Темная сторона Земли. История о том, как советский народ победил Советский Союз - Михаил Викторович Зыгарь

А регулярные похороны советских лидеров станут популярной темой для анекдотов. Граждане будут со смехом пересказывать слух, будто начальство запретило клип Аллы Пугачёвой, где она поет «А ты такой холодный, как айсберг в океане», усмотрев в нем намек на очередного скончавшегося генсека. Население, живущее во внутренней эмиграции, может себе позволить смеяться над властью, но даже и не думает о том, чтобы обсуждать борьбу с ней.

Кино про сперматозоиды

12 апреля 1982 года в ленинградском Клубе современной музыки в ДК Ленсовета проходит концерт. Это новый проект Сергея Курёхина. Он привлек большую компанию друзей для совместной импровизации-вакханалии: шаманские камлания, таджикские танцы, несколько саксофонистов играют одновременно, Курёхин прыгает на рояле и под роялем, Гребенщиков ломает гитару об пол. В какой-то момент под барабанную дробь Гребенщиков сначала надувает красный воздушный шарик, а потом торжественно его протыкает булавкой. Именно этот момент — а не все остальное музыкальное хулиганство — ленинградские чиновники воспринимают как политическую провокацию. Концерт проходит в День космонавтики, в КГБ считают, что лопнувший шарик — это насмешка Гребенщикова над советской космонавтикой. Директора ДК Ленсовета увольняют за «идеологическую диверсию», Клуб современной музыки закрывают. Музыканты ошарашены: меньше всего им приходило в голову вкладывать в свои музыкальные безумства какие-либо политические смыслы. 

Следующий концерт — 4 июня 1982 года. Конференц-зал Главного архитектурно-планировочного управления города Москвы. Послушав накануне «My Way» в исполнении бас-гитариста Sex Pistols Сида Вишеса, Курёхин и Гребенщиков решают сделать что-то стилистически похожее — и исполняют классическую советскую балладу «Подмосковные вечера», но только в духе грязного панк-рока. В решающий момент женщина, которая отвечает за конференц-зал, не выдерживает и с криком «Я прекращаю это безобразие» вырубает свет. 

Курёхин и Гребенщиков всего на семь-десять лет младше Михника и Валенсы, но их совсем не интересуют новости из Польши или Афганистана. Они, конечно, не высмеивают советскую действительность — они стараются ее игнорировать. Друзья продолжают свои панковские эксперименты: во время следующего выступления Гребенщиков играет на гитаре электробритвой, а Курёхин бешено барабанит по роялю, топает ногами и стучит по нему кулаками — это он называет панк-джаз. 

Еще одно любимое развлечение вечного импровизатора Курёхина — мистификация. Он может придумать любую безумную историю и с серьезнейшим видом рассказывать ее знакомым, пока не убедится, что ему точно поверили. На «Мосфильме» снимается фильм о жизни сперматозоидов, в главной роли — Иннокентий Смоктуновский, а Валентин Юдашкин подбирает костюмы для актера, убедительно вещает Курёхин, слушатели кивают. А Григорий Распутин, оказывается, был внебрачным сыном Льва Толстого. Сам Толстой в конце жизни принял ислам, а 16 февраля 1883 года сделал обрезание. Для максимальной убедительности Курёхин называет номера архивных фондов, откуда он почерпнул эту информацию. 

Еще Курёхин и Гребенщиков любят фотосессии. Они дурачатся, изображая рок-звезд, позируют друзьям-фотографам в безумных позах, делая вид, что снимаются для обложек новых (несуществующих) альбомов.

Примерно в это время на пути двух самоуверенных непризнанных гениев появляется третий — скромный 19-летний юноша с азиатской внешностью по имени Витя Цой. До 1981-го он играл на гитаре в группе «Автоматические удовлетворители», но теперь решает создать собственную. Старший товарищ Борис Гребенщиков, не особенно задумываясь, предлагает юному Цою назвать группу «Гарин и гиперболоиды». Это отсылка к фантастической повести Алексея Толстого «Гиперболоид инженера Гарина», которую читали все советские подростки. Цою идея не очень нравится, но с Гребенщиковым он не спорит. 

