Туман - Светлана Сергеевна Ованесян

сцепила пальцы в замок и попыталась приподнять мальчика. У неё получилось. Почти! Потому что в этот миг тело Валерки скрутила такая судорога, что Инга чуть было сама не грохнулась рядом. Но удержалась и не отпускала Валерку, пока тот не выкашлял вместе с ночной курицей землю, которая набилась в рот. Потом Инга разжала руки, и Михайлов рухнул без сил.

От дикого напряжения у девочки тряслись руки и подкашивались ноги. Но Артём тоже всё ещё был без сознания. Других признаков жизни, кроме слабого пульса, у него не было. Нужно перевернуть его на спину, пока и он не стал задыхаться, как Михайлов.

Инга дёргала Артёма за плечи, пыталась обхватить, как несколько минут назад Валерку, за живот. Но ничего не получалось. Мешал проклятый рюкзак. Он никак не хотел стягиваться с плеч Артёма. Лямки Инга укорачивала под себя. Поэтому легче было совсем отстегнуть ремни. Пришлось немного повозиться с застёжками, и рюкзак полетел прочь.

Через какое-то время трое ребят – измождённые, грязные, бледные – сидели кругом, спина к спине, и вдыхали запах сырой земли и гниющих листьев.

– Ту-ман за-кон-чил-ся, – по слогам деревянными губами произнёс Артём и, как в замедленной съёмке, поднял правую руку.

Валерка вяло кивнул. Прямо ожившие зомби!

Ингу передёрнуло. Она только сейчас представила, что могло случиться, не очнись она раньше мальчишек. Если бы не…

– Это оно, – прошептала Инга, выставив руки, то ли защищаясь, то ли указывая куда-то перед собой.

Ребята медленно повернули головы, а потом так же медленно перевели взгляд на Ингу. Там, куда она показывала, ничего не было.

– Померещилось, – смутилась она и крепко прижала ладони к глазам. Это яркое солнце светило, кажется, не только сверху, но и по всему периметру полянки, на которой они оказались.

Ну не могло ей показаться уже в третий раз! ОНО появлялось и исчезало совсем неожиданно, но оно было – Инга не сомневалась. Однако сказать об этом мальчишкам у неё не хватало духу. Да и были они сейчас совсем не в том состоянии, чтобы грузить их известиями о новой напасти. Хотя почему напасти?! Ребята спаслись только потому, что Инга очнулась. А очнулась она потому, что её разбудило это самое ОНО. Зачем разбудило? Это был уже другой вопрос, на который у Инги не было ответа. Поэтому она решила помолчать до поры до времени. Может, как-то само и решится.

Инга убрала ладони от глаз. Взглянула на Артёма. Он сидел, уткнувшись лицом в колени. Точно так же в последний день смены он молча сидел рядом с ней на берегу ручья. А теперь никакие слова на свете не вернут того, что было…

Инга резко встряхнула головой и перевела взгляд на Валерку. Ему, кажется, было значительно лучше: лицо постепенно приобретало живой оттенок, и сидел Михайлов ровнее, не заваливаясь. Только, кажется, он здорово повредил ногу. Левая штанина ниже колена была порвана в клочья. А на голени, словно кто-то прошёлся по ней наждачкой, алела рана.

Вдруг девочка почувствовала, как Валерка напрягся.

– Что? – вздрогнула она.

Тот не моргая смотрел на что-то. Инга проследила за его взглядом – невдалеке в лучах света переливался разноцветными бликами тёмный силуэт. Тот самый!

Мало того, он на этот раз не собирался никуда испаряться а, помотав головой, затрусил в их сторону. Инга машинально дёрнула Артёма за рукав. Он привстал, потом выпрямился во весь рост и даже приложил козырьком ладонь ко лбу, чтобы лучше видеть. Теперь все трое молча наблюдали за «призраком». Одна голова, два глаза, уши – тоже пара, четыре ноги.

