Потерянная Мэри - Даниэль Брэйн

– Ее схватили с самого верха. Некогда было выбирать. Если бы Харгрейв дошел до тревожной кнопки… Он шел не к своему посту, когда на него напали, он шел от него. Ему нужно было сделать всего один шаг.

Может быть, не один, но он не успел, и Джекки не тешила себя напрасной надеждой. Она читала краткое заключение ментора Руис, бессменного эксперта государственной стражи, и в этот раз доктор Руис давала заключение, пока человек был еще жив.

Капрал Харгрейв когда-то поразил Джекки многим. Он напомнил ей ее саму – в нем было столько же решительности, готовности идти до конца, нарушать правила, когда того требует обстановка, но образование не позволяло ему подняться на следующую ступень. Все, что смогла сделать Джекки, это забрать Харгрейва из патруля, но максимум, который ей был разрешен, привел к трагичным последствиям, и она до сих пор не знала, права ли была тогда, когда возомнила себя чьим-то учителем.

Учителем она оказалась плохим.

– Рик, – потормошила она сидевшего без движения полковника, – все, что я тебе рассказала, похоже на то, что я пытаюсь изо всех сил выкрутиться и представить все чистой случайностью? Харгрейв, попытка ограбить архив? Что это банальная кража, а не заговор? Что Татэму сейчас генерал говорит, возможно, не то что нужно? Что мы уже зашли слишком далеко? Отступить еще можно? Нам всем?

Рик медленно поднялся, многозначительно скривил губы и взглянул в сторону двери генеральского кабинета.

– Как ты это делаешь, Джекки? Мне хватило пару раз посмотреть на твою работу, чтобы до меня дошло: это не я тебя буду учить…

– Ты мне так грубо льстишь, – с усмешкой перебила его Джекки, – будто в курсе, что генерал посадит меня на твое место.

– А он собирается? – Рик не особенно удивился.

– Нет.

– Очень жаль. Я был бы избавлен от кучи бумаг. Она мне ночами уже снится, еще пара лет, и на моей урне напишут: «Сожжен с материалами дела»… Не то чтобы я собрался прямо сей момент помирать…

Рик осекся и поморщился. Шутка и впрямь прозвучала неуместно, учитывая, что Харгрейв мог не пережить эту ночь.

– Никто из нас не знает свое время, – произнесла Джекки, понимая, что Рик не собирался бить ее по только что полученной ране. – Мне до сих пор припоминают театр.

– Он отлично горел.

Джекки не имела к пожару в театре ни малейшего отношения. Бестолковое здание вспыхнуло спустя несколько месяцев после первого и единственного спектакля. Никто не узнал, почему однажды ночью в окнах заплясали желтые отблески. Ветра не было, к утру низкое небо надышалось прогорклым дымом и долго плевалось дождем, и Кин, прогулявшись по обгорелым останкам храма искусства, попинал носком сапога почерневшие камни и принял предложение Джекки перейти под ее руководство. Пожарная безопасность, которой он посвятил столько лет, в тот день его доконала.

Капрал Харгрейв согласился на предложение сразу же после того, как Джекки раскрыла тайну старичка, обнаруженного в театральном шкафу.

Капрал Харгрейв получил смертельную рану в короткой схватке с грабителем, покусившимся на архив. Как теперь понимала Джекки, это было случайностью. Нелепой, трагической, но в чем-то закономерной. На месте Харгрейва мог оказаться любой.

И еще Джекки выяснила, что здание госпиталя дает подозрительную усадку, и ей хотелось бы знать, в курсе ли градостроительная комиссия или главный врач. Этот вопрос стал на какое-то время первоочередным.

– Джекки? – Голос Рика, неузнаваемый, донесся до нее издалека, и она коротко мотнула раскалывавшейся на части головой, не желая никого слышать. – Джекки, о чем ты вообще говоришь?

Рик взял ее за плечи и развернул к себе. Джекки протестующе дернулась, приходя в себя. Боль ударила еще раз и ослабела.

– Джекки, – тревожно повторил Рик, не впервые окликая ее и что-то пробуя объяснить. – Я не считаю, что ты подтасовываешь факты. Генерал, когда узнает, что ты сообщила мне намного больше, чем успела сказать ему, скажет тебе то же самое. Ты не могла ничего предотвратить. И ты не в ответе ни за театр, гори он еще раз, ни за архив, ни за Харгрейва. Ты поняла, что произошло в архиве, я согласен, все так и есть, если Харгрейв придет в себя… – он кашлянул. – Когда Харгрейв придет в себя, убежден, он расскажет нам то же. Но, Джекки, этого недостаточно.

Рик опустил руки, и Джекки, воспользовавшись возникшей свободой, сползла со стола в кресло.

– Мы знаем, что случилось, не знаем почему. Это все еще может быть… – Рик опять покосился на запертую дверь генеральского кабинета, и происходить там могло все что угодно. – Мне нужны, нам нужны доказательства против версии, из которой я…

– Не ты, – бесцветным голосом поправила его Джекки.

– Тем более, – отозвался Рик с заметным облегчением. – Доказательства против версии, которую я не выстроил, но я тебе изложил. Ошибка будет непростительно дорого стоить, ты же понимаешь это прекрасно, и головы полетят все, Джекки. Моя, твоя, генерала, судьи Торн, Эйтана… Кину достанется за компанию, потому что – ну а что он тут так близко торчит.

– А Зебеки?

– А что Зебеки? – озадачился Рик. – Зебеки будет молчать, она-то как раз мечтает о звании ментора… Скажи мне: если картина не цель, что он вынес?

– Мог не успеть вынести, – предположила Джекки, вызывая в памяти хранилище с постоянно открывающейся дверью. – Кто бы он ни был, он знал, что он ищет. Нашел или нет? В той комнате ничего не перевернуто, все предельно аккуратно, и все ненадежно. Ты видел? – Рик кивнул. – Одно неосторожное движение… Он архивист? Ставлю на то. Посторонних не было. То, что он искал и, вероятно, нашел, небольшое. Такое, что легко можно нести и быстро сунуть в карман – руки у него потом были заняты. Отправлю Кина, пусть пороется там и сравнит этот склад с архивными списками, а то он совсем заскучал.

– У меня есть лучшая кандидатура, – расплылся в злорадной ухмылке Рик. Джекки встала. – Задание как раз для того, кто мечтает сменить наши стены на эту конюшню. Пойду к генералу, и да, капитан Девентер, взыскание за превышение полномочий и несоблюдение