Величие Екатерины. Новороссия, Крым, разделы Польши - Валерий Евгеньевич Шамбаров
Ну а с невестой на этот раз чутье Екатерину не подвело. София Доротея сразу выразила любовь к Павлу. 1 августа они выехали в Россию. Вскоре девушка смогла свободно писать по-русски. С государыней вела себя почтительно, не перечила ей ни в какой мелочи. 14 сентября перешла в Православие, стала Марией Федоровной. А 1 октября, не прошло еще полугода после смерти первой супруги, как овдовевший наследник обрел вторую.
Чутье не подвело императрицу и с назначением Потемкина. Он развернулся на юге широко и энергично. Центр Новороссийского края перенес из Кременчуга. Заложил новый город, красноречиво назвав его Екатеринослав. Адмирал Сенявин сразу же по окончании войны искал в низовьях Днепра подходящее место для судоверфей — чтобы и глубина была достаточной, и строевой лес имелся поблизости. На участке, который он облюбовал, Потемкин начал строительство еще одного города, Херсона.
О сильном Черноморском флоте думала и Екатерина. Сенявин представил ей одного из лучших офицеров, лейтенанта Ушакова. Государыня дала ему особое задание. Определила в ту самую купеческую компанию для торговли с Италией, где сама была пайщицей. Ушаков получил под командование фрегат «Святой Павел», должен был под видом торгового судна провести его со Средиземного в Черное море. Разведать укрепления Дарданелл и Босфора, а если получится, таким же способом можно было провести другие корабли с Балтики. Однако турки хитрость раскусили, военный корабль под торговым флагом через проливы не пропустили.
Хотя пункт договора о греках и арнаутах выполняли. Их на гражданских судах доставляли в Новороссию. Для заселения края Потемкин зазывал людей и из России, Польши, Молдавии, Валахии, немецких колонистов. На обширных диких пространствах места и работы было предостаточно. Но надо было налаживать и охрану новой границы. В низовьях Днепра и по Бугу Потемкин организовывал новое Бугское казачье войско. Оно составилось из некрасовцев, валахов, молдаван, перешедших на нашу сторону в ходе войны, из правобережных казаков, перетекающих из польских владений.
На новой степной границе с Крымским ханством, между Днепром и Азовским морем, Григорий Александрович наметил по рекам Берда и Конские воды Новую Украинскую линию, через каждые 30 верст строились укрепленные селения, между ними посты. Половину этой дистанции охранял Полтавский пикинерный полк, половину Луганский. Оба были из казаков. Полтавский из малороссийских, Луганский — из донецких, луганских, бахмутских. Командовать им был назначен полковник Кутузов. После страшной раны в голову Екатерина лично позаботилась о нем. Послала на год лечиться за границу, сохранила жалованье и выдала еще тысячу червонцев. Предсказала: «Надобно беречь Кутузова; он у меня будет великим генералом».
На Кавказе Потемкин велел строить единую Азово-Моздокскую линию, от моря до моря. Часть ее предстояло охранять донским казакам. А чтобы прикрыть границу дальше на восток, Григорий Александрович образовал новое Астраханское казачье войско. Для этого объединил мелкие казачьи структуры — терских, гребенских, моздокских казаков. На Волге оставил единственный Астраханский полк, а волжских и хоперских казаков, участвовавших в восстании Пугачева, переселил на Кавказ, сформировал из них два полка, каждый строил по 5 укрепленных станиц на границе.
Бумажным администрированием Потемкин не увлекался. Неустанно разъезжал по вверенным областям, проверял, говорил с людьми, узнавал проблемы. Так, в глухом углу на Тереке он вскрыл страшные злоупотребления. Начальство отняло у простых казаков их законные права на рыбную ловлю, виноделие, сдавало промыслы и земли откупщикам, армянам и грузинам. Григорий Александрович серьезно разобрался с виновными, по его докладу Екатерина издала указ, чтобы казаки и члены их семей «ни в какие работы отнюдь употребляемы не были». Восстановила их права рыболовства и виноделия, для трудной пограничной службы назначила высокие оклады, как на войне, — 12 руб. в год на рядового казака.
Но основную головную боль доставляло Крымское ханство. По мирному договору оно стало независимым от Османской империи. Но и от России тоже. К ней отошли только крепости Кинбурн, Керчь и Еникале, где разместились наши гарнизоны. Изменивший хан Сахиб-Гирей сбежал, а его место занял прежний властитель, Девлет-Гирей, присланный из Турции и в свое время отказавшийся принять капитуляцию Крыма. Он снова раздувал русофобию среди татар, развернул преследования той части знати, которая поддержала независимость, сотрудничала с русскими в период оккупации полуострова. Организовал обращение к султану, чтобы тот снова взял Крым под свою власть. Открыто расторгнуть мирный договор турки опасались, но Девлет-Гирея поддерживали, его окружили османские советники, у берегов Крыма постоянно дежурила султанская эскадра. По просьбе хана высадили и турецкий отряд в Кафе.
Потемкину было ясно: все выгоды «нейтрализации» Крыма идут прахом. Но и нарушать его независимость было нельзя. Сахиб-Гирей и турки действовали в рамках мирного договора. Что ж, и Григорий Александрович задумал соблюсти рамки. Просто сменить хана. Его подданными были и ногайцы, настроенные иначе, чем крымцы. Они первыми, сразу после разгрома при Ларге и Кагуле, пришли к выводу, что враждовать с русскими — себе дороже. Попросились под покровительство императрицы. Опасались турецкой мести, и из причерноморских степей в низовьях Днестра и Буга три их орды при российской помощи переселились к сородичам на Кубань.
Сераскиром (командующим) у ногайцев был Шахин-Гирей. При Сахиб-Гирее он стал калгой, вторым лицом в ханстве. Очень образованный, учился в Италии и Франции. Ездил с делегациями в Петербург, беседовал с государыней и остался в восторге от русской столицы, двора. Из ханского рода Гиреев, он имел права на престол. С ним Потемкин обо всем договорился, он охотно согласился возвыситься. Шахин-Гирей поднял ногайцев, к нему сбежали от Девлет-Гирея и лояльные к русским крымские сановники. Провозгласили его ханом. А он официально попросил Потемкина и командующего армией Румянцева о помощи.
Дипломатические формальности были соблюдены. В ханстве внутренняя смута, два хана. И если один принял турок, почему второму нельзя позвать русских? На поддержку Шахин-Гирею двинулись войска. Правда, Потемкин был очень невысокого мнения насчет командующего корпусом Прозоровского, а действовать требовалось деликатно. Наместник вызвал Суворова, на время операции передал под его начало весь 20-тысячный корпус. Керчь и Еникале Россия удержала не случайно — это были «ключи к Крыму». Крепость Темрюк перешла на сторону Шахин-Гирея, а турецкого коменданта Тамани подкупили. В декабре 1776 г. через пролив стали перевозить русские полки.
Девлет-Гирей созвал массу татар у Карасубазара, призвал драться насмерть с «неверными». Но Суворов единственный раз в жизни
