Административный ресурс. Часть 1. Я вспомнил все, что надобно забыть - Макс Ганин

— Хорошо, Сашенька, я сегодня же свяжусь с Мариной и договорюсь на выходных поехать к ним на дачу. Там и переговорим!

— А они где сейчас обитают? — поинтересовался из любопытства Невзоров.

— Ты представляешь, они живут в том же доме, что и мы, когда Гришин дедушка был министром, — ответила Екатерина.

— В Успенском?

— Да, в бывшем поселке Совета министров СССР. Сейчас эта земля отошла Администрации Президента, и там оставили госдачи для высшего звена. Олегу дали там дом совсем недавно.

— Да, интересное совпадение…

— И не говори! Сперва этот дом дали моему папе Алексею Васильевичу — как министру тяжелого машиностроения. Когда он ушел на пенсию по болезни, мы съехали на собственную дачу в трех километрах от этого поселка. Затем я вышла замуж за Караваева. Его отец был министром строительства, и ему выделили этот же дом. А теперь и Марина с Олегом в нем живут. Не мистика?

— И не говори! А что вас еще в Шереметьево может заинтересовать? — снова вернулся к деловому разговору Александр Алексеевич.

— Что угодно! — быстро ответила Екатерина.

— Я слышал, что Аэрофлот очень недоволен одной частной транспортной компанией, которая обслуживает их на поле, и собирается ее менять. Ты же знаешь Картонова? — он обратился с вопросом к Екатерине.

— Володю? Конечно, знаю! Много лет назад я очень сильно ему помогла.

— Так вот, он теперь первый заместитель генерального директора Аэрофлота. Если хочешь, я могу дать тебе его номер. Позвони, пообщайтесь. А если ему еще и Олег наберет, то отказа точно не будет — ни в чем!

Доедая десерт, Григорий заметил, что на него косится — и уже давно — какой-то бородатый молодой мужик за соседним столиком. Его лицо показалось знакомым, но Тополев никак не мог вспомнить, где мог его видеть. Мужик был настолько гламурный в своей одежде и поведении, из-за чего Гриша даже предположил, что он, скорее всего, гей. По крайней мере, косметику на его лице можно было разглядеть невооруженным взглядом.

Перед тем как распрощаться с Невзоровым, Гриша решил посетить туалетную комнату. Справляя нужду у писсуара, он не заметил, как бородатый зашел за ним в помещение. Вдруг Гриша ощутил, как кто-то гладит его по ягодицам. От удивления и неожиданности он резко развернулся и увидел перед собой горящие желанием глаза накрашенного мужика из-за соседнего столика. Не размышляя ни секунды, Тополев пробил нахалу двоечку в нос и подбородок, застегнул ширинку, перешагнул через упавшее и застонавшее от боли тело, не спеша вымыл руки и вернулся за свой стол. Буквально через пару минут к ним подбежал главный администратор вместе с тремя охранниками.

— Молодой человек, это вы зверски избили в туалете Сергея Скотова? — обратился менеджер к Грише.

— Какого Скотова? — переспросил Невзоров. — Того самого парикмахера?

— Да! — с чувством неподдельной гордости ответил работник ресторана. — Это наш постоянный клиент. ВИП-персона!

— Скажите ему, чтобы он руки свои не распускал в туалете! — негромко и строго произнес Григорий. — Не все же такие извращенцы, как он. Есть и нормальные гетеросексуальные мужчины! Или для него это откровение?

— Ты что, дал по морде Скотову? — обрадованно отреагировал Александр Алексеевич. — Какой ты молодец! Всегда мечтал это сделать…

— Мы вынуждены вызвать милицию и задержать вас для передачи правоохранительным органам, — вдруг высказался один из охранников.

— Вы оплатили счет? — спросил менеджер.

— Так! Никто никого задерживать не будет, а тем более — звонить ментам! — Невзоров достал из внутреннего кармана красное удостоверение, открыл его и сунул под нос охраннику. — Еще вопросы есть?

— Никак нет, товарищ генерал! — отрапортовал крепкий парень лет тридцати пяти.

— А у вас? — спросил ФСБшник администратора.

Тот внимательно прочитал все слова в удостоверении и, сглотнув, произнес:

— Александр Алексеевич, вопросов, конечно, нет… К Вам… Но молодой человек обидел нашего почетного гостя…

— Никто никого не обижал! Сергей сам неудачно упал в туалете и поранился о дверь кабинки. Если у него есть другая версия произошедшего, то мы готовы сейчас проехать с ним на Лубянку, и там я с удовольствием выслушаю его показания. Правда, у нас к нему могут возникнуть другие вопросы, касающиеся непосредственно его самого и его деятельности. Так что пусть выбирает, что ему ближе: моя версия произошедшего или его.

— Товарищ генерал, не забивайте себе голову дурацкими проблемами! — вмешался охранник. — Берите своих друзей и спокойно поезжайте домой. Простите за недоразумение!

— Мы еще счет не оплатили! — вдруг вступила в разговор Екатерина.

— Всего хорошего! Счет уже оплачен другим гостем, — спокойно и рассудительно констатировал бывший службист и зыркнул на менеджера, который хотел было возразить. — Проводите наших уважаемых гостей, — приказал он двоим другим охранникам. — До свидания!

— Мне тоже такая замечательная красная корочка нужна, — пошутил Тополев, когда они покинули заведение. — Работает безотказно!

— Будешь себя правильно вести, она тебе и не понадобится! — загадочно улыбаясь, ответил Невзоров. — Другие пускай документами своими светят, кто у тебя в окружении, а не ты.

Ждать разрешения на въезд в поселок госдач у поста охраны пришлось недолго. Пропуск был заказан заранее, и после тщательного визуального осмотра автомобиль Тополева был пропущен на территорию.

Сосновый лес помнил многих выдающихся деятелей Советского Союза, проживавших на дачах в тени его хвойных крон, а теперь и новая плеяда современных политиков и функционеров обосновалась в этих райских местах. Лет тридцать тому назад маленький Гриша гулял здесь по аллеям с папой и мамой, ездил на детской машинке с педалями, здесь он произнес свое первое слово «камень», и здесь он был как никогда счастлив. Наверное, поэтому эти детские воспоминания врезались в его память, как никакие другие. Мало что изменилось в поселке с того времени: все те же сосны и двухэтажные деревянные усадьбы, такое же отсутствие заборов между домами, а главное — полная тишина и спокойствие: то, что всегда ценили и уважали власть имущие.

Марина встречала подругу детства с сыном на улице. Июнь в этом году выдался довольно прохладным и облачным, поэтому посиделки на природе решили заменить обедом в гостиной. Олег был занят важным разговором по телефону и вышел к гостям спустя полчаса. За это время Григорий успел прогуляться по их старому дому. Нахлынули воспоминания. Он отчетливо увидел картины детства и порадовался трепетному чувству ностальгии, обрушившейся на него.

В конце семидесятых — начале восьмидесятых годов прошлого века его дед по линии отца по фамилии Караваев, союзный министр, часто принимал различные делегации дружественных стран, которые обязательно привозили ему всяческие экзотические подарки. Так однажды он приехал на дачу