Административный ресурс. Часть 1. Я вспомнил все, что надобно забыть - Макс Ганин

У Тополева этот день не задался с самого утра. Сперва водитель с охранником приехали позже обычного к его дому в Тушино, что было совсем для них не свойственно. Затем в шереметьевском офисе пришлось задержаться дольше запланированного из-за затянувшегося совещания. И под конец, когда Гриша уже ехал вместе с Димой Кубраковым на встречу в Долгопрудный, их автомобиль заглох и встал, как вкопанный. Григорий принципиально не поехал на дорогой машине, коих в его распоряжении было немало, а выбрал для визита на стрелку обычный «Хёндай», который использовался в компании в качестве разъездного автотранспортного средства. Да и мобильные телефоны у обоих вдруг перестали принимать сотовый сигнал. Дмитрий долго возился под капотом, пока его босс грелся в придорожном кафе. Исправив неполадки, они снова двинулись в путь. Опоздание становилось критическим — более получаса. Так как адреналин в крови зашкаливал, то мысли об оправдании не приходили в голову. Конечно же, Тополев прокручивал в голове, и не раз, предстоящий разговор с бандитами, но слова Никона о том, что его могут взять в заложники прямо на стрелке, засели в нем прочно. Тем не менее он ехал на их территорию, потому что считал себя правым, а значит — сильным.

Метров за триста до въезда в карьер они заметили впереди черные столбы дыма, но подумали, не сговариваясь, что это работяги жгут неутилизированные покрышки. Каким же было их удивление, когда на месте предполагаемой встречи они увидели четыре горящих джипа и несколько трупов с автоматами в руках! Долгопрудненских явно кто-то расстрелял, причем совершенно для них неожиданно.

— Валим, Дима, валим! — прокричал Григорий, быстро ценив обстановку. — Не хватало еще ментам попасться для полноты картины, — сказал он еле слышно, а про себя подумал: «Интересно, кто это сделал? Солнцевские или ФСБ?»

Нигде — ни в новостях, ни в интернете — об этом происшествии не было даже упоминания. Ни Никон, ни начальник СБ «Медаглии» Налобин вопросов Грише о встрече не задавали. Да и он сам решил промолчать. Брать такое же обещание с Кубракова не стал, догадываясь, что Дима был отчасти в курсе случившегося и делал все от него зависящее, чтобы его шеф приехал на стрелку как можно позже. Какое-то время он ждал возможной ответки, но все было тихо и спокойно. Даже химкинские и лобненские бандиты поутихли и прекратили свой бизнес в Шереметьево. Позднее он выяснил у Грудачева, который всегда узнавал все сплетни раньше остальных, что в марте неизвестными была уничтожена вся верхушка долгопрудненского ОПГ[103]. Сработали профессионалы: никаких следов не оставили.

* * *

В апреле по просьбе Сырникова генеральным директором хендлинговой компании «Транссервис» был назначен его племянник Костя Чесноков. Парень имел богатый опыт работы с менеджментом аэропорта, действительно снял многие вопросы и закрыл немало проблем в этом направлении.

Топ-менеджмент Аэрофлота был доволен сотрудничеством со структурами «Медаглия Холдинга». Все услуги выполнялись качественно и в срок, никто не просил об увеличении стоимости работ, как неоднократно делали предыдущие исполнители. Ну, а история с разборками в Догопрудном обросла не только всяческими фантастическими подробностями, но и вызвала у одних уважение, а у других — и страх перед всесильным руководителем группы компаний из Москвы. На этом фоне Тополеву стали поступать предложения об открытии дополнительных бизнес-проектов на территории аэропорта Шереметьево.

Так в начале лета 2005 года в одном из пустующих помещений внутри периметра терминала № 1 была открыта химчистка. Оксана выбила этот проект именно под себя. Гриша не хотел пускать жену в Шереметьево, но путем ежедневных скандалов и выноса мозга она добилась своего: стала полноценным членом совета директоров холдинга. Благодаря тому, что работу химчистки курировал лично Иван Баранов — бывший генеральный директор «Транссервиса», а ныне исполнительный директор всего холдинга, прибыль была достаточно высокой. Оперативно закупленное новейшее оборудование для предприятия бытового обслуживания с легкостью справлялось с заказами Аэрофлота по чистке формы пилотов и бортпроводников, пледов и прочих сопутствующих предметов. Каким образом Оксане удалось пробить для себя через Баранова этот бизнес, Тополев узнал гораздо позднее.

Средний менеджмент крупнейшего авиаперевозчика страны тоже старался не отставать от своих руководителей и предлагал свои услуги по совместному заработку. Таким образом в «Медаглии» появились сразу несколько новых направлений. Были долгоиграющие проекты — например, поставка из Китая дорожных наборов для различных классов пассажиров: от эконома до первого класса — и разовые: продажа некоторых запчастей для самолетов. Заработав на этом приличные деньги, Гриша решил открыть отдельную фирму «Авиатехснаб» и выбил для нее эксклюзивные права на предоставление услуг по ремонту отечественных самолетов и обеспечению Аэрофлота необходимыми деталями и запасными частями. Руководителем этого направления он поставил своего друга Володю Мишина, который в далеком прошлом был пилотом, а позднее преуспел в таможенном бизнесе.

Холдинг быстро разрастался и включал в себя уже двенадцать юридических лиц. Деньги текли рекой. Начиная с июля, то есть через полгода после начала работы в аэропорту, первый заместитель генерального директора Аэрофлота Картонов вызвал Григория к себе на разговор. Они были знакомы довольно близко. Владимир Николаевич прекрасно знал Гришину маму еще до его рождения, поэтому имел моральное право говорить с сыном подруги своей юности в открытую.

— Я очень доволен результатом нашего сотрудничества! — похвалил замдир Тополева. — Ты очень ловко и быстро настроил работу по наземному обслуживанию наших самолетов, развил дополнительные бизнес-процессы с нами. Молодец!

— Да, мы теперь делаем для вашей компании практически все, кроме бортового питания! — заявил Гриша.

— Хочешь забрать под себя и это?

— Нет, спасибо! Я был на заводе и видел, что они там в пищу для пассажиров кладут. Никогда больше в самолете есть не буду!

— Ну так исправь ситуацию, как давеча в Долгопрудном.

— Если делать все по уму, правильно и честно, то себестоимость вырастет вдвое, а то и втрое. Вы на такие расходы никогда не подпишетесь, поэтому пусть эти бедолаги трудятся, пока кто-нибудь не отравится и их не посадят.

— Как скажешь… Если вдруг поменяешь свое мнение, приходи, обсудим.

— Хорошо, спасибо. Вы меня за этим пригласили?

— Не совсем… — Картонов несколько раз затянулся сигаретой, внимательно осмотрел посетителя, как будто искал на нем что-то необычное, после чего отважился и начал разговор на основную тему. — Прошло полгода с начала твоей работы с нами. Как я уже сказал, мы очень