Фантастика 2026-34 - Сергей Чернов

Проспект кончился, началась площадь. Большая, круглая, фонтан в центре. Вода не работает, чаша пустая, заполнена трупами. Вокруг площади — здания административные, стекло и бетон, современные. Одно горит, пламя лижет верхние этажи. Другое разрушено, половина обвалилась. Третье целое, но окна чёрные, пустые.

На площади толпа. Гули. Сотни. Может, тысяча. Кучкуются вокруг фонтана, рвут что-то. Тела, наверное. Или друг друга — гули жрут даже себе подобных, когда голод сильный.

Дюбуа притормозил, оценил обстановку. Объехать нельзя — площадь единственный путь в центр города. Прорываться? Их слишком много. Даже БТР не проедет через тысячу гулей. Застрянет, окружат, разорвут броню руками. Гули сильные, в толпе способны на многое.

Нужно проредить.

Легионер остановил БТР, оставил мотор работающим. Вылез на крышу через люк, взял Barrett. Винтовка тяжёлая, но на турели удобно ложится. Упор есть, стрелять можно. Открыл сошки, установил на броне. Лёг, глянул в оптику.

Толпа в четырёхстах метрах. Идеальная дистанция для.50 BMG. Прицелился в центр толпы, туда, где гули плотнее. Глубокий вдох, выдох. Палец на спуске. Выстрел.

Грохот оглушительный. Barrett взревела, отдача ударила в плечо. Пуля полетела. Бронебойная с зажигательным сердечником, двенадцать с половиной миллиметров, скорость девятьсот метров в секунду. Попала в гуля, пробила навылет, попала во второго, в третьего. Один выстрел, трое мёртвых. Третий гуль загорелся от зажигательного сердечника, побежал, пылая. Зажёг ещё двоих.

Дюбуа перезарядил, выстрелил снова. Ещё три гуля. Снова. Ещё. Barrett работала методично. Десять выстрелов, тридцать убитых гулей. Толпа зашевелилась, заревела. Поняли, что стреляют. Побежали к БТРу, лавиной.

Легионер сменил магазин, ещё десять патронов. Стрелял быстрее. Один выстрел в три секунды. Гули падали, но их слишком много. Убил ещё тридцать, но остальные бегут. Триста метров, двести, сто.

Пьер бросил Barrett, схватил ПКМ. Длинная очередь, двести патронов. Пулемёт косил передних, они падали, остальные перепрыгивали через тела, не останавливаясь. Легионер швырнул термобарическую гранату в гущу толпы. Взрыв. Термобарик создал волну огня, выжег кислород на десять метров вокруг. Двадцать гулей сгорели разом, ещё десяток обожгло. Но остальные бегут.

Пятьдесят метров.

Дюбуа нырнул в люк, захлопнул, сел за руль. Включил передачу, вдавил газ. БТР рванул вперёд, прямо на толпу. Скорость шестьдесят. Таран впереди. Столкновение через три секунды.

Удар.

Первый гуль влетел под таран, раздавлен мгновенно. Второй, третий, пятый. БТР вошёл в толпу как танк в картонные коробки. Тела летели в стороны, кости хрустели под колёсами, кровь брызгала на лобовое стекло. Легионер не смотрел, смотрел вперёд, держал руль. Десять тонн брони на скорости шестьдесят — ничто не остановит.

Гули лезли на броню, царапали, били, пытались перевернуть. Бесполезно. БТР тяжёлый, центр тяжести низкий. Пьер давил, не сбавляя скорости. Проехал через толпу за двадцать секунд. Вылетел с другой стороны площади, оставив за собой сотню трупов.

Оглянулся в зеркало. Гули остались позади, не догонят. Часть мертва, часть ранена, остальные слишком медленные. Площадь пройдена.

Впереди центр города. Высотки, небоскрёбы, офисные здания. Улицы шире, завалов меньше. Но дыма больше, огня больше. Справа рушится здание, медленно, этаж за этажом. Грохот, пыль столбом. Легионер объехал, не останавливаясь.

Видел живых людей. Группа, человек десять, бежит по улице. Гражданские, оборванные, испуганные. Увидели БТР, замахали руками, закричали. Просят помощь. Дюбуа проехал мимо. Не за этим приехал. Жестоко? Да. Но миссия одна — найти патриарха, убить, закончить эпидемию. Спасать десяток человек, теряя время — глупость. Если миссия провалится, эти десять всё равно умрут. Если удастся — все выживут. Логика холодная, но правильная.

Группа осталась позади. Их крики затихли. Может, гули сожрут их через минуту. Может, выживут. Не его дело.

Легионер ехал дальше, в глубь города. Искал признаки. Хафиз где-то здесь. Рахман где-то здесь. Лидер где-то здесь. Надо найти зацепку. Жанна говорила — видела Рахмана на крыше, два квартала от госпиталя на Моменшахи. Это восточный район, недалеко от реки.

Дюбуа свернул на восток. Проспект Моменшахи, знакомый. Три дня назад они спасали здесь сто двенадцать человек из школы. Теперь школа горит. Пламя лижет стены, крыша провалилась. Никого не спасли. Триста человек на Дханмонди тоже не спасли. Все мертвы. Ради министров, которые улетели и забыли.

Не думать об этом. Сосредоточиться на миссии.

Госпиталь показался впереди. Четырёхэтажное здание, разгромленное, окна выбиты, стены в копоти. У входа тела — горы тел. Те, кто не успел эвакуироваться. Легионер проехал мимо, не глядя.

Два квартала дальше. Высотка, двадцать этажей. На крыше фигура. Человек или гуль? Пьер остановил БТР, взял бинокль, посмотрел.

Рахман.

Стоит на краю крыши, смотрит вниз. Лицо узнаваемое — предатель, капитан полиции, агент Лидера. Теперь командует гулями. Рядом с ним ещё двое. Гули разумные, в одежде. Охрана, наверное.

Дюбуа опустил бинокль. Нашёл первую зацепку. Рахман здесь. Значит надо подняться, взять его, выбить информацию. Где Хафиз, где Лидер, кто патриарх. Рахман знает. Заговорит. Все говорят, если правильно спросить.

Легионер проверил оружие. Vector заряжен, серебряные патроны. Glock на бедре. Нож на поясе. Гранаты в разгрузке. Готов.

Он припарковал БТР в переулке, прикрыл ветками и мусором. Неидеально, но сойдёт. Взял рюкзак, оружие. Пошёл к высотке.

Дакка встретила его тишиной. Мёртвой, зловещей. Город-призрак. Город-могила.

Но он здесь. Пробился. Нашёл след.

Теперь охота начинается.

Глава 17

Высотка стояла в двухстах метрах от переулка, где легионер оставил БТР. Двадцать этажей стекла и бетона, окна нижних этажей разбиты, на некоторых балконах трупы висят, зацепившись за перила. Вход открыт, двери сорваны. Темно внутри. Гули там, точно. Сколько — неизвестно. Но Рахман на крыше, значит путь наверх охраняется.

Дюбуа присел за обломками стены, снял рюкзак. Достал флягу, сделал глоток воды. Жара невыносимая, под сорок градусов. Форма насквозь мокрая от пота. Проверил оружие — Vector заряжен, два магазина запасных на груди. Glock на бедре. Нож на поясе. Гранаты в подсумках. Всё при нём.

Потом достал из внутреннего кармана бронежилета металлический кейс. Небольшой, размером с пачку сигарет, серебристый. Открыл. Внутри — автоинъектор. Цилиндр из медицинской стали, прозрачное окошко сбоку, через него видна жидкость. Янтарная, слегка светящаяся. Сыворотка.

Профессор Лебедев дал её на прощание, когда легионер уходил из Зоны. Старик вручил кейс, сказал просто:

— Это улучшенная версия того, что я вколол тебе тогда, когда ты умирал. Та сыворотка