Административный ресурс. Часть 1. Я вспомнил все, что надобно забыть - Макс Ганин

— Гриш, ребятки докладывают, что в дверь стучатся милиционеры и требуют открыть, — сообщил Налобин шефу. — Якобы у них есть постановление на обыск.

— Скажи им, пусть закроются на все замки и никого не впускают! — быстро приняв решение, приказал Григорий. — Антош, звони адвокату! Пускай Вадим срочно выдвигается к нам. Видимо, без него не обойдемся. А сами сидим здесь и наблюдаем за всем происходящим, как из ложи бенуара.

— Интересно, от кого менты приехали: от Дуадзе или от Понтонова? — задал правильный вопрос Николай.

— Да, мне тоже интересно… — задумчиво произнес Гриша. — Неужели Ростом осмелился на нас переть буром? И это после всех наших усилий, после силовых мероприятий против него и его окружения?

— Не думаю, Григорий Викторович, — перейдя на официоз, ответил Налобин. — Мы бы не пропустили такой удар от него. Мои люди по-прежнему отслеживают все его передвижения и контакты. К тому же, все его друзья в силовых структурах давно уже стали нашими друзьями.

— Да «Конверс» это! Точно «Конверс»! — сообщил возбужденный произошедшим Антон. — Смотрите, начальник их службы безопасности трется рядом с милиционером — видимо, главным в этой операции.

— А вот наша бывшая сотрудница Маша! — заметил Золотарев недавно уволившуюся из «Медаглии» начальницу отдела кадров. — Она, по моим сведениям, вернулась в Конверсбанк.

— Видимо, ее взяли с собой, чтобы она показала, что и где находится у нас в офисе, и подсказала, что можно изъять, — предположил разбирающийся в оперативных мероприятиях бывший капитан ФСБ Виктор.

— Ну что? Теперь мы знаем, кто это и зачем, — резюмировал Тополев. — Сидим, едим, пьем… Ждем Вадима.

Адвокат приехал только через два часа. Он был очень занят на допросе другого своего клиента, поэтому прилетел на Полянку на мотоцикле, как только освободился.

За это время ситуация вокруг здания накалилась до предела. Охрана, выполняя распоряжение руководства, как могла, сдерживала милицейский напор. После неоднократного отказа законным требованиям открыть двери и впустить оперативно-следственную группу, старшим следователем Таганского отдела внутренних дел было принято решение вызывать сотрудников МЧС и срезать петли с дверей. ОМОНовцы предлагали прицепить тросы к решеткам окон на первом этаже и вырвать их с помощью автомобилей, но на такой шаг следак пойти не решился — все-таки опасался небезосновательных слухов о сильной и мохнатой руке таинственного собственника «Медаглии».

Вообще следователь с самого начала долго упирался и не хотел заводить уголовное дело по факту мошенничества с зерном. Но большие деньги, заплаченные собственником Конверсбанка Владимиром Понтоновым руководству Главка, возымели действие: из главного московского управления МВД был сделан соответствующий звонок, и команда сверху начала исполняться с неимоверной скоростью. Практически за сутки была проведена доследственная проверка, получены в суде разрешения на обыск и задержание основных фигурантов — Тополева и Золотарева. План по следственному мероприятию «обыск помещения группы компаний, подозреваемых в мошенничестве» полностью разработала служба безопасности «Конверса», поэтому следователь принял решение вызвать их к зданию и привлечь к осмотру. Все утро и практически весь день ушли на согласования деталей операции, ожидание ОМОН и автобусов, которые любезно предоставил конечный бенефициар потерпевшей стороны — Понтонов. Поэтому следователь постучал в дверь «Медаглии» только в районе шестнадцати часов. И только вечером, в начале седьмого, в присутствии подъехавшего адвоката милиционеры смогли зайти внутрь здания.

Пока Вадим ехал на Полянку, он связался с Антоном и уточнил диспозицию.

— Первым делом во время обыска менты изымут всю оргтехнику, начиная от процессорных блоков и заканчивая принтерами, — сообщил адвокат. — Естественно, после этого свои компьютеры вы никогда больше не увидите: часть разворуют сразу, а часть пропадет на складе вещественных доказательств. Вам это надо?

— Нет, конечно! — ответил главный юрист холдинга.

— Мы можем через двор пристроенного к нам здания пройти в наш офис и спрятать все у соседей, — заявил Виктор.

— А сотрудников сможете тем же путем вывести из здания? — с воодушевлением спросил Вадим. — Нечего вашим людям страдать от ментовского беспредела! Да и обязательно кто-нибудь проболтается о чем-то, вот увидите.

— Сейчас все организую! Мы как раз недавно готовились к такому развитию событий и закорешились с охраной соседей. Сейчас внутри есть пара сотрудников нашей СБ, я свяжусь с ними и отдам соответствующие распоряжения. Пойду-ка проконтролирую это.

— Выносите все к чертям собачим! — добавил адвокат.

— Я с тобой! — крикнул Чупров уходящему вниз по ступеням Виктору. — Пойду с ним и спрячу все компрометирующие нас бумаги, — сообщил он Грише и побежал догонять своего друга.

Сойдя со своего шикарного мотоцикла и сняв шлем, Вадим неторопливо подошел к главному оперативно-следственной группы и представился. Следователь поздоровался с ним, передал копию постановления об обыске и попросил обеспечить проход в здание.

— Конечно, сейчас мы вместе с вами проследуем внутрь, — согласился адвокат, внимательно изучив бумаги. — Вот только объясните мне, почему ваши люди срезают болгаркой двери. Я, как только узнал о приезде милиции к моим клиентам, связался с вами лично и сообщил, что скоро буду. На основании чего вы применяете спецсредства для проникновения на территорию частной собственности? И зачем здесь ОМОН? Мои клиенты разве подозреваются в терроризме или особо тяжких преступлениях? Вы что, хотели устроить здесь маски-шоу и тем самым запугать их?

Следователь молчал и только краснел от такого напора со стороны адвоката. Он прекрасно понимал, что все силовые методы воздействия не нужны, но заказчик настаивал на них, явно желая унизить бывших подчиненных и компаньонов.

— Давайте договоримся так, — взяв следователя под руку и отведя его в сторону от сотрудников службы безопасности «Конверса», начал Вадим, — вы сейчас отпускаете тяжелых[110], и мы спокойно заходим внутрь.

— Ни фига! — громко и нервно отреагировал старший спецподразделения милиции. — Эти козлы хамили мне и моим людям через закрытую дверь! Должны ответить!

— И кто же вам хамил? — поинтересовался адвокат.

— Охрана ваша!

— И что вы хотите? — спокойно спросил ОМОНовца Вадим.

— Зайдем внутрь, пару раз присунем им и уйдем! — ответил тот раздраженно.

— Я надеюсь, без синяков и тяжелых увечий?

— Только по корпусу, обещаю!

Охранникам и вправду досталось неслабо. После того как с разрешения Виктора Налобина парадная дверь в здание открылась, ОМОНовцы, облеченные в бронежилеты и с балаклавами на головах, резвились минут пятнадцать, не меньше — остальные ждали на улице. Затем, как и обещал их старший, они вышли, уселись в свой автобус и спокойно уехали с чувством выполненного долга.

— Не могут тяжелые без мордобоя и насилия обойтись! — вслух сделал вывод следователь, проходя мимо прилично помятых охранников, лежащих рядом с проходной. — Иногда я ловлю себя на мысли, что они спецом идут в ОМОН, чтобы вымещать