Административный ресурс. Часть 1. Я вспомнил все, что надобно забыть - Макс Ганин

Гриша взял у Магомеда листок и принялся его изучать.

— Это цены и объемы, по которым мы можем прямо сейчас купить зерно у фермеров, — давал пояснения Магомед. — Это — наши расходы на доставку и хранение на элеваторе, это — затраты на транспортировку в порт Новороссийска, а это — законтрактованные цены в долларах на продажу. Плюс мы еще возвращаем НДС[74]! Вот, по моим расчетам получается почти стопроцентная прибыль.

— Если такая огромная маржинальность в сельском хозяйстве, то почему этим наши крупные корпорации не занимаются? — удивился Гриша.

— Еще как занимаются! — ответил Мамедов. — Я только благодаря своим связям в это залез! И первый раз за столько лет мне дали прокрутить такой объем, поэтому обосраться я не имею никакого права! Понимаете меня?

— Уж больно красиво выглядит… — скептически резюмировал Григорьев. — Цены у фермеров и на элеваторе мы, конечно же, проверим, а вот закупочные по контракту у иностранцев — никак! Биржевые цены на зерно меняются довольно быстро. Такая цена была в начале года. Вы, Магомед, договор на поставку в феврале заключали?

— Абсолютно точно! — подтвердил Мамедов. — Вот, видите? — Он указал на цифры в верхнем левом углу контракта. — Пятнадцатого февраля!

— Тогда все сходится… — задумчиво произнес Сергей. — Как же вы так рисковали, заключая контракт и не имея закупочных цен?

— Я же говорю: мне неожиданно разрешили законтрактоваться на такой объем. Времени думать не было! Пришлось соглашаться на свой страх и риск.

— Кто не рискует, тот не пьет шампанское! — подтвердил народной мудростью слова сорокалетнего кавказца Григорий. — Беремся за эту сделку!

— Гриш, мы еще не до конца все проверили. Да и у нас сейчас нет такого количества свободной наличности… — заявил Николай Золотарев, исполняющий в холдинге обязанности финансового директора.

— Полтос у меня есть, а остальное возьмем у Володи Понтонова в «Конверсе». Я его попрошу либо в кредит мне дать, либо партнером возьмем. Сто процентов прибыли на дороге не валяются!

Раз в неделю в холдинге «Медаглия» проходил совет директоров. За большим эллипсовидным столом в приемной на мансарде собирались собственники бизнеса, директоры фирм, главный бухгалтер, начальник СБ, юрист и приглашенные гости. Тополев сидел во главе, по бокам от него восседали Григорьев и Золотарев, рядом с которым любил расположиться Влад Богатырев. Из директоров компаний неизменно принимали участие Гришина мама — главная по блоку недвижимости, Дима Грудачев, ответственный за сделки по топливу, и Оксана Тополева — руководитель полиграфической компании, которую Гриша подарил своей жене пару лет назад на годовщину свадьбы. Ему так надоело, что она излишне эмоционирует, сидя дома в декретном отпуске, что он отдал ей все бразды правления в фирме по производству растровых календарей и вывесок, которую забрал за долги у своего очередного несостоявшегося партнера в 2000 году.

В конце июля на очередном совете рассматривался в том числе вопрос о сделке по зерну. Сперва Дима Грудачев отчитался о поставленных объемах на ТЗК Шереметьево и о перспективах роста в этом направлении. Он предложил найти возможность закупать авиационный керосин в Госрезерве, что позволило бы выйти на более высокую маржинальность. Найти выход на руководство мало кому известной государственной структуры было поручено генералу Налобину. Затем Екатерина рассказала о работе своего подразделения и о появившихся перспективах в некоторых сделках с особняками в центре Москвы. Богатырев хотел было завести разговор и о проекте «Полянка», но Гриша быстро остановил его, считая преждевременным выносить секретную информацию на совет директоров. Затем слово взял он сам.

— Уважаемые коллеги, хочу проинформировать вас о новом проекте под кодовым названием «Зерно». Магомед Мусаевич Абдулаев предложил нам участвовать деньгами в своей сделке по покупке-продаже зерна. Все наши соответствующие службы проверили все досконально и вышли со своими пожеланиями. Для закупки зерна необходимо приобрести векселя Сбербанка на сумму сто пятьдесят миллионов рублей. Пятьдесят миллионов даем мы, сто миллионов дает Конверсбанк. Я провел несколько встреч с Володей Понтоновым, и он решил войти вместе с нами в партнерский пул. Николай Валентинович как руководитель СБ настаивает на том, чтобы с Магомедом поехал в Ставрополь наш сотрудник — бывший капитан ФСБ Алексей Алисов. Он будет отвечать за сохранность векселей и сопровождать Мамедова во время заключения сделок по покупке зерна. Векселя по согласованию с Магомедом мы будем хранить в банковской ячейке в Ставрополе. Ключи будут только у Алексея. Таким образом мы избегаем риска пропажи денежных средств и полностью контролируем всю закупочную кампанию. Также деньги по контракту за продажу зерна иностранным корпорациям будут приходить исключительно в Конверсбанк, тем самым мы защищаемся и с этой стороны. Понтонов настоял на страховании зерна и присутствии сюрвейеров[75] на элеваторах. Это он делает за свои деньги, так что на нашу экономику эти расходы никак не повлияют. Так что сделка выглядит прозрачной, логичной и застрахованной. Предлагаю ее на голосование.

— Григорий Викторович, не лез бы ты в зерно… — сомневаясь, отреагировал Грудачев. — В нашей стране по этой теме столько кидков было, что и не сосчитать!

— Ваше сомнение принимается, Дмитрий! — ответил Гриша. — Вы в нашем холдинге почетный скептик, и это прекрасно. Кто еще сомневается? — Тополев окинул пристальным взглядом присутствующих и не увидел возражений. — Я так понимаю, все «за», кроме Димы. Ну что ж, тогда начинаем!

На закрытую часть совещания Тополев попросил остаться соучредителей — Налобина и Чупрова. Только этим людям он мог довериться и именно с ними мог обсуждать свои секретные проекты.

— По поводу «Полянки», — начал Григорий. — По моей просьбе Рябов провел переговоры с Дуадзе о покупке нами здания со всеми проблемами. Тот согласился, но затребовал семь с половиной миллионов долларов. Я предложил максимум два с половиной, но он категорически отказался торговаться.

— Давайте заберем здание сами! — вдруг предложил Чупров. — И у Дуадзе, и у его партнера. Я изучил все документы у адвокатессы Кошкиной и могу авторитетно заявить, что если она их отдаст, то мы станем единственными собственниками буквально через пару месяцев.

— Это как? — не удивляясь предложению Антона, но желая понимать детали, спросил начальник СБ.

— Елена Михайловна — прелестная женщина!

— Ты уже и с ней переспал? — саркастично отреагировал Григорий.

— Нет, ты что? Ей же за пездис[76]!

— А для тебя что, возраст стал помехой? — спросил Золотарев, и все рассмеялись.

— Она мне намекнула, — продолжил Чупров после того, как все успокоились, — что за малую долю готова отдать