Рыбы поют весной - Дарья Романовна Герасимова

— Я могу прийти без них!

Затонский снисходительно улыбнулся:

— Буду знать, барышня, буду знать! — кивнул всем присутствующим и быстро вышел.

— Я уговорю его, — бормотала Яника, — почти же уговорила!

Кит пожал плечами.

Яника отцепила летучек, аккуратно повесила их рядом с кофейным аппаратом и унеслась на сортировочный пункт.

Кит сел за стол у окна.

Надо было сделать уроки.

Домой он в ближайшие часы точно не собирался идти. Вот зачем, зачем он вчера стал спорить с Тётьлидой? Так хорошо прошёл через сложные вопросы, а потом раз — и не удержался. Её же невозможно переспорить! Кит чувствовал себя опустошённым и таким усталым, как будто вчера не летал на Гусе-Лебеде, а пешком шёл до «Андроновки». И обратно. Сквозь все весенние дожди и туманы. Тётьлида же, напротив, была бодра и полна сил. Невольно подумалось, не вампир ли она. Вот как она так живёт?! Всегда всё знает только она, вечно все вокруг неё неправы, ничего не умеют, не так всё делают. Кит был зол. И на себя, что не удержался от спора. И на Тётьлиду.

Он достал было учебник по математике и тетрадь, но почти сразу же отвлёкся.

Златогоров бережно грузил вчерашнюю посылку из Гусь-Хрустального в свою огромную сумку на колёсиках. Кит так задумался про Тётьлиду, что даже не услышал, как пришёл Тихон Карлович.

— Вон даже газеты постелил, мало ли, вдруг она подпрыгнет на какой-то ледышке.

— Как хорошо, что успели! Как раз сегодня идеальный день! — София Генриховна помогала Златогорову обкладывать посылку газетами.

— А что там? — не удержался Кит. Он сам не понимал, почему вдруг спросил про это.

— Бутылочки, пузырьки, флакончики, что ещё может заказывать старый одинокий волшебник, — Златогоров пристально посмотрел на Кита.

Кит пожал плечами и вернулся к математике.

Удобный день для чего? Пить из этих бутылочек? Раскладывать по ним пауков, скорпионов, ну или что там положено раскладывать?

Он не успел решить ни одного примера, как Марат начал рассказывать Софии Генриховне, что металлические сороки-вороны пролетели сквозь забор и не смогли опустить извещения в почтовый ящик.

— Хорошо, я тоже попробую сходить к этой даче. Но вы тоже, если вдруг где-то увидите этот дом с участком, попробуйте просто дотронуться до забора. Может быть, там магия на прикосновение? Ну, кто дотронется, тот и сможет войти. Вы же сотрудники Волшебной почты, официальной организации. Иногда такая магия может не пропускать кого-то конкретного, то есть частное лицо, но быть открытой для каких-то служб, ну сантехник какой-нибудь может постучаться, газовщик или почтальон позвонить дважды.

— Но старушка даже не захотела с нами разговаривать!

— Ну, мы не знаем, что с ней произошло! Может быть, просто настроение было такое. Хорошо, я тоже возьму извещение и попробую поговорить с бабушкой, тем более что посылка желтеет и желтеет.

Кит посмотрел на полку. Посылка не просто желтела. Она стала ослепительно жёлтого, почти светящегося цвета и заметно выделялась на полке.

— Вы, если её встретите, тоже попробуйте с ней поговорить.

— Хорошо! Всё, мы пошли, — Марат взял сумку с письмами. — Кит, ты идёшь?

Кит нехотя поднялся. Он как-то забыл, что надо разнести письма.

На улице царил туман. Он не пропал, не растворился, его не разметало дневным ветром по лугам и низинам. Белое рыхлое пространство было полно шорохов, запахов, казалось, водяная пыль запоминает всё, что проходит сквозь неё, хранит и потом приносит кому-то случайному. Вот вдоль улицы проплыла полоса тумана с запахом духов какой-то женщины, которая прошла здесь задолго до Кита; вот запах мокрой собачьей шерсти, хотя никакой собаки рядом не было и она могла пробежать тут и час назад, и два часа; вот запах капустного пирога, тёплый и побеждающий любой туман и хмарь. Запахи переплетались, смешивались с водой и утекали куда-то дальше, дальше.

На одной улице Киту показалось, что впереди него опять движется сгорбленная фигурка в вишнёвом пальто, он было прибавил шагу, но фигурка пропала, наверное, повернув в незаметный для Кита проулок. Какие-то люди обгоняли Кита и быстро терялись в тумане. У тех, кто шёл навстречу, почти не было видно лиц. Худенькая высокая девочка в белой куртке толкнула Кита.

— Эй, смотри, куда идёшь! — пробурчала она и побежала дальше, в самую гущу тумана.

Кит потёр плечо. В этот раз писем было немного. Он быстро прошёл по нужным улицам. Уже возвращаясь на почту, услышал на станции знакомый голос. Из тумана на платформе выступили две фигуры. Златогоров с кем-то разговаривал. Кит невольно замедлил шаг и прислушался.

— Сегодня удобное время! Я бы даже сказал, идеальное время!

— Знаю, но у меня вечером операция.

— Ну нам же не день нужен. Я всё подготовлю!

— Да, спокойное место, чтобы никакие дети, драконы или собаки не бродили поблизости, а то будет как в прошлый раз, — в голосе Семихвостова послышалась усталость, но он был серьёзен и явно не шутил.

— Обязательно! Тогда удобнее всего юго-восточный мостик на Хрипанке. Там болото и ночью мало кто ходит. Я сделаю отвод на тропинках, чтобы уж точно никому в голову не пришло идти там в эту ночь. И туман очень удачно возник именно сегодня.

— И всё принесёте?

— Да!

— Прошу прощения, что в этот раз на вас вся подготовка…

Подошла электричка, сияющая в тумане тёплым, почти домашним светом.

Семихвостов уехал.

Златогоров пошёл по платформе прочь, но не в ту сторону, в которой стоял Кит. Было слышно, как поскрипывает в тумане его сумка на колёсиках.

— Интересно, о чём они могли договариваться, они же такие разные!

Кит не мог вспомнить, чтобы эти двое вообще о чём-то просто дружески беседовали, без иронии или сарказма. А тут они разговаривали, как люди, которые знакомы не один год и явно не в первый раз вместе затевают какое-то дело.

Кит зашёл в хозяйственный магазин.

Мила что-то читала в телефоне. Вид у неё был печальный И растерянный.

— Где мы, кто мы?… Вот и я так себя чувствую, будто я — это уже не совсем я. Или вовсе не я. — Она подняла задумчивый взгляд, как будто не понимая, как, почему, когда попала в этот маленький тесный магазинчик, заполненный вёдрами, маслёнками, тряпками, банками, ложками, разноцветными кусочками мыла.

— Спасибо! — сказал Кит. — Спасибо, что сказали моей тётке, что я с вами работаю!

— А разве нет? — Мила пожала плечами и снова стала листать