Призванная для императора - Милена Кушкина
– От хворей драконьих. Это неприхотливый цветочек, и на него всегда спрос есть, – пояснила женщина.
Я только обрадовалась, что тут так легко можно денег заработать. Но на всякий случай отсыпала в карман половину денег, что от дракона остались. Даже если старушка неплохо себя обеспечивает, мне надо и самой что-то покупать.
Из дома вышли пораньше, чтобы не опоздать к началу торгов.
На улице было зябко, и я куталась в старую накидку, которую нашла в шкафу. Лане она была слишком узкой, а мне в самый раз. Наверное, осталась от кого-то из прежних жильцов.
– Скоро морозы начнутся по ночам. Хорошо, что нам экономить дрова не приходится, – довольно сказала старушка.
На единственной площади в центре поселка уже кипела жизнь. Словно из ниоткуда один за другим появлялись торговцы с ручными одноколесными тележками. Продавцы толкали свои тачки, груженные товарами, и расставляли их полукругом.
В сторонке уже собирались деревенские жители. Они негромко переговаривались между собой в ожидании начала торгов.
Лана обеспокоенно кого-то высматривала.
Подойдя ближе, она подошла к какой-то серой, почти безликой женщине.
– Шарна, а где Мар? – спросила Лана.
Женщина лишь подняла на старушку почти прозрачные глаза, будто в них вода стояла.
– Так забрали же его, – прошептала Шарна. – Был тут как-то наместник, там у кого-то документы важные пропали.
Женщина кивнула в сторону высокого здания, где я побывала при оформлении документов на дом.
– Ценности пропали какие-то, денег целый мешок. А нашли их, говорят, под порогом у Мара. Вот его и забрали, – Шарна тихонько всхлипнула.
– Прям так все у него и было? – Лана в ужасе прижала морщинистую ладонь к груди. – Он же честный мужик. Другим всегда поможет, чужого не возьмет…
Шарна только головой покачала.
– Видела я этот порог. Заходила, когда Мара увели. При обыске всего-то одну половицу отогнули в три пальца шириной. Разве ж там такие сокровища спрячешь?!
Судя по новостям, дров от неизвестного мне Мара ждать не стоило. Интересно, не мои ли деньги там так удачно пропали?
Лана выглядела взволнованно, у нее мелко дрожали руки, и она нервно покусывала нижнюю губу. Очень многое теперь зависело от того, как удачно она продаст свои цветы.
Наконец, торговцы разложились, выставив товары прямо на тележках, прикрыв запасы покрывалами.
Местные же разделились на две группы. Одни пытались сбыть принесенные вещи, а другие ходили от одного прилавка к другому и приценивались. Но брать не спешили.
Лана пристроилась в конец очереди к скупщикам. А я успела пройтись и поглазеть на товары.
Одни торговцы предлагали ткани, нитки, резинки и пуговицы, другие — различную посуду и домашнюю утварь. Был даже торговец обувью, который с интересом смотрел на мои кроссовки, выглядывающие из-под простого платья.
Больше всего же было тех, кто предлагал продукты. Мед, масло, мука, овощи. У последнего торговца были какие-то камни и медальоны. То ли украшения, то ли что-то магическое.
Местные шептались, что цены уж больно выросли.
Я решила дождаться Лану, как раз подошла ее очередь.
Большинство жителей деревни отходили от скупщиков расстроенные, редко кто из них сжимал в ладони несколько заветных монет.
Торговец лишь глянул в корзинку и покачал головой.
– Ээээ, нет, огнецвета был хороший урожай в долине. Там эта трава сочнее вашей горькой высокогорной, – сказал он. – Не буду брать здесь, я там много купил. Теряешь ты хватку, бабуля!
Лана отшатнулась. С лица ее кровь схлынула, и она стала белой как мел.
Я испугалась за свою старушку.
Подойдя ближе, я посмотрела на этого торговца. Хитрый мужичок, с прищуром. С такими нужен особый разговор.
– Ну и зачем вы набрали этой водянистой травы? – спросила я пренебрежительно.
Мужик выпучил глаза, словно не ожидал, что кто-то с ним заговорит в таком тоне.
– Разве вы не знаете, что горная трава всегда лучше? Она потому и горчит, что в ней целебных свойств больше. А нежную травку вам разве что в салат покрошить надо. Только понюхайте, – я выхватила корзинку из рук Ланы и мужику под нос сунула. – А теперь попробуйте то, что вы в долине взяли. Там и половины не будет. Вы эту траву драконам собрались продавать или кроликам?
Лана хотела оттеснить меня и потянулась за корзинкой.
– Кто такая? – недовольно буркнул торговец.
– Ученица ее! – ответила я еще до того, как Лана успела рот открыть.
Мужчина с подозрением окинул меня взглядом.
– Ладно, – он потянулся к кошельку. – В этот раз возьму, но много дать не смогу.
На ладонь старушки опустилось 5 монеток.
Это было ничтожно мало!
– Мне чешуйчатку надо, – понизив голос, спросил мужчина. – У вас нет?
Лана покачала головой.
– Я давно в горы не лазила, возраст уже не тот, – со вздохом произнесла она.
– Жаль, сейчас самый сезон, – сказал мужчина, пересыпая в коробочку купленные за три медяка сухоцветы.
– В следующий раз будут, – уверенно ответила я ему.
Лана даже не сопротивлялась, когда я потащила ее за покупками, да и выглядела потерянной.
Надо было с умом распорядиться оставшимися средствами. Местные недоуменно переглядывались, но покупать не спешили.
– Что-то не так? – спросила я у Ланы, недоумевая, почему ее так расстроила ситуация со скупщиком.
– Цены выросли с прошлой ярмарки почти в десять раз, – сказала бледная старушка, голос ее заметно дрожал. – А скупщики сегодня мало кого порадовали.
Женщина с сожалением смотрела на монеты, что тускло поблескивали на сухонькой ладони.
– На вырученные деньги я теперь смогу лишь немного крупы купить или муки самой плохой, которую обычно на клей берут.
– И часто у вас такое бывает? – спросила я, припоминая, как в моей жизни постоянно росли цена, а пенсии и зарплаты за ними не успевали.
Лана только головой покачала.
– В несезон всегда дорожает что-то, но когда хороший урожай, то цена ниже становится, – ответила она.
Какой-то резкий скачок цен для осени. Может, неурожай?
Еще страшнее было то, что зимой цены станут еще выше. Это понимали и остальные жители села.
Торговцев же бедственное положение жителей села нисколько не волновало. Неужели в других селениях они смогли продать больше?
Я достала свои деньги. Лана немного оживилась, глядя на горстку монет.
– Купим только самое необходимое, – сказала я. – Без излишеств.
– Это все твои деньги?
