Возвращение. Часть I - Даниил Корнаков
— Скажите, вы и впрямь намерены перевести в Антарктиду ваших людей?
Эрик не отвечал.
— Ну же, нет смысла играть в молчанку, — подначивал его Уильям, тряся дневником в воздухе.
— Да, намерен, — ответил ярл. — И для этой цели сделаю всё, что в моих силах.
— Это похвально, весьма похвально! Знаете, откровенно говоря, у нас с вами много общего. Бог даровал нам огромную ответственность, и мы не должны посрамить его выбор. — Уильям указал на Арину. — Жаль только, вон та юная леди не сильно верит в вашу затею с переселением, хоть и весьма хорошего мнения о вас.
Эрик метнул короткий взгляд на Арину — на её подбородке залегла упрямая ямочка, выказывающая неловкость.
— Вынужден не согласиться, — ответил Эрик, вернув внимание к Уильяму, — между нами нет ничего общего, несмотря на одиноково отведённые нам роли.
— Вот как? Позвольте спросить, почему вы так думаете? — Уильям с нескрываемым в голосе любопытством подался немного вперёд.
— Видите ли, мистер Морган, я даю своим гостям кров и пищу, а не обкрадываю их, отнимая электричество и корабли. Совершивших преступление я наказываю, а не убиваю на глазах сотни очевидцев, и уж тем более не развешиваю их тела снаружи для запугивания…
— Всё перечисленное вами вынужденные меры, совершенно не приносящие мне удовольствия… — Уильям постучал пальцами по обложке дневника. — Но как говорилось в Библии: «От дней же Иоанна Крестителя доныне Царство Небесное силою берётся, и употребляющие усилие восхищают его»*(из Евангелии от Матфея (11:12). Каждое судно, малое и большое, каждый ватт, каждая жертва служит высшей цели — созданию армии, которая защитит избранных и приведёт их к спасению. И на такое я готов пойти без всяких сожалений.
Эрик выслушал сказанное фанатиком с каменным лицом.
Арина испустила длинный вздох.
— Вы прочитали дневник, — сказала она устало и скрестила руки на груди, — и теперь в курсе, что нам удалось пережить. Так что же…
— Хотите узнать, верю ли я вам? — прервал её Уильям. — Что ж, вот вам мой ответ: да, верю. Более того я глубоко убеждён, что ваше появление здесь ничто иное, как Божий промысел. Господь оберегал всех вас на этом трудном пути, помог выжить и вырвал из лап мерзких тварей! И… привёл вас сюда, ко мне, к Его посланнику… с вестью об оружии, способного изгнать демонов с захваченных ими земель! — Его глаза сверкнули лихорадочным блеском. — Осталось лишь только одно — забрать то, что принадлежит мне… — Уильям посмотрел на Арину. — Этот Буров, где он сейчас? В твоём дневнике об этом ни слова.
Арина молчала. Она взглянула на Матвея, и едва заметным покачиванием головы велел ей не отвечать.
— Ну же, не будем всё усугублять… — Уильям расплылся в широкой улыбке. — Неужели не ясно? Оглядитесь! Это исповедальня, дети мои, а вот этот дневник — ваше раскаяние. Теперь вы все прощены. Я отпускаю вам грех, сотворённый вами минувшей ночью. В конце концов, вы Его посланники! Его дар! И я не имею права худо относиться к его подношению…
Но никто из присутствующих не торопился ему отвечать.
— Хорошо… — Уильям перебирал гранату в руках, подбрасывая её как игрушку. — А давайте-ка… — Он нервно хихикнул. — Дайте-ка мы просто представим на минуту, как я выхожу отсюда, так и не получив ответа на свой простой вопрос. — Он кивнул на выход из камеры, — И тогда вечером эта дверь вдруг приоткроется и сюда бросят окровавленный свёрток. А внутри окажется завёрнут… младенец, мёртвый младенец. Как вам такой расклад?
По позвоночнику Матвея прополз холодок. Он не ослышался? Этот мерзавец угрожает им убить ребёнка⁈
— «Звёздная…» — раздался дрожащий, перепуганный до смерти голос Нади. — Если он выжил, то будет там. Станция «Звёздная».
Губы Уильяма тронула довольная усмешка, не вызывающая ничего, кроме чувства омерзения. У него получилось дёрнуть за правильную ниточку.
— «Звёздная», хм… Мне стоило догадаться. — Он задумчиво поглаживал свою бородку. — Весьма скрытные люди, не доверяют чужакам, редко торгуют с другими станциями. Но и среди них у меня имеется один из верных мне последователей. Уж она точно знает, достиг ли своей цели господин Буров…
Матвей смотрел на сжатую в руке гранату и гадал: смог бы он перехватить её прежде, чем эта сволочь нажмёт на кнопку?
— До чего же вы отвратительны… — прошептала Маша и наморщила нос так, словно в камере повис жуткий смрад. — Меня тошнит от вас.
Матвей выступил вперёд. Сейчас не время и не место говорить о морали.
— Вы узнали правду, узнали, что мы не солгали.
— Это верно, и, как я уже сказал, этот грех вам отпущен.
Матвей уловил неладное в услышанном.
— Этот грех?
Уильям глубоко вздохнул и поднялся со стула. Он постучал в дверь, и та немедленно открылась. Юноша охранник сразу вскинул автомат, но как только заметил целого и невредимого предводителя, округлил глаза.
— Отец Морган… — с придыханием пробормотал он.
— Видишь, сын мой… — Граната в его руке исчезла, незаметно скользнув в карман. — Никто из них не посмел тронуть божьего посланника.
Несмотря на отвращение, которое вызывал Уильям Морган, Матвей не мог не признать его мастерства в искусстве манипуляции.
— Знаете… — Вдруг обернулся к ним Уильям, — я вынужден признаться, что не был до конца честен с вами, и кое-что утаил, желая выяснить правду о местонахождении оружия. Да, я поступил плохо, очень плохо, и потому прямо сейчас хочу признаться, быть с вами откровенным.
Он поднял свой до мурашек спокойный взгляд в их сторону. У Матвея внутри поселилось чертовски плохое предчувствие. Молодой охранник озадаченно уставился в затылок Уильяма.
— Господь прислал вас сюда не только, как вестников о существовании оружия, — продолжал фанатик, — но и как доказательство того, что от его карающей длани не скроется ни один преступник, посмевший пойти супротив преданных ему последователей.
Матвей инстинктивно прикрыл рукой стоявшую позади Машу.
Уильям продолжал:
— В конце января этого года я тайно отправил отряд своих храбрых последователей перехватить судно, направлявшееся в Захваченные Земли. Мой информатор из «Мак-Мердо» сообщил, что на его борту находится крупный вездеход — такой весьма кстати пришёлся бы Братству. И какое совпадение: этот самый вездеход сейчас стоит на вашем корабле…
Желваки Уильяма