Взлет группы «Гарин и гиперболоиды» заканчивается, не начавшись. Осенью 1981 года Цой узнаёт, что ударника группы Олега Валинского забирают в армию. Ему везет: он едет служить не в Афганистан, а на безопасную Кубу ⓘ. 

Вскоре 19-летний Витя на одной из домашних вечеринок знакомится с Марьяной Родованской. Ей 23 года, и она работает в цирке. Они начинают встречаться, и Марьяна сразу приходит к выводу, что у Цоя большое будущее. 

Витя ищет новых музыкантов и придумывает новое название для группы — «Кино». Марьяна сначала приносит из цирка для группы списанные костюмы, а потом становится ее менеджером. Цой — чтобы его не обвинили в тунеядстве — устраивается работать кочегаром в котельную. Это позволяет ему уделять музыке максимум времени. 

В мае 1984 года Гребенщиков дает квартирный концерт в Новосибирске и рассказывает слушателям: «Кореец у нас один в Ленинграде есть, в кочегарке работает. Записал в одиночку прекрасный концерт. Уверен, что он станет очень популярным». «Кореец? В России? Это вряд ли…» — отвечают ему. Официально в Советском Союзе нет расизма и царит дружба народов, но представить себе звезду с азиатской внешностью совершенно невозможно. Настя, жена Сергея Курёхина, будет вспоминать, что, когда БГ знакомил ее с Цоем, он сказал что-то вроде «я, может быть, талантливый музыкант, а это — просто гений».

Пиццерия и экономика

Неподалеку от рок-клуба, когда там знакомятся БГ и Цой, происходит еще одна очень важная встреча: в Ленинград приезжает молодой экономист из Москвы. Местные коллеги очень волнуются и хотят произвести на него хорошее впечатление. Они организуют для него экскурсионную программу по городу, денег на ресторан нет, но они решают отвести его в пиццерию — по советским меркам это что-то невероятно экзотическое, большинство советских граждан никогда не пробовали пиццу, в лучшем случае видели ее в итальянском кино. Но московский гость реагирует сдержанно. Оказывается, он с родителями много жил за границей — сначала в Гаване, а потом в Белграде. 

Экономиста из Москвы зовут Егор Гайдар, ему 26 лет. Он родился в невероятно звездной семье. Один его дед — классик советской литературы Аркадий Гайдар, герой Гражданской войны и главный революционный детский писатель. Другой дед — автор знаменитых уральских сказок Павел Бажов. Отец, Тимур Гайдар, работал военным корреспондентом газеты «Правда», поэтому семья имела уникальную для СССР возможность бывать за пределами страны.

Новый ленинградский друг Гайдара, который повел его в пиццерию, — это 27-летний Анатолий Чубайс. Они почти ровесники Гребенщикова и Курёхина — тем в 1982 году 29 и 28 лет соответственно. Но ленинградец Чубайс даже не подозревает, что на соседней улице существует рок-клуб. Его интересует исключительно экономика. 

И все же удивительным образом история кружка ленинградских экономистов очень напоминает тот путь, который прошли ленинградские рокеры. Еще в конце 1970-х Чубайс и трое его друзей время от времени встречаются и обсуждают, насколько возможно в теории реформировать советскую экономику. Подобные разговоры в СССР могут быть небезопасными: и Чубайс, и его собеседники живут в коммуналках, говорить о подобном там просто невозможно. Вести на кухне беседы о преимуществах экономических моделей Венгрии и Югославии или о нэпе 1920-х в присутствии соседей — значит привлекать ненужное внимание КГБ. Чубайс придумывает выход: в Ленинградском инженерно-экономическом институте, где он работает, существует такая бессмысленная организация, как «Совет молодых ученых». Чубайс предпринимает нехитрую операцию по захвату этого совета, становится его председателем и получает возможность собираться и обсуждать волнующие его и его собеседников темы легально — в институтских аудиториях. О чем именно говорят молодые ученые в совете, никого не интересует.

В 1980 году ленинградские экономисты, по воспоминаниям Чубайса, задаются вопросом, есть ли жизнь вне их института. И начинают искать смельчаков, которые