– Волк?! – не то с испугом, не то с надеждой прошептал Валерка. Наверное, он был бы рад и волку – потусторонних тварей на сегодня было достаточно.

– Не знаю, – так же тихо ответил Артём, – только он, кажется, в ошейнике.

Инга пригляделась. На шее зверя что-то точно поблёскивало.

Чёрная, без единого пятнышка, лохматая псина, вывалив красный язык, остановилась в нескольких метрах от ребят. Она была довольно крупной, но гораздо меньше, чем показалось им вначале – то ли от страха, которому свойственно всё преувеличивать, то ли от яркого света, который добавил лишнего объёма. Артём полез в карман, нащупал несколько шариков сухого корма, которым обычно подкармливал бездомных дворняг, сделал шаг вперёд, присел, протянул руку с кормом.

Валерка смотрел на происходящее со смешанным чувством. Собаки и прочая живность существовали для него в параллельной реальности. У него даже в самом раннем детстве не возникало желания завести хотя бы хомячка или канарейку. То, что сейчас делал Артём, с одной стороны, настораживало, а с другой – вызывало удивление и интерес.

Собака несколько минут наблюдала за Артёмом, потом подошла, обнюхала его ладонь, не съела, а, как пылесос, втянула в себя корм и боднула мальчика головой в знак благодарности. Артём не удержался и повалился на спину. Собака бесцеремонно лизнула его в нос. Инга прыснула. Даже Валерка хмыкнул. Контакт был налажен. Артём встал, потрепал пса за ухом.

– Это Люкс, – прочитал мальчик выгравированные на позолоченной бирке ошейника буквы.

– А можно и мне погладить Люкса? – встав с земли, спросила Инга, словно Артём был хозяином пса.

– Наверное, да, – ответил он, – только лучше жди, когда он сам к тебе подойдёт.

– А может, и я его угощу? – Инга вопросительно посмотрела на Артёма.

– У меня корма больше нет, – он виновато помотал головой. – Этот случайно завалялся. Я его в рюкзаке ношу обычно, а рюкзак сама знаешь где.

Валерка отвёл глаза. Он ясно вспомнил день, когда перед физкультурой прямо в раздевалке они решили сыграть в футбол штанами Артёма – он их тогда только что снял, собираясь надеть спортивные шорты. Оса схватил брюки, скомкал и бросил Воробью. Из карманов, как новогодние конфетти, посыпались кругляшки корма.

«Так он потому в буфет не ходит, – громко сказал тогда Валерка, – что вместо завтрака кошачью еду ку-ушает», – он выразительно растянул последнее слово.

Шутка вышла очень удачной. И Артём, босой, в одних трусах, скакал по раздевалке, пытаясь отобрать свои брюки, которыми ловко пасовали его одноклассники…

– У нас же пирожки есть! В рюкзаке! – вспомнила Инга.

Артём завёл руку за спину и виновато произнёс:

– Рюкзака нет. Я и его потерял.

– Не потерял, – успокоила его Инга и, вскинув руку, указала на лежащий поодаль ранец. – Это я его с тебя сняла, чтоб и ты концы не отдал.

Артём молча сходил за рюкзаком, а когда вернулся, Инга сидела в обнимку с Люксом без всяких угощений.

– Хороший пёс, красивый, – повторяла она, поглаживая Люкса вдоль спины. – Знаете, ведь он нас спас, – сказала она, обращаясь к ребятам.

– Как это? – удивился Артём.

– Ну он меня разбудил, а я уже потом – вас.

– Так ты ещё и умный, – Артём потрепал Люкса по лохматому загривку.

– А ты собак не любишь? – спросила Инга у Валерки.

Он неопределённо пожал плечами.

– Боишься? – не отставала она.

– Ничего не боюсь, – ответил он, – просто они бегают везде, в мусоре роются, грязные.

– Грязные?! – усмехнулась Инга. – Ты себя видел?

Валерка, кажется, только сейчас обратил внимание на то, что