Эльфийский сыр - Екатерина Насута
– Хрена с два. – Ворон опять не удержался. – Любая вменяемая экспертиза покажет, что ранения были нанесены посмертно.
– Это если вменяемая, – отозвался Залесский. – А если купленная, то покажет, чего надо показать…
– А…
– Тыкай! – рявкнул тот, в костюме. – Глыба… не беси меня… он мертвый уже! Давно мертвый… он и ехал сюда мертвым. Или ты покойников боишься?
И по выражению лица Глыбы Леший понял – и вправду боится.
Странный человек.
Но, по ходу, этого, в костюме, Глыба боялся куда сильнее. А потому, склонившись над телом, он пару раз ткнул в него ножом…
– И чего дальше…
– Дальше… Дальше закапывай.
А нож он обернул платочком, убрав в карман.
– И пометь тут… как-нибудь… завтра приведешь… Хотя нет, Глыба… морда у тебя, извини, доверия не внушает. Да и другое дело будет к тебе… Ты. – Тип в костюме ткнул в ближайшего из помощников, который пытался прикрыть могилку слоем дерна. – Ты завтра покажешь могилу… ну и расскажешь, что видел.
– А что я видел?
– Вот это правильный вопрос… идем, я тебе расскажу, что ты видел…
И убрались.
– Шеф, – подал голос Ворон. – А что делать будем?
– Дай подумать…
Леший и вправду задумался. На первый взгляд дело их не касалось. На второй… стремное оно было, а в контексте происходящей вокруг Подкозельска херни вполне себе в рамки задания вписывалось.
И…
– Раскапываем, – решился Леший. – Ворон…
– Что сразу Ворон?
– Болтаешь много… надо будет тело убрать…
– А могилу так и оставим? Пустой?
– А какие варианты?
– Ну… шеф, я тут барсука видел, – подал голос Залесский-младший, правда явно сомневаясь. – Дохлого… недалеко лежит.
– Во…
– Издеваетесь?
– Ты что, шеф… это ж нехорошо выйдет. Завтра люди придут. Искать. То есть с ожиданиями, с надеждами, можно сказать. – Ворон явно веселился и веселья своего не скрывал. – Покойника не найдут. Опечалятся…
– А дохлый барсук их утешит?
Все же чувство юмора у Ворона была своеобразным. Хотя…
– Может, он им хоть как-то компенсирует горечь утраты… И вообще… одно дело – совсем пусто