Административный ресурс. Часть 1. Я вспомнил все, что надобно забыть - Макс Ганин

— Я продаю доллар против иены! — кричал тот.

— Отлично, тогда я покупаю евро и фунты! — вторил ему Тополев. — Дима, попробуй купить золото и продать нефть. Звони туркам по телефону и проси прокотировать!

На рынках творилась полная вакханалия. Кто-то из маркетмейкеров сильно раздвигал спреды[45], а кто-то вообще не подбирал и не ставил цены. Все ждали, когда откроется Нью-Йоркская биржа, чтобы продать акции. А когда во вторую высотку врезался второй самолет, волатильность[46] на рынке зашкалила до небес. Начиналась паника. Гриша не отрываясь смотрел в монитор с ценами, внимательно слушал комментарии и новости по «Рейтерс ТВ». Андрей заносил сделки в компьютер, иногда отвечая контрагентам на торговом терминале. Дима был весь в телефонных переговорах, то и дело выскакивал к руководству на доклад.

Каждое новое сообщение об угонах самолетов или о возможных терактах в других городах сопровождались новыми падениями доллара на рынке. Нью-Йоркская биржа во время теракта не пострадала, но оказалась отрезанной от всего мира: были повреждены коммуникации, с помощью которых с биржей связывались ее клиенты и торговые площадки. Вынужденная изоляция, не говоря уже о самом факте шокирующей террористической атаки, неизбежно должна была привести к панике и коллапсу на фондовом рынке США. Но этого не произошло — американские биржи в день теракта просто не стали открываться. Довольно быстро вся торговля затихла. Заявки клиентов были сняты. Все смотрели новости. Было ощущение шока и нереальности происходящего. Картинка новостей походила на кадры голливудского боевика. Почти нереально было поверить, что это происходит по-настоящему и прямо сейчас. Ребята воочию наблюдали на своих экранах, как несчастные люди в пылающих небоскребах прыгают из окон и разбиваются, как сотни белых воротничков, высунувшись из здания, пытаются вдохнуть свежий воздух в окружении черной гари. А потом один за другим высотки складываются, как песочная колонна — прямо вместе с людьми внутри себя.

После полуночи, когда стало ясно, что террористическая атака завершена, когда регулярность выхода новостей уменьшилась, а тон ведущих стал более спокойным, Дмитрий разлил по стаканам виски и предложил коллегам выпить, не чокаясь, за упокой душ погибших. Они бы еще долго сидели так в своих креслах, думая о произошедшем с ними и со всем миром, но Житний негромко скомандовал расходиться.

За несколько дней московский «Гаранти» заработал почти тридцать миллионов долларов на панических настроениях рынка. Зафиксировав последнюю сделку, Гриша составил отчет о прибыли и вручил его Диме для дальнейшей передачи руководству. Тот с гордостью и нескрываемым удовольствием покинул кабинет, захватив с собой бумаги. Через полчаса он вернулся озадаченным и сильно расстроенным.

— Сейчас к нам Мурад лично придет! — сказал он, плюхаясь в кресло.

— Что, недоволен размером нашей прибыли? — пошутил Григорий.

— Сказал, что лучше бы мы в убытке были, чем такой плюс… — грустно ответил Житний.

— Ты шутишь? — недоумевая, произнес Тополев.

— Какие могут быть шутки? Он так на меня орал! Как будто мы с вами украли эти тридцать миллионов, а не заработали.

В этот момент в комнату в прямом слове ворвался директор банка Агабейоглы. Он разговаривал по телефону на турецком, поэтому еще около минуты продолжал стоять у двери.

— Вы что, не понимаете, что случилось? — негромко начал он на английском языке. Он плохо говорил по-русски, поэтому в сложные моменты переходил на международный язык общения. — Мусульмане совершили террористический акт в центре США, а банк из мусульманской страны при этом зарабатывает на их трагедии десятки миллионов долларов! Так… Как хотите, но все сделки надо отменить!

— Это невозможно, Мурад! — ответил Гриша. — Уже все подтверждено по «Рейтеру» и свифтами[47]. Сегодня уже первые деньги начали поступать.

— Ничего не хочу слышать! Я вам ничего не подпишу!

— А ваша подпись и не нужна. У нас — только приходы средств от контрагентов. Никаких расходных операций нет, — пояснил директору Дима.

— Вы даже не понимаете, что наделали! Это катастрофа! — закричал Мурад. — В Стамбуле нами очень недовольны. Ищите любые возможности, как можно минимизировать выигрыш! — сказал он и выбежал из дилинга.

— Да ничего уже не сделаешь! — заключил Тополев. — Такое впечатление, что все просто сошли с ума…

— Ну, с ума — не с ума, а торговлю временно прекращаем. А то вы, не дай бог, еще денег заработаете! — хмыкнул Житний и погрузился в изучение Гришиного отчета.

Через пару дней стало известно, что к ним в банк летит специальная комиссия из Турции по расследованию произошедшего в московском офисе и якобы их сопровождают сотрудники ЦРУ. Реально запахло жареным. Проверяющим в качестве допросной выделили переговорную комнату. Там люди явно не турецкой наружности разместили свое оборудование, в том числе и полиграф. Высокопоставленные менеджеры стамбульского «Гаранти» заняли кабинет директора московского офиса. Сперва допросили девушек из бэк-офиса и бухгалтерии, ведущих учет сделок инвестиционного департамента. На это ушел целый день. Гришу и Андрея при этом не трогали, дав им возможность обслуживать на бирже и межбанке заявки клиентов и выполнять текущие операции. Дима тем временем не покидал проверяющих, постоянно таскал им папки с документами, распечатывал все новые и новые бумаги, объяснял специфику работы в России и давал характеристики на своих подчиненных. Лишь на третий день комиссия пригласила к себе на разговор Тополева.

— Здравствуйте, Грэгори! — начал на английском языке старший группы.

Высокий седовласый турок с европейской внешностью представился старшим вице-президентом «Гаранти» по финансам. Он также назвал и сидящих с ним рядом коллег. Три мужчины и одна женщина тоже были топами банка. Они ведали вопросами юриспруденции, безопасности, аудита и бухучета.

— Если вам сложно беседовать с нами на английском, то мы можем попросить переводчика, чтобы он подключился к разговору, — продолжил главный.

— В этом нет никакой нужды. Я прекрасно владею английским и смогу четко выражать свои мысли и возмущение происходящим, — спокойно ответил Григорий и обвел взглядом присутствующих, чтобы снять их реакцию на сказанное им. Турки пропустили эту дерзость мимо ушей.

— Отлично! Тогда мы можем продолжить разговор без посторонних, — заключил вице-президент. — Во-первых, я хочу от лица банка поблагодарить вас за отличную работу и потрясающие результаты, которые вы до сих пор показывали. Это лишний раз подтверждает тот факт, что мы не ошиблись при выборе вашей кандидатуры на этот сложный участок работы. Еще раз спасибо вам!

— Обычно так говорят перед увольнением, — прокомментировал сказанное турком Тополев.

— Решение по данному вопросу будет принято нашей комиссией по результатам проведенной проверки, а пока… Не будете ли вы так любезны, чтобы ответить на ряд наших вопросов?

— Конечно. Всегда готов, как говорили советские