Вивьен Вествуд. Биографический роман о женщине, которая превратила панк в высокую моду - Стефани Холден

– Ты поступаешь несправедливо по отношению к моде. Наоми и я, мы достучимся до людей, к которым вы никогда не смогли бы обратиться по своим каналам. И наоборот, – объяснила она, – в некотором смысле, климатическая революция – это панк. И поверь мне, я знаю это.

Панк – это отношение, отношение к жизни, считала она. То, что Вивьен сделала на церемонии закрытия Олимпиады, было абсолютным панком. Только сегодня у нее были более веские аргументы.

– Я могу использовать моду как средство. «Климатическая революция» проникает в мои нынешние творения. Мода – это искусство. Я пытаюсь доказать это десятилетиями. А искусство – лучшее средство, которое у нас есть, если мы хотим изменить мир.

– Что бы мы без тебя делали, Вивьен? Люди здесь понятия не имеют о моде. Они знают тебя только потому, что ты важная активистка.

– Раньше мы всегда говорили: будьте разумны, требуйте невозможного. Я никогда этого не забывала.

В этот момент постучали в дверь, и в ее кабинет вошел мужчина в костюме. Вивьен подняла глаза. Перед ней стоял сотрудник из отдела маркетинга, в простом деловом костюме – полная противоположность потному молодому человеку, который был подключен из Перу по видеосвязи.

– Вы хотели меня видеть, миссис Вествуд?

– Дэвид, мне нужно заканчивать, – сказала она и завершила звонок.

– Присаживайтесь, – сказала она.

Он сел и скрестил ноги.

– Зов климатической революции, – сказал он доброжелательно, глядя на компьютер, но это прозвучало так, как будто он не воспринимает это всерьез.

– Эта тема сейчас для меня в приоритете, – объяснила она ему.

– Конечно, – быстро сказал он. – Важное дело.

– Я решила больше не позволять бренду Vivienne Westwood расширяться. Наоборот. Ткани и материалы должны в будущем выбираться еще тщательнее. Мы внимательно посмотрим, где мы можем внести свой вклад.

Год назад Вивьен была приглашена ООН в Кению. Бедность в этой стране глубоко поразила ее.

Теперь более двухсот кенийских женщин изготавливали сумки для ее бренда из переработанных материалов. Простой план, который был намного лучше, чем обычная благотворительность, потому что он создавал рабочие места.

– Я думаю, вы должны поставить перед собой задачу и сообщить об этом общественности, – сказала она. – Приверженность бренда Vivienne Westwood к этой теме должна служить нам и рекламой. Возможно, таким образом мы также сможем убедить других людей принять участие в благотворительности. Пожертвовать деньги или что-то еще.

Он нервно заерзал на стуле. Очевидно, что он не знал, как ответить. Это всегда было примерно одно и то же. Вивьен просто не понимала, чем эти ребята занимаются в отделе маркетинга весь день.

Эти маркетологи занимают ту же точку зрения, что и марксисты, однажды сказал Гэри. Они хотят установить диктатуру пролетариата. И хороший вкус – это первое, что сметается со стола.

– Как вы знаете, мы придерживаемся долгосрочной стратегии развития бренда, – начал он, придя в себя. – Наш отдел маркетинговых исследований пришел к выводу, что мы…

Вивьен подняла руку, чтобы остановить его. Он еще даже не начал, а она уже не понимала ни слова.

– Что плохого в том, что моя компания выходит на публику вместе с «Холодной Землей»? – спросила она. – Возможно, мы привлечем еще людей, которые захотят пожертвовать на решение проблем. Я имею в виду, мы можем делать то, что хотим, верно? Это только наше решение.

– Нас могут обвинить в том, что мы как компания зависим от роста и потребления, и поэтому наши экономические действия противоречат таким…

– Рост меня не интересует, – перебила она его. – Меня интересует изменение климата. Я думала, что дала это понять.

– Мы зарабатываем деньги на том, что люди покупают моду, что они потребляют наши продукты.

– Выход – культура, а не потребление, – строго ответила Вивьен. Он непонимающе посмотрел на нее. – Когда кто-то выходит из магазина с пакетом дешевых футболок, – объяснила она, – то это, на мой взгляд, хуже, чем когда богатая дама покупает одно красивое платье. К тому же, одно из наших платьев, при производстве которого мы обращаем внимание на многие вещи.

– Но кампания, которую мы проводим…

– Я еще не закончила. Я твердо верю, что проблемы изменения климата в таком масштабе вообще не было бы, если бы наше потребление было более устойчивым и каждый носил бы просто немного, но более красивых вещей. Если мы покупаем качество вместо массы.

– Это, конечно, правда. Я просто не знаю, как…

Вивьен снова перебила его.

– Искусство – это противоположность потреблению. Его нельзя просто облизать, как мороженое. Нужно приложить усилия, обострить собственное восприятие и научиться сравнивать. Такой должна быть моя мода. Нужно с ней взаимодействовать. Точно подумайте, что вы покупаете. Мода должна быть социально справедливой и экологически устойчивой. И если вместо пакета, полного быстрой моды, у нас покупают хотя бы одну качественную футболку, то мы на правильном пути. Вы так не думаете?

Он не выглядел так, будто она его убедила. Он еще говорил какое-то время, но у Вивьен не хватило терпения слушать его. Она рассеянно кивнула, и когда он сделал паузу, она встала.

– К сожалению, у меня встреча. Сегодня днем будет митинг «Друзья Земли». Вы даже не представляете, кто там будет. Знаете, я все больше и больше прихожу к выводу, что в климатической революции борются не богатые против бедных, как обычно. Здесь идиоты борются с теми, кто хочет спасти мир. Ах да, и меня не будет в Лондоне несколько недель.

Ее заявление совершенно ошеломило его.

– Не будет? – удивленно спросил он. – А где вы будете?

– Вы еще не знаете? – спросила она и улыбнулась. – Я еду в Перу. В Амазонию.

После почти бессонной ночи Вивьен в ноябре 2012 года села в самолет, который доставил ее через Атлантику в Южную Америку. Вместе с командой «Холодной Земли» они хотели навестить крупнейший коренной народ ашанинка в тропических лесах Амазонии. Поскольку она не сомкнула глаз и на протяжении всего полета, Вивьен приземлилась в Лиме совершенно измотанной.

Лима оказалась еще больше Лондона и встретила ее шумной, суетливой жизнью и хаотичным движением. Первую ночь они провели в обветшалом отеле в старом центре. Окна выходили на улицу и почти не заглушали шум транспорта, который продолжался до рассвета. Затем они отправились дальше по стране в тропический лес. Сначала они взяли такси до аэропорта, затем небольшой самолет, который доставил их вглубь Перу, затем на джипе до Амазонки, а оттуда на лодке, которая отправилась в четырехчасовое путешествие.

Они были частью небольшой группы активистов, ученых, защитников