Новгородец - Георгий Георгиевич Смородинский

Все это пронеслось в голове за пару мгновений. Вид хохочущего осла вернул меня в нормальное состояние, и я, сдержав улыбку, пошел к своему коню.

Помнится, на занятиях нам говорили, что лошади в эти времена были совсем небольшие. У славян — от ста пятидесяти сантиметров в холке, а степные монгольские — не выше ста сорока, что лишь немногим превышает рост крупного пони. Здесь, по ощущениям, лошади крупнее, чем там. Холка моего коня была на уровне глаз, а по меркам прошлого меня — это никак не ниже ста семидесяти сантиметров. Впрочем, свой рост здесь я пока что не измерял.

Конь вблизи выглядел потрясающе — настоящий, большой и мой! Пахло от него тоже прикольно, а судя по расчесанной гриве, за ним определенно кто-то ухаживал. Подозреваю, что этот «кто-то» сейчас как раз смотрит на нас и, наверное, тоже волнуется.

Серко спал с открытыми глазами, склонив к земле голову, и на мое приближение он никак не отреагировал. Остановившись в метре от него, я зачем-то понюхал хлеб и поморщился от противной горечи. Мысленно обругав себя за любопытство, подшагнул ещё ближе и осторожно, чтобы не напугать, произнёс:

— Привет, Серко! Давай, что ли, знакомиться?

Конь не испугался. Он продолжил спокойно спать, не обратив на меня и мой голос никакого внимания. Озадаченно хмыкнув, я сунул ему под нос кусок хлеба и повторил приветствие, но результата не добился. Запах, который, по словам Лады, «нравится всем лошадям» и мои приветливые слова не возымели никакого воздействия. Серко продолжил спать как ни в чем не бывало.

Не знаю, но, по логике, спящая стоя лошадь должна мгновенно проснуться. Вот только мой конь этого, похоже, не знал, и ситуация начинала немного меня напрягать. Впрочем, решение пришло быстро. Пожав плечами, я наклонился над ухом коня и, вдохнув коротко рявкнул:

— Подъем!

Немного не рассчитал с громкостью. В новом теле все непривычно и то, что адресовалось коню, услышали все, кто находился вокруг.

Мал с дружинником вздрогнули и перевели на нас с конем удивленные взгляды. Спящий у шалаша охранник подорвался, схватил копье и начал ошарашено оглядываться по сторонам. Конь, впрочем, тоже проснулся, но вздрагивать он и не подумал. В глазах Серко появилось осмысленное выражение, он чуть приподнял голову и чихнул, забрызгав мою руку и хлеб своими соплями.

— М-да… Как-то не так мне представлялось наше знакомство, — сдержав улыбку произнёс я, и добавил: — Давай жри хлеб и будем расчесываться. Я обещал о тебе заботиться, поэтому просыпаемся и настраиваемся!

Проснувшийся конь никак не отреагировал на эту тираду. К хлебу он тоже не прикоснулся. Просто стоял, задумчиво глядя перед собой и совершенно не замечая меня. Опасаясь, что этот тип сейчас снова уснет, и мне придётся опять ему что-то орать, я снова склонился к его уху и вкрадчиво произнёс:

— Слушай сюда, Мышь! Или ты сожрешь этот хлеб и не расстроишь тем самым хорошую девушку, или я запихну его тебе… сам знаешь куда! Хлеб горький, ты это почувствуешь и точно уже не уснешь. Обещаю!

Наверное, не стоило так разговаривать с конем в первые минуты знакомства, но эти слова неожиданно помогли. Серко наконец-то заметил, что рядом с ним стоит какой-то мужик! Он скосил на меня свой задумчивый взгляд, а затем подался мордой вперёд и забрал хлеб с руки.

— Ну вот… Молодец! — я улыбнулся и ласково провел ладонью по его шее.

В этот момент к нам подошла Лада. Девушка как-то странно на меня посмотрела, затем перевела взгляд на спокойно жующего коня и поинтересовалась:

— Ты же сейчас пошутил?

— Да кто же его знает, — я пожал плечами, перевёл взгляд на коня и серьезно добавил: — Может быть, шутил, а может быть, и нет…

— А ты говорила, что он не знает коней, — издали хохотнул Мал. — Как бы мне у него не пришлось учиться.

— Ну ты же сказала, что он должен взять у меня хлеб? Что это хорошо для знакомства, — немного смутившись, произнёс я. — Все же хорошо. Мы уже с ним друзья

В этот момент конь дожевал хлеб и снова чихнул, подтверждая мои слова. Лада с сомнением посмотрела на него, потом на меня, затем нахмурилась и потребовала:

— Ладно, доставай скребницу и показывай — чему научился?

«Еще бы голосом научиться нормально владеть», — хмыкнул про себя я и, скинув с плеча мешок, вытащил из него нужную щетку.

[1]Вальдемар II Победоносный (9 мая или 28 июня 1170 — 28 марта 1241) — король Дании с 1202 года, укрепивший внутреннее и внешнее положение страны. Вальдемар был сыном датского короля Вальдемара I Великого и дочери минского князя Володаря Глебовича, Софии.

[2]Драккар (норв. Drakkar, от древнескандинавского Dreki — «дракон») — узкая парусно-гребная ладья викингов, с высоко поднятыми носом и кормой. Длина наиболее крупных драккаров достигала 36 метров. На носу крепилась резная голова дракона (отсюда и название типа корабля), а по бортам располагались щиты. Голова дракона символизировала высокий статус владельца судна.

[3]Чепра́к — суконная, ковровая, меховая подстилка под конское седло. Кладется на спину поверх потника, функции которого выполнял кусок войлока. Само слово «потник» появилось значительно позже.

[4]Коней для тяжелой конницы начинали обучать примерно с двух с половиной лет. К четырем с половиной — пяти годам обучение заканчивалось.

[5]Да, автор в курсе, что в Древней Руси молодые парни считались полноправными воинами. Только дело в том, что Олег, как и автор, был и семнадцатилетним, и тридцатилетним. Он прекрасно помнит себя того и иначе как о пацане о себе отзываться не может.

Глава 9

— … Ну и убежала она от того жениха. Сердцу ведь не прикажешь, — Мал придержал поводья, глубоко вдохнул свежий утренний воздух и продолжил рассказывать: — Поначалу утопиться хотела от безысходности, но решила не гневить Макошь[1] и просто сбежать. Долго шла она лесом, заблудилась и вдруг видит: на ветке дуба сидит девка в белом. Грустная, но не страшная, с мокрыми волосами до земли, а между пальцами у неё перепонки.

Заметила русалка беглянку, улыбнулась и махнула рукой себе за спину. Туда, говорит, иди. Там судьба твоя! Ну девушка, конечно, испугалась, но ослушаться не посмела. Пошла, куда русалка направила, и вышла к стоянке дружины. Парни ее не обидели — взяли с собой,