Административный ресурс. Часть 1. Я вспомнил все, что надобно забыть - Макс Ганин

— Вот об этом я и говорю! — возмутился Гриша. — А как январь будем отрабатывать? На своих личных автомобилях пассажиров возить?

— Если мы обосремся, то с нами больше дела иметь не будут! — подметила Екатерина и посмотрела на Налобина.

Тот одобрительно кивнул, подтверждая ее слова.

— Григорий Викторович! — вдруг решил высказаться Грудачев. — Я предлагаю забрать все активы у Славки Померанцева. Он сейчас выполняет контрактное соглашение с Аэрофлотом по хендлингу[100], и у него еще остались мощности — как технические, так и людские.

— Ты имеешь в виду рейдернуть его, как «Полянку»? — спросил Тополев.

— Ну что вы все время интерпретируете слово «забрать» как «отнять»? Я предлагаю выкупить у него все активы, пока он сам их не распродал. Он прекрасно понимает, что продления контракта ему не видать, как своих ушей. Поэтому я считаю, что он согласится отдать нам все свои активы и наработки по сходной цене. Тем более что у него с финансовой точки зрения дела идут не очень. Лизинговые компании душат, народ начинает разбегаться… А нам такие кадры терять нельзя.

— Организовывай встречу, Дим! — согласился Гриша. — И чем быстрее, тем лучше.

Грудачев тут же набрал Померанцева и предложил ему повидаться, чтобы обсудить выкуп его техники и плавный безболезненный переход от управления его фирмы к гришиной к первому января. Выслушав ответ Вячеслава, Дима скривился и, не прощаясь, положил трубку.

— Он хочет за все минимум миллион долларов, — объявил Грудачев.

— Мы оценивали его технику, — подключился Налобин. — Это старые, выработавшие ресурс автобусы. Им красная цена — тысяч триста, не больше.

— Ну, с ним все ясно… — задумчиво произнес Григорий. — Он понимает, что нам некуда деваться: мы не успеем за два месяца поставить в аэропорт новые автобусы, поэтому и выкручивает нам руки. Если мы согласимся на его условия, не факт, что он еще цену не задерет… Дим, а ты не знаешь, в какой лизинговой компании обслуживается Померанцев?

— Конечно, знаю! Он всю спецтехнику уже выкупил, остались только его личные автомобили. А еще у него квартира в залоге у банка под кредит на оборудование, которое он приобрел в этом году, но пока ни одного платежа не сделал. Банк до сего дня относился к этому лояльно.

— А ларчик-то просто открывался! — обрадовался Тополев. — Николай Валентинович! Просьба к вам нижайшая…

— Я уже все понял, Григорий Викторович! — прервал шефа начальник СБ. — Постараюсь в кратчайшие сроки что-нибудь придумать.

Через пару дней сотрудники лизинговой компании принудительно остановили машину Померанцева через спутник прямо на трассе и потребовали срочно погасить задолженность. В противном случае они грозили конфисковать оба дорогих практически новеньких авто. В этот же день к Славе домой пришли коллекторы и, поговорив с его женой в грубой форме, дали три дня на закрытие долга перед банком. Они были настолько убедительны и ужасны, что довели несчастную Померанцеву до истерики, и уже вечером Вячеслав набрал Грудачева и попросил о встрече с Григорием на предмет организации сделки по купле-продаже его автопарка.

В ресторане на Пушкинской площади было многолюдно, несмотря на поздний час. Гриша решил не откладывать разговор со Славой на завтра и вместе с Золотаревым и Грудачевым примчался на встречу. Они уселись за большой круглый стол в дальнем углу и начали торги. Померанцев, естественно, набивал цену, нахваливал технику, своих специалистов и всячески намекал на личную информированность о проблемах «Медаглии» с доставкой новых автобусов. Григорию надоело все это слушать, и он решил поставить большую и жирную точку в этом разговоре. Он залез в свой портфель и выложил на стол небольшой пакет.

— Слава! — начал он спокойно и размеренно. — В этом пакете четыреста тысяч долларов. Это мое последнее предложение. Больше разговоров не будет. Если ты наслышан о моих проблемах, то наверняка знаешь и о моих возможностях, и моем поганом характере. Как ты понимаешь, мы — непростая фирмочка, если с нами единственными Аэрофлот заключил пятилетний контракт, а не как со всеми — годовой. Я все равно заберу то, что мне понравилось и что мне надо. Я сделаю это любым доступным для меня способом и не буду думать о нравственности и прочей дребедени. Если мы сейчас не договоримся, то сегодняшний визит молодых спортивных парней к тебе домой покажется детским утренником по сравнению с тем, что станет с тобой впоследствии. Пойми, я еще даже не начинал работу! Тебе лучше и не знать, какие у меня есть возможности, чтобы превратить твою жизнь в ад. Поэтому бери деньги, пока дают, и не гневи всевышнего. Вот документы, которые тебе надо подписать. — Тополев вывалил на стол кипу бумаг, заранее подготовленных его юристами для этой встречи. — И ручка. — Он достал ее из кармана и громко обрушил на листы с договорами. — Подписывай, Слав, подписывай!

Померанцев взглянул внутрь пакета, взял его со стола и положил себе на колени, после чего поднял ручку и принялся выводить закорючки в специально помеченных местах.

— Принесите нам, пожалуйста, шампанского, — попросил официанта Грудачев. — Надо отметить такое дело! Сегодня окончательно сформировалась компания «Транссервис Шереметьево»!

— Не надо шампанского. Несите бутылку водки и закуски побольше, — распорядился Гриша. — Я голодный как волк.

Благодаря этой сделке преемственность компаний прошла на отлично, и в ночь на новый 2005 год фирма Тополева начала предоставлять услуги крупнейшему авиаперевозчику страны. Помимо основного офиса в Москве, появились дополнительные в Шереметьево. По взлетно-посадочной полосе начали курсировать отремонтированные и свежевыкрашенные низкопольные автобусы «Неоплан» для перевозки людей от дальних стоянок самолетов до терминала. Новенькие китайские большие и малые автобусы выполняли регулярные рейсы по маршрутам, прописанным в контракте, доставляя пассажиров и работников Аэрофлота. Немецкие микрики[101] возили пилотов и бортпроводниц из гостиниц столицы в терминалы аэропорта и обратно. В гостинице «Новотель» работала стойка такси, предоставляющая сервис с помощью десяти экипажей. Спецтехника внутри аэропорта обеспечивала бесперебойную деятельность всех комплексов авиакомпании. Всего же одновременно трудились на маршрутах не менее восьмидесяти автотранспортных средств из более чем сотни приобретенных Гришей на свои кровные.

Первые месяцы работы «Транссервиса» выявили массу странностей и нестыковок. Во-первых, оказалось, что расчетные показатели расхода топлива автопарка намного ниже реальных, а во-вторых, низкопольные автобусы, которые должны были ездить только внутри терминалов по закрытым дорогам, частенько выезжали через КПП наружу. И это были только основные, сразу же выявленные отклонения от нормы.

— И как это объясняют водители? — спросил Тополев у генерального директора транспортной компании Ивана Баранова на совещании.

— Вы сейчас