Великий поход воеводы Радомира - Александр Кипчаков

— Что ты сделал, поганец⁈ — Радомир выхватил из кобуры бластер и вперил его ствол в голову водесканца.

— Автопилот. Я просто включил автопилот. Мы летим на Камход — столицу Тэйнского субсектора. Как-то так, воевода Радомир.

— Поворачивай обратно! — приказал Радомир.

— И рад бы, да не могу. Отключить автопилот на корабле-разведчике может только капитан или пилот, а я не являюсь ни тем и ни другим. Собственно, такая процедура как раз и предусмотрена вот на такие вот случаи, чтобы корабль мог самостоятельно вернуться на базу. Так что вам придётся смириться с ситуацией.

Позади Радомира послышался звук открываемой двери и порог отсека управления переступил Оррин, держа в руках длинноствольный самострел, сверху которого виднелось что-то непонятное, со стёклышками на обеих концах.

— Эй, воевода — смотри, что я нашёл в оружейной… Эй, а что такое тут происходит, а?

Оррин недоумённо взглянул в окна пилотской кабины, потом перевёл взгляд на приставившего бластер к голове водесканца воеводу.

— Да вот этот пёсий сын сказывает, что мы летим совсем не в Полоцк!

— А куда? — не понял Оррин. — В Новгород, что ли?

— Бери дальше, Оррин. На Камход.

— На… куда-куда? Это ещё где?

Тут по ту сторону обзорного окна разом потемнело.

— Это… это вот почему стало темно, а? — не понял варяг.

— Потому что мы в космосе, представь себе! — усмехнулся водесканец.

— В космосе? — Оррин, тоже испытавший на себе инопланетную машину, прекрасно понял сказанное Тассерином. — Это где ещё?

— Краткая справка, варвар — вы дышите воздухом. Воздух окружает вашу планету, там, где он заканчивается, начинается космос. В принципе, он пуст, почти, ионы и атомы — это такие крошечные частички — межзвёздного газа встречаются очень редко, присутствуют также космические лучи и тёмная материя. Ну и звёзды с планетами, разумеется.

— И зачем нам в этот твой космос?

— Затем, Оррин, что этот крысёныш включил что-то, что называется «автопилот», который взял на себя управление кораблём и ведёт его на этот самый Камход, — зло произнёс Радомир. — Решил, стало быть, с нами таким вот образом посчитаться.

— Да? — Оррин посмотрел на водесканца каким-то особенным взглядом, от которого Тассерин слегка побледнел. — Ну, здесь ты совершил ошибку, парень. Может, тебе и удастся подложить нам свинью, но чего ты этим добьёшься? Мы ведь можем тебя просто казнить за предательство… гм, или как врага, коим ты, вне всякого сомнения, являешься.

— И чего вы добьётесь, убив меня? — пожал плечами водесканец. — «Часумай» всё равно долетит до Камхода, а там вас уже ничто не спасёт. Да, конечно, вы можете оказать сопротивление войскам обороны планеты, но это отсрочит конец ненадолго. Поймите, лично я не питаю к вам вражды, просто так получилось, что нам нужен ваш мир. Ну, или ваша звёздная система, что суть одно и то же.

Радомир хотел было ответить Тассерину, но тут его взор упал на возникшую на одном из мониторов картинку. Судя по всему, звездолёт уже отдалился от Земли на расстояние, достаточное для того, чтобы отсюда планета была видна полностью. Зрелище было завораживающим — зелёно-голубой шар, окутанный белым покрывалом облаков, плывущий в безбрежном пространстве на фоне крохотных точек, которые, как уже понял воевода, являлись другими солнцами, удалёнными от их теперешнего местоположения на огромные расстояния.

Оррин и охранявшие Тассерина ратники проследили за взглядом Радомира и на короткое время потеряли дар речи, завороженные представшим их глазам зрелищем. Воевода тоже был по-своему потрясён, однако он не зря слыл весьма разумным и хладнокровным человеком.

— Значит, вот так выглядит из… космоса наша… планета… — задумчиво произнёс Радомир. — Интересно, да… о, а это что, Луна, что ли?

Звездолёт в этот момент пролетал мимо ночного светила и с этого расстояния очень хорошо были видны горы, осыпи и разной величины котлованы. Однако на поверхности небесного тела царили только два цвета — серый и коричневый. И ни намёка на признаки жизни.

— А почему здесь всё такое… серое? — спросил Оррин.

— Спутник вашей планеты слишком мал для того, чтобы иметь атмосферу, — всё же дал пояснение Тассерин, переводя взор с одного русича на другого. — Вернее, она там есть, но она настолько тонкая, что её почти и не ощущается. Атмосфера — это воздушная оболочка любой планеты, правда, её состав может сильно отличаться. Мой народ, как и ваш, дышит смесью кислорода и азота, и таких народов в космосе много, но есть и те, кто дышит другими газами — метаном, хлором, водородом, аммиаком. На их мирах мы не можем обходиться без дыхательных аппаратов, а кое-где так вообще нужны защитные скафандровые комплексы. Например, на Лансааре. Его обитатели, глирны, превосходно чувствуют себя при температуре в плюс сто сорок шесть градусов по имперскому стандарту5 и атмосферном давлении в шестьдесят раз большем, чем у вас или у нас, а дышат они адской смесью хлора и радона.

— И что нам с этого? — сдвинул брови Твердята. — При чём здесь какие-то глирны или как их там? Нам-то что теперь делать?

— Ничего, — усмехнулся Тассерин. — Ждать, когда «Часумай» долетит до Камхода.

— А потом? — нехорошо прищурился Оррин, поигрывая рукоятью висящего на поясе боевого топора.

— Потом всё, — водесканец развёл руки в извинительном жесте.

— Всё? — хмыкнул варяг. — Ну это ещё как сказать…

— А что здесь можно сказать, варвар? Вы же ничего не знаете о жизни за пределами вашего мира. Ну, умеете вы из бластеров стрелять — и что? Ну сможете пару-другую десятков солдат положить, но потом вас просто задавят числом. Или ликвидируют иным способом, на расстоянии. Таких способов у нас есть много, уж поверьте мне на слово.

— Так, други, давайте все успокоимся и попробуем найти достойный выход из сложившейся ситуации, — сказал Радомир, отведя взгляд от экранов. Земля и её спутник постепенно удалялись, что говорило о том, что в данный момент возвращение домой является несколько сложной задачей. — Хорошо, мы летим на этот твой Камход. Как долго мы будем туда лететь? Сколько вообще времени занимают ваши комические полёты?

— Космические расстояния огромны, — пожал плечами водесканец. — До ближайшей к вашему миру звезды даже со скоростью света — а это очень большая скорость, смею заметить — лететь четыре года, но обычно звездолёты с такой скоростью не летают. Достаточно развить скорость в восемьдесят процентов от скорости света…

— То есть вы летаете медленнее скорости света несмотря на то, что расстояния огромны и лететь надо годы? — не понял вошедший в пилотскую кабину Будимир, слышавший последние слова Тассерина.

— Будимир — ты в курсе того, что выкинул этот гадёныш? —