Мори, а между ними находилась шахматная доска. Похоже, что они все еще играли в шахматы, хоть время и перевалило за половину второго.

Киити самостоятельно подкатил инвалидную коляску к паре с надетыми на пижамы халатами.

– Вы все это время играли здесь в шахматы? – спросил он.

– Да, – напряженно кивнул Митамура, чьи глаза были красными то ли от алкоголя, то ли от отсутствия сна. – Мы собирались доиграть эту партию и разойтись. Ведь так, профессор?

– Ага… – Мори положил руку на очки и с недоумением наклонил голову. – Что случилось в такой-то час?

– Остальные уже спят? – Киити не ответил и задал еще один вопрос.

– Да. Давно уже, – проговорил Митамура.

– Фурукава и Масаки на втором этаже?

– Да. Слушайте, господин, да что такое случилось?

– Ну, – ответил Киити, пристально смотря за их реакцией, – в северном коридоре пропала одна из картин.

– Что?

– Правда?

Оба удивленно открыли рты и встали с дивана.

– Что значит картина пропала? – стремительно спросил Митамура.

– Была снята со стены и исчезла. К тому же задняя дверь была открыта.

– Тогда…

– Похоже, ее украли.

– Ужасно. Это просто ужасно. – Мори задрожал в замешательстве. – Нужно срочно позвонить в полицию.

– Бесполезно, профессор, – сказал Митамура. – Они ведь уже сообщили, что дорога в негодности и приехать они не смогут.

– Ах, точно.

– В любом случае, господин, мы отсюда не…

Хозяин в маске прервал речь хирурга:

– Я хотел бы пригласить и выслушать остальных.

– Фудзинума-сан, вы же… – Мори внезапно побледнел, – не думаете, что картину украл кто-то из нас?

Киити собирался что-то спросить, но тут в комнату из западного коридора ворвался Курамото.

– Никакого непорядка не обнаружено, господин. Все двери и окна в таком же состоянии, в каком были, когда я их осматривал, – сказал он, поднимая и опуская широкие плечи.

– Хорошо.

Затем Киити приказал Курамото разбудить и привести Ооиси из его комнаты.

– Слушаюсь, – ответил дворецкий.

– Не могли бы вы вдвоем подняться наверх и позвать Масаки и Фурукаву-кун… – продолжил Киити, повернувшись к Мори и Митамуре.

– Что стряслось? – В этот момент с лестницы, идущей вокруг стены зала, раздался чей-то голос. Все взгляды тут же устремились туда. – Вы тут так расшумелись, что я проснулся. Фудзинума-сан… О, и Юриэ-сан. Что случилось?