Пустой II – часть 1 - Артемий Скабер

Остался один.

— Рейланд! — позвал меня Кайр. — А ты чего? Испугался?

Перевёл на него взгляд и пытался прочитать в его глазах хоть что-то. Это он? Но там ничего не было.

В коридоре нас встретили девушки.

Они вышли из своего корпуса минутой раньше нас, и сейчас стояли в построении у двери в общий проход, ожидая, пока их выведут. Накидки на них лежали так же ровно, как и у нас. Жетоны с двумя чашами на одной оси. Лиара стояла впереди. Тёмная коса лежала через плечо вперёд. Она всегда перебрасывала её на грудь, прежде чем встать на построение.

Когда мы поравнялись, она повернула голову.

— Рейланд.

Я кивнул.

— Больше тебе не повезёт, — сказала она тихо, чтобы услышал только я, — я не дам тебе зайти за спину.

Замечание противника, который изучил твою линию работы и решил её закрыть.

— В следующий раз, — ответил я так же тихо, — я не буду ждать, пока ты начнёшь действовать.

Она коротко кивнула. Нарта рядом сделала вид, что не смотрит на Тавра. Тавр сделал вид, что не смотрит на неё. Это длилось одну пульсацию, после чего Нарта подняла голову и хмыкнула:

— Челюсть держится?

Тавр выпрямился так быстро, будто рядом с ним встал Гарст.

— Держится.

— Жаль. Я хотела ещё раз.

— Колдунья, — пробормотал Тавр себе под нос.

Она услышала. По тому, как у неё дрогнул угол рта, стало ясно. Но не обернулась, отвернулась чуть дальше, чтобы Тавр это видел и злился.

Бренна прошла мимо Вариса и на ходу бросила:

— В следующий раз я не полезу весом.

Парень проводил её плечо взглядом и сказал в воздух:

— Умная женщина… страшнее сильной.

— Она и сильная, — напомнил я.

— Тем хуже.

Эсса шла последней. Когда она проходила мимо Одра, тот на неё даже не повернулся. Эсса тоже не сказала ему ни слова, только проводила взглядом его шаги.

Я уже знал, если он делает вид, что не заметил, это ничего не значит. Внутри у меня впервые с вечера потеплело. Этих девушек месяц назад мы клали лицом в землю, или они клали нас. И вот мы здесь, в одном коридоре, идущие в один зал, и каждая из них считает нас за противника, которого нужно учитывать. Это не дружба, это лучше. Признание.

У дверей в один из корпусов остановился Сарн. Гирт стоял рядом, но не впереди, как обычно.

— Рейланд, — произнёс Сарн.

Тавр у моего плеча напрягся, Варис чуть подался вперёд, а Одр повернул голову.

Я остановился. Меня и по имени? Да что за день такой…

— Что?

Сарн посмотрел на меня без злости и насмешки. От этого стало хуже, чем от любого его обычного оскала.

— Между нами больше ничего нет, — бросил он.

Я молчал.

— Ты доказал, что не просто купил себе место, — добавил он. — Признаю.

Кивнул мне, развернулся и пошёл. Гирт двинулся за ним.Тавр уставился на их спины

— Это сейчас что было?

— Плохой знак, — ответил Варис.

— Интереснее, чем раньше, — добавил Одр.

Я смотрел Сарну в спину и не верил ни одному его слову. Когда человек вроде него перестаёт бить в лицо, это не значит, что он простил. Просто он нашёл другой способ меня достать.

Значит ли, что это он в мешок лазил?.. Не знаю. Как же меня уже достало постоянно гадать.

В зале нас ждали.

Подстилки лежали кругом, как на уроках Эстера, только круг был больше. В центре, у низкой тумбы из тёмного дерева, стоял Кайр. На тумбе сегодня не было ни плоской чаши, ни палочки. Вместо них лишь узкая длинная шкатулка из светлого камня, гладкая, без вырезанных рисунков и украшений.

Расселись быстро. Я опустился на подстилку между Тавром и Варисом, Одр устроился чуть дальше. Девушки сели полукругом справа. Сарн со своими — слева. Гирт сел рядом со своим лидером, но впервые за всё время чуть подвинул свою подстилку, чтобы между ними оставалось расстояние в пол ладони.

Дверь открылась. Эстер вошёл в зал так, как входит человек к скоту, который сегодня будут сортировать.

Накидка тускло-голубая с чёрной полоской по краю лежала на нём ровно, как всегда. Лицо узкое, спокойное и неприятное. За ним вошли двое в серых накидках с золотой полосой. Младшие учителя, я узнал одного из них по проходу через двор. Они встали у стен, поодаль, и больше не двигались.

Эстер прошёл в центр и положил ладонь на шкатулку.

— Сегодня, — проговорил он медленно, о чего тишина в зале стала плотнее. Все знали его манеру и это не сулила ничего хорошего. — Вы получите то, ради чего большинство из вас пришло в школу. Возможность перейти на Росток.

Кто-то на дальней подстилке коротко выдохнул. Эстер не повернул туда головы. Я успел сдержать улыбку.

— Вы получите ни силу, ни победу, а возможность. Не путайте.

Он сделал короткую паузу.

— Пилюля, которую вам дадут, открывает окно между телом и Зерном. На короткое время сосуд перестаёт сопротивляться росту.

Учитель обвёл нас взглядом. На каждом останавливался ровно на пол пульсации.

— Каждая из этих пилюль, — он постучал пальцем по шкатулке, — стоит дороже всего, что заработают ваши семьи. В её основе ядро зверя стадии Узла. Зверя, рядом с которым большинство умрёт, не успев понять, откуда пришла смерть.

Тавр у моего плеча сглотнул, я услышал, потому что в зале не было других звуков. Внутри у меня прошёл тонкий холодок, не от страха, а от узнавания. Нурр был на стадии Ростка, когда я на зерне. Если бы не ловушка и его глифы, я бы не победил. А тут Узел… В памяти всплыл рассказ Тавра про мать, которую принесли в трёх кусках на двух досках. И из такого зверя сделали одну пилюлю?.. Чтобы дать её нам, чтобы у нас появилась возможность…

— Школа даёт столько сколько нужно, — продолжал Эстер. — Потому что иногда даже из плохой земли вылезает годный росток. Обычно вторую дают тем, кто не сумел с первого раза и не разорвал сосуд. Это был резерв на случай ошибки.

Он перевёл взгляд по кругу.

— Вторую вы потеряли. Помните об этом, когда будете глотать ту, что у вас осталась.