Натиск - Марцин Подлевский

Это были его последние слова.

Прямо за ним, как призрак с еще формирующейся структурой, стоял Антенат. Он уже не был красивым Джаредом. Его лицо выглядело деформированным и покрытым растрескавшимся льдом, а старый комбинезон был рваным и изношенным. Он был худ и мертв; его глаза полузакрыты, но из них вытекала тьма черной дыры. Он схватил призрак Ната и разорвал его на куски.

Кирк закричала. Но пришелец ее не заметил. Он был здесь и в то же время не был, бессмысленно оглядываясь по сторонам. Его образ передавал Синхрон, но и сама Глубина, так что он появился почти везде — полуматериальный и неуверенный, но сильный. Его увидели и на борту «Ленты».

— Вайз! — зарычал он ужасным, осуждающим криком. — Ты видишь, что сделал со мной Бледный Король?! Ты видишь это, проклятая мелкая дрянь?

Призрак поднял тощие, когтистые руки, как будто собирался схватить ненавистную Пинслип. Однако схватил только пустоту. Существо открыло рот, желая сказать что-то еще… но ему не было дано. Оно исчезло. Синхрон, ранее известный человечеству как Поток, а еще раньше как Галактическая Сеть, погас с ужасным прощальным стоном. Выжженная Галактика погрузилась в темноту.

Медленно и величественно изнутри сверхмассивной черной дыры Стрельца А вынырнули призрачные гримы Бледного Короля.

КОНЕЦ ТРЕТЬЕГО ТОМА

Послесловие

Надъязык Империи

С ростом доступа к информации о Выжженной Галактике благодаря обрывкам Потока из глубинного эха, к моему удивлению, ко мне попали исторические материалы — в отличие от обычно добываемых планов и социальных трактатов Научного Клана. Трудно представить мое волнение, когда оказалось, что эти материалы касаются гораздо более ранних событий в Выжженной Галактике, связанных с закатом Имперской Эры. Не считая множества ценных данных о будущем, которое наступит, я впервые столкнулся с терминами «праязык» и «надъязык» Галактической Империи.

Я уже знал о надматематике как о наборе понятий в виде вычислительных операторов, но понятие надъязыка — то есть модернизированного языка Империи, который работает по похожим принципам — оказалось для меня чем-то совершенно новым и интересным. Я задал себе вопрос: возможно ли, что Галактическая Империя использовала семантические, флексивные или интонационные вибрации, чтобы вызвать определенный эффект у слушателя?

К сожалению, ответ был отрицательным. Надъязык, несмотря на множество интересных преимуществ, оказался в этом отношении удивительно несовершенным инструментом. Это видно, например, в подходе к нему лектора Сета Тролта, который прямо запрещает использовать надъязык в общении с Чужаками, как элемент, который может исказить смысл. Правда, почему он так поступил, со временем становится очевидным — похоже, что надъязык может быть полезен только тогда, когда им достаточно хорошо владеют обе стороны.

Фонемы, которые есть в нашем языке («праязыке»), это результат эволюции общения. Но надъязык поднимается гораздо выше. Если посмотреть на способы общения, то можно заметить мемы или связи, которые есть в нашей культуре и которые становятся слоганами-символами. Они вроде бы упрощают язык, но при этом обогащают его. Кажется, что надъязык пошел дальше, став основой для более позднего языка Элохимов или даже машинного языка, который является ни чем иным, как адаптацией хорошо известной нам латыни. Надъязык в своей основной структуре создал компиляционные мнемонические и флексивные наборы, связанные с накоплением культурной информации. Благодаря использованию непонятных для нас шаблонов, напоминающих операторы надматематики, это позволило сформировать информационные флексивные пакеты, почти граничащие с компьютерным языком. Таким образом, разговор перешел на более высокий уровень, зависящий, однако, от интеллекта и навыков обоих собеседников.

Столько теории. Но была ли роль надъязыка только в том, чтобы поднять разговор на более высокий информационный уровень? Данные времен создания Антената показывают, что надъязык мог легко ранить дух и интеллект благодаря своей необычайной сложности. Используя его, можно было быстро оценить уровень интеллекта собеседников. И всё это благодаря достижению мастерства в словесном фехтовании, популярном в Системах Ядра Млечного Пути. Неудивительно, что надъязык быстро стал придворным языком на Эдеме, тем более что его сложные коннотации, проникающие в ходе спора в «ядро» личности оппонента, могли причинить гораздо более сильные страдания, чем обычное оскорбление. С этой точки зрения неудивительно, что некоторые из наиболее откровенных надъязыковых высказываний можно было воспринять почти физически — если они сопровождались усиливающей их интонацией и микросигналами, воспринимаемыми не только на уровне сознания, но и подсознания.

Наконец, стоит упомянуть, что вопрос надъязыка объясняет первоначальное удивление Машины-Джареда, которая впервые встречает Пинслип Вайз в грузовом отсеке прыгуна. Четверка признается, что ей бросается в глаза некоторая разница между людьми Согласия и имперцами — в том числе в использовании языка и поведении. Старая Империя отличалась своеобразной отчужденностью не только на уровне социального поведения, но и на языковом.

Выход из скольжения

— Подлевский! Брось эти глупости! Кораблики будешь лепить из нанитов…! К голодоске, быстро!

— Но это… эээ… Кирк меня щиплет, господин Контролер!

— Я тебе дам «Кирк»! Встань! И не сутулься! На этот раз отвечай вежливо, коротко и по существу. Блум, не реви там! Тански? Я тебя хорошо вижу! Будешь Вайз за волосы тянуть… ах, вы, один с другим! Покончу с вашими ходоконскими ухаживаниями! Месье! Я разрешил тебе из угла выйти?! Возвращайся! А ты, Подлевский? Что стоишь как столб?! За работу!

— Э-э… да. Я хотел бы сердечно поблагодарить свою семью… жену, сына, брата. И моего дорогого кота Нервосола — многолетнего друга, который, к сожалению, ушел из жизни, до последнего момента выполняя обязанности стазис-навигатора, и которому я посвятил эту книгу. Спасибо также Фабрике Слов и всему ее коллективу: Эрику Гурскому, Роберту Лакуте, Агнешке Кимбар, Уршуле Слонецкой, Луизе Квятковской, Шимону Вуйчаку, который уже в предыдущей голопередаче показал нам красивую карту Выжженной Галактики, и теперь у нас есть ее отличное продолжение…

— Казни бледных королей с этим малышом! Ты уже благодарил их раньше!

— Но, господин Контролер, без них не было бы голопрезентации… то есть… книги…

— Ладно, лети дальше… только быстро!

— Да. Э-э… Спасибо Михалу Цетнаровскому, который отлично отредактировал текст, Агнешке Павликовской за классную корректуру, Йоси Орловской за помощь в проекте и Конраду Куцминскому за красивое оформление. И вообще всем, кто помог мне в презентации глубинного скольжения…

— Скольжения, из-за которого ты чуть не сжег здание! Но об этом я еще поговорю с тобой, как и с Миртоном. Нечего улыбаться, Миртон! Ты мне тоже ответишь! Подлевский, продолжай!

— Есть! К новым участникам проекта присоединились Михал Захоровски и Земовит Аркадиуш Здерски, которые представили новые расы Чужаков, присутствующие в третьем томе.