Гордость, ярость и демон - Вениамин Шер

Три года назад они расселили последних выживших, что пришли на их базу, с тех пор так и живут. Модернизировали цеха под громадные многоярусные теплицы, построили многоэтажные дома и возвысили стены. А личная шахта по зарядке батарей Тиберона с мощным реактором могла бы им дать статус суверенного города в постапокалиптичном мире, если бы не малая их численность.

Год назад за них взялось Содружество, требуя передать всё управление под их контроль. Вот тогда ребята и начали задумываться о новом противостоянии, но очень боялись за женщин и детей, в их мини-городке. Они не решались в открытую спорить с гигантом и как можно дольше оттягивали время.

— Именно поэтому мы хотим предоставить вам две пары профессиональных рук и мощнейшие вычислительные ресурсы. Чтобы покончить с делом, начатым нашим отцом, — сказал голос за кадром, когда своё повествование закончил Еркас.

Парень удивлённо взглянул за камеру, а Кохран растянул улыбку до ушей. Сзади к ним подошёл лысый мужик лет сорока, с неестественного цвета — очевидно, крашенными — бровями и ресницами.

— Приветствую вас, Ваяли и Крондо. Я Раскан… Теперь не побоюсь второго имени: Норс. Старший сын главы освободительной партии Рассвет, а ныне командующий поселением Ракудат. Наслышан о вас. Но мне хотелось бы переговорить с остальными членами вашей команды, — сказал он и мускулистыми руками обнял своих товарищей, вглядываясь в экран.

— Здравия, Раскан. Сожалею, но сейчас все заняты подготовкой к приёму беженцев, — пожал я плечами. Мне сейчас не улыбалось после скандала тащить Русю на дипломатические переговоры.

— Хм… Вот оно как. Дайте знать, когда все соберутся. Мне в полной мере охота пообщаться с вашей… хозяйкой, — запнулся он на последнем слове и поглядел на меня.

— Разумеется. Куда же наш капитан денется, — усмехнулся я, полностью удовлетворившись его мимикой. Сорокалетние мужики читаются легче всего, и по его роже было явно видно, что он принял важное для себя решение. А ещё он просто копия своего отца, только лысый… И понятно почему.

Распрощавшись с забежавшим на «поздороваться» Расканом, мы начали обсуждение насущных проблем — изготовление вируса. Причём, когда они выслушали Ваяли, Кохран рассмеялся и сказал:

— Прекрасная Ваяли, ты, конечно, гений-самоучка, но остаёшься пока что неопытной.

На что она обиженно фыркнула и отвернулась.

Как объяснил Кохран, эта атака, возможно, и удалась бы, но о быстром изменении кода медиа серверов можно было забыть напрочь. Сейчас на всех серверах Содружества используются более продвинутые технологии защиты, нежели на серверах Датарока. К одному из тысячи, возможно, это видео бы и попало, из-за сбоя в последствии главной атаки, но глобальное изменение кода нужно проводить дополнительным сервером. И сервером, которым владеют бывший Рассвет, с названием «КайсконДевять», что был топовым десять лет назад.

Ваяли чуть недовольно, но всё же согласилась с доводами своего «теневого сенсея» и отправила ему на переработку уже написанный вирус. Моя паранойя в этот момент заиграла симфонию Бетховена, и судя по выражению лица моей программистки, у неё тоже. Но мы все же решились довериться им, ибо одни, мы реально можем напортачить.

— Довольно неплохо написано, — покивал он, пролистывая код вируса. — Сейчас мы идём спать, на несколько часов, но ночью обязательно предоставим вам план максимально эффективной атаки, — подмигнул Кохран усталой Ваяли, которая тоже валилась с ног.

— Хорошо, спасибо, — улыбнулась девушка, поправляя свою чёлку.

— И, дорогая, прими наши соболезнования… — покачал головой Кохран, готовый прервать связь.

— Стой! Ты, о чём? — недоуменно спросила она.

— Как? Ты не… — тоже удивился Кохран, но тут его в ребро ударил Еркас.

— Прости, Ваяли. Мы не знали, что ты не в курсе… Сейчас скинем… — сказал парень и прервал связь.

Ничего не понимающая девушка открыла входящее сообщение, в котором содержался лишь видеофайл с припиской «Недавно промелькнуло на медиа сервере Датарока». По подписи, этот ролик определялся как видео с военной экипировки.

— Мастер Саахат⁈ Это Вы⁈ — прозвучал голос хозяина экипировки, он умелой концентрацией отозвал последнего духа-тигра и взмахами руки показал солдатам оттащить раненых.

— И тебе здравия, Давид… — со стороны единственной двери среди просторного зала с потрескавшимися стенами мы увидели выходящего седого учителя.

— Дедушка… — прошептала Ваяли с покатившимися слезами…

Глава 13

Я заскрежетал зубами, когда увидел, как седой хмырь в белом одеянии словно телекинезом сломал шею Саахату. Ваяли же разрыдалась и уткнулась мне в грудь. Даже после окончания видео она не прекращала плакать и в истерике царапала мне куртку. Я знал этого человека. Знал, насколько выдающийся это учёный и наставник. А тот ублюдок сломал ему шею как какой-то игрушке. Улыбаясь и совершенно не чувствуя сожаления за гибель ценнейшего сородича.

«Нет, война войной. Но эти упыри явно перешли все грани», — рыкнул я про себя, обнимая девушку.

Через десять минут она кое-кое как успокоилась и уснула прямо у меня на руках. Крайне нежно я распылил телекинез в небольшую перину, так, чтобы поместилась Ваяли, и вместе со спящей вышел из серверной к лифту.

Там я встретил Хикару. Видимо, спускался по нашу душу. Шикнув и показав ему пальцем жест «тихо» он спросил шёпотом, что, собственно, случилось

— Устала… — качая головой, сказал я, и створки лифта закрылись.

— Так сильно? — улыбнулся японец.

— Двое суток не спала и… Саахат мёртв.

— Как⁈ Откуда?..

— Кое-кто прислал видео последнего боя старика… Остальные вопросы потом, — сказал я и кивнул на лежащую на бочке девушку, сзади нас. — Я пока останусь с Ваяли. Не тревожьте нас часов шесть.

— Понял, — кивнул Хикару. — Но я спустился за вами, чтобы сказать, что появились первые беженцы. Их четверо. Какие-то родственники Мойсе с солдафоном.

— Ну сами управитесь. Мне надо будет кое-кого привести в порядок, как проснётся, — вздохнул я, пожав плечами, и лифт остановился на нашем этаже.

— Конечно. Предупрежу остальных, — сказал шинигами, провожая нас взглядом.

Второй этаж был пуст, так как все наши, скорее всего, на минус-первом уровне, где находится ангар. Поэтому я беспрепятственно прошёл до нашей комнаты, а зайдя вовнутрь, заблокировал дверь и аккуратно уложил Ваяли в кровать.

Оставлять её одну я не хотел, не только потому что я такой сентиментальный. Просто банально нужно проконтролировать её состояние после пробуждения. К тому же, сейчас мне спускаться ко всем остальным нет никакого смысла,