Современный зарубежный детектив-17. Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Ангер Лиза

По лестнице спускался одетый в серый спортивный костюм Синго Масаки. Он оперся на перила и пристально посмотрел на собравшихся.

Когда Киити сообщил о происшествии, рука, закрывавшая рот от зевоты, резко остановилась.

– Картину украли? – Масаки широко открыл глаза, сонливость как ветром сдуло. – Но кто…

– Украли картину?! – прозвучал сердитый голос, и в зал с топотом вбежал Гэндзо Ооиси. – Да это скандал! Ни за что не прощу! Кто мог совершить такой наглый поступок?!

– Давайте не будем повышать голос, Ооиси-сан. Сколько ни кричи, а ничего не изменится. – Хозяин особняка в маске хладнокровно укорил раскрасневшегося торговца. Затем он вновь оглядел всех в зале и сказал: – Остался только Фурукава-кун. Прошу прощения, профессор, можете его разбудить?

– Хорошо. – Бледный профессор пошел к лестнице.

– Я тоже пойду. На всякий случай, как говорится. – Митамура подбежал к нему и пошел рядом.

«На всякий случай» означало, что он думает, что картину украл Фурукава, да еще и может представлять опасность. Такой он имел в виду намек?

Оставшиеся пятеро спокойно проводили взглядом поднимавшуюся по лестнице пару.

Все в той или иной степени были в замешательстве из-за ночного происшествия. Никто не раскрывал рта. Натянутую атмосферу в зале сотрясали звуки яростного ветра и бьющего о здание дождя…

Но вот Мори и Митамура показались на лестнице. Однако за ними не было видно Цунэхито Фурукавы.

– В чем дело? – спросил Киити снизу. – Где Фурукава-кун?

– Его нет, – ответил Митамура и наклонился над перилами. – В комнате никого нет.

Зал второго крыла

(1:50)

Сколько людей в тот момент сразу же поняли, насколько это непостижимое событие?

По крайней мере, эта непостижимость должна была уже стать ясной для Мори и Митамуры, которые пошли на второй этаж позвать Цунэхито Фурукаву. Однако остальные, ждавшие их в зале, лишь встретили неопределенным шепотом отсутствие единственного, кого сразу же обвинили в исчезновении картины.

– В комнате никого нет? – как попугай, повторил Киити.

– Никого, – ответил Митамура, спускаясь по лестнице. – Дверь была не заперта, а вещи лежали нетронутыми.

– А в туалете?

– Не было его ни в туалете, ни в ванной. Мы много раз его звали, но похоже, что его нет на втором этаже.

– Но… – Пока Киити говорил, он заметил расхождение с фактами. Он приложил правую руку в белой перчатке ко лбу маски и начал подбирать слова, чтобы продолжить. Митамура тут же остановился и бросил взгляд на хозяина особняка. Побледневший Мори стоял на лестнице.

– Странно. – Через отверстия в маске просочился хриплый голос.

– Именно, – ответил Митамура без промедления. – Я тоже не понимаю, что произошло.

– Что странно? Фудзинума-сан, доктор Митамура, – Масаки раздраженно влез в разговор. – Картина в коридоре украдена. А один из гостей, Фурукава-сан, исчез… Если хорошенько подумать, то сразу становится очевидным, что случилось.

– Масаки дело говорит! – закричал Ооиси, еще более краснея. – Нужно не мешкать и скорее догнать этого монаха!

– Нет, сейчас бесполезно суетиться. – Киити по порядку посмотрел на Масаки и Ооиси и продолжил: – Сейчас важен тот факт, что Фурукавы-кун нигде нет на втором этаже.

– Что это значит, Фудзинума-сан? Ведь…

– Потому что не может такого быть, чтобы его сейчас не было на втором этаже.

– Что?

– Все именно так, Масаки-сан. – Митамура спустился по лестнице и начал объяснять озадаченному Масаки. – Какое-то время, вернее сказать, несколько часов назад, Фурукава-сан вернулся в комнату на втором этаже. Вскоре Ооиси-сан и вы вернулись в свои комнаты, однако все время после этого мы с профессором Мори продолжали играть в шахматы в этом зале. Обычно мы идем спать намного раньше, но, возможно, из-за дневного инцидента мы оказались в странном смятении, и было непохоже, что мы сможем легко заснуть.

– То есть это значит…

– Вы угадали. Мы все это время сидели на этих самых диванах. Мы не смогли бы не заметить, если бы Фурукава-сан спустился по этой лестнице.

– Но… – Масаки наклонил голову, не веря услышанному. – Может, тут какая-то ошибка?

– Ошибки быть не может. По крайней мере, насколько мы можем утверждать. По этой лестнице никто не спускался, – твердо сказал Митамура и коротко вздохнул: – Однако сейчас на втором этаже нет признаков присутствия Фурукавы-сан.

– Не может такого быть…

– Да. Если подумать, то, возможно, он прячется где-то на втором этаже или как-то сбежал. – Митамура прошел мимо нахмурившегося и сложившего руки на груди Масаки и подошел к Киити. – Фудзинума-сан. Я думаю, что, во-первых, следует проверить каждый угол в комнатах и коридоре на втором этаже.

– Угу. Думаю, мне тоже лучше пойти. Масаки и, прости, Митамура-кун, неудобно вас просить, но можете донести коляску? – спросил хозяин особняка в маске и повернулся к дворецкому в пижаме, который, не двигаясь, ждал указаний. – Следи за лестницей отсюда. Если заметишь, что спускается кто-то подозрительный, ни за что не пропускай… А, Юриэ. Тоже подожди здесь. Хорошо?

Второй этаж второго крыла —

комната № 5, спальня Цунэхито Фурукавы

(2:00)

Масаки и Митамура взяли коляску с двух сторон и подняли по лестнице. После этого за ними неуверенной походкой последовал Ооиси.

Мори шел впереди и вышел в коридор второго этажа. В коридоре никто ничего странного не нашел. Ковер цвета мха. Высокий потолок. На окнах, выходящих во внутренний двор, висели толстые шторы такого же цвета.

– В комнате его действительно нет, – подчеркнул хозяин особняка в маске. Без колебаний с ним согласился Митамура.

– Я тоже никого не заметил. – Мори беспрерывно поправлял очки и подергивал тонкими бровями.

– Да перестаньте повторять, – недовольно сказал Ооиси. – Я только и слышу, что он пропал, что это непостижимо, что это невозможно! Да они просто проглядели, как он спускался, да и все, разве нет?! Чем копаться здесь, лучше скорее определить, где кар…

– Ооиси-сан. – Киити зыркнул на торговца живописью, – помолчи, пожалуйста. Я ценю твои переживания за картину, но сейчас куда важнее правильно понять, что здесь произошло.

– Но все же, Фудзинума-сан.

– Господин правильно говорит, – сказал Митамура, покручивая кольцо на левой руке. – Во-первых, сколько ни паникуй, ситуация не изменится. Мы все понимаем, что полиции звонить тоже бесполезно. Предлагаете выскочить наружу и наугад искать следы в такую бурю?

Ооиси надул щеки, но ничего не сказал.

– Тогда, пожалуй, может, проверить окна в коридоре? – попросил Киити, повернувшись к троим гостям.

Результат не заставил долго ждать.

Они убедились, что окна, выходящие во внутренний двор, были надежно закрыты, а щеколда изнутри опущена. Кроме того, все окна были длинными, узкими поворотными окнами, и, даже если их открыть, взрослому человеку в них было бы невозможно пролезть.

Справа по коридору имелись две двери. Поближе была комната № 4, которую использовал Масаки, а в глубине – комната № 5, в которой остановился Фурукава.

Киити, самостоятельно приводя в движение инвалидную коляску, поехал по коридору. Он сказал Масаки открыть дверь и попал в комнату № 5.

– Это что такое? – непроизвольно спросил он приглушенным голосом.

В освещенной комнате все было в каком-то белом дыму. Всю комнату так заполнил запах, похожий на аромат розы, что в ней было трудно дышать.

– Благовония, – ответил на вопрос Киити вошедший следом Митамура. – Я тоже очень удивился. Похоже, Фурукава-сан закрыл комнату и воскурил благовония.

В пепельнице на столе, куда указал Митамура, лежала маленькая горка пепла, которая осталась от сожженных благовоний.

– Свет в комнате уже горел? – спросил Киити, зажимая нос.

– Нет. Я включил тогда.

– В туалете и ванной вы тоже смотрели?

– Мы заглянули внутрь.