Академия Верховных - Вилен Жи

– Здравствуй, Анаис. Я привела тебе компанию.

– Доброе утро, мадам Жорден… Привет, Алисия.

Мой голос был спокоен и выдержан, хотя внутренне я хотела прыгать от радости и танцевать.

– Эта девушка не переставала расспрашивать меня о тебе все эти дни.

С заполненным едой подносом в руках Алисия подошла к столу и оставила там завтрак.

– Как твои дела? – шепнула она мне.

– Я оставлю вас наедине, – вмешалась директриса. – И, Анаис, я бы хотела, чтобы ты зашла ко мне после обеда.

– Да, конечно.

С этими словами она развернулась и покинула нас.

Как только за ней закрылась дверь, Алисия воскликнула:

– Ты свободна!

– Конец наказания – это даже лучше Рождества!

Мы рассмеялись, так же как я делала это с Полин. Наша встреча доставляла мне безумное удовольствие. Я едва ли знала эту девчонку, мы разговаривали только один раз, но ее присутствие мгновенно подняло мне настроение.

– Ладно, хочешь, я расскажу тебе, что ты пропустила?

Алисия сняла туфли и присела на мою кровать. Удобно устроившись, она скрестила ноги, а затем пригласила сесть напротив.

– Ага, располагайся поудобней и чувствуй себя как дома! – фыркнула я.

– Ой, заткнись! Я прекрасно знаю, что ты рада меня видеть!

Это правда.

Я взяла стакан апельсинового сока и маффин, а затем села рядом.

– Итак, все меня ненавидят? – спросила я, откусывая от своего кекса.

– Я бы скорее сказала, что все тебя боятся!

– Боятся?

Алисия энергично кивнула с довольным видом, как будто это хорошо, что я запугала всю школу.

– Ты-таки утерла нос Кларе, самой крутой девчонке в Академии. Если бы ты видела, как она нервничала, это было потрясающе! Ее отец приехал и угрожал мадам Жорден… Кстати, как тебе удалось провернуть нечто подобное?

Алисия явно упивалась случившимся, положительно оценивая мою выходку. Я поморщилась, не чувствуя никакой гордости за содеянное.

– Брось, из-за этого мне даже не хочется возвращаться на занятия!

– Почему это?

– Все меня ненавидят… ну, может быть, кроме тебя.

– Подумай еще раз, – ответила она с хищной улыбкой на губах.

Я вопросительно приподняла бровь, подталкивая ее рассказать мне больше. Так она и сделала:

– Представь себе, Гюго и Тома поссорились из-за тебя!

– Серьезно?

– Ага, в эту пятницу. Некоторые ученики обсуждали тебя до того, как появилась мадам Пуарье. Тома встал на твою защиту, что не слишком-то понравилось его кузену: тот посоветовал ему держаться от тебя подальше.

Некоторое время я сидела с открытым ртом, получив слишком много информации за один присест.

– Погоди, не спеши… Гюго и Тома двоюродные братья?

– Ты не знала об этом?

Не знаю, что меня больше шокировало: то, что они оба пытались так или иначе защитить меня, или то, что они из одной семьи.

– Нет, я не знала… Они же ненавидят друг друга.

Алисия объяснила, что они никогда не ладили и постоянно соревновались между собой, и это даже привело к возникновению напряженности между их матерями.

– Безумие какое-то!

– Думаю, по сути они одно целое. Что тот, что этот – оба придурки, – твердо заявила Алисия.

Она рассказала о том, как они здесь учились, соревнуясь из-за всяких мелочей. Эта девчонка была осведомлена обо всех сплетнях лучше, чем журнал «People»[5]. Затем она спросила о моем поступке, который стоил мне неделю заключения, и я объяснила, что мало что контролирую, когда дело доходит до способностей. Она пообещала мне помочь, чем сможет.

Час сплетен окончился. Алисия взглянула на свои часы.

– Уже тринадцать ноль-ноль. Ты вроде хотела позвонить?

Я тут же вскочила с кровати и направилась к двери, даже не переживая о том, во что сейчас одета.

– Мне нужно поговорить с бабушкой!

Верх – в цветах Академии, низ – поношенные спортивные штаны, на ногах – розовые тапочки. Именно в такой одежде я поспешила на первый этаж в компании своей новой подруги. В холле она объяснила, что планировала заскочить в библиотеку, и предложила встретиться позже. Я кивнула и со скоростью света ринулась по правому коридору от лестницы.

– И не забудь после этого зайти к мадам Жорден! – бросила она мне вдогонку.

Когда я вошла в помещение для звонков, тут уже было много учеников, но никто не обратил на меня внимания: все были поглощены телефонными разговорами. Поскольку свободной телефонной будки пока не было, я отошла в угол, нервно ожидая своей очереди. Как только освободилось место, я бросилась к нему, провела своим пропуском и поспешно набрала домашний номер бабушки.

– Веснушка, милая.

Ее мягкий голос тронул меня. Я коротко всхлипнула.

– Ну дорогая, все будет хорошо, – поспешила успокоить меня бабушка.

– Просто… просто я скучаю по тебе.

– Я тоже скучаю по тебе, дорогая, я с нетерпением ждала твоего звонка… Как ты себя чувствуешь?

Здесь и сейчас я была рада наконец поговорить с ней. Остальное – это уже другая история.

– Все эти дни мне было очень нелегко, – прошептала я, чтобы меня не услышали.

В очередной раз бабушка пообещала мне, что все будет хорошо.

У меня пересохло в горле. Я рассказала ей, что случилось со мной на этой неделе, и она внимательно выслушала меня.

– Это только начало… Это нормально, что ты не очень хорошо справляешься со своим даром, тебе нужно учиться, дорогая.

Чтобы не волновать ее, я попыталась перестать хандрить и заверила, что сделаю все возможное, чтобы контролировать себя в будущем. Но как только я собиралась спросить ее, когда мы увидимся, связь прервалась. Разрешенные двадцать минут истекли.

– Паршивые правила! – возмутилась я, с силой опуская трубку.

Тотчас я поймала на себе взгляды нескольких учеников. Чувствуя неловкость из-за вспышки раздражения, я выбежала из комнаты. И остановилась только после того, как оказалась перед кабинетом директора, часто дыша. Сосредоточившись, я попыталась успокоить бешеный пульс.

Теперь чуть более расслабленная, я постучала пару раз, надеясь, что она ушла. Я до сих пор не знала, что она хочет мне сказать.

– Войдите, – донесся до меня ее голос из кабинета.

Я прошла внутрь, молча закрыв за собой дверь. Мадам Жорден тщательно осмотрела, а затем одарила мягкой улыбкой.

Если бы я попыталась представить ее кабинет до того, как моя нога ступила сюда, мое воображение нарисовало бы что угодно, но не это. Темный ковер на полу контрастировал со светлым на стене, декор же был безличным, да и вообще почти отсутствовал.

– Прошу, присаживайся.

Я села в одно из двух кресел напротив нее. В воздухе разлился приятный фруктовый запах, исходящий, несомненно, от догорающей свечи на полке рядом с ней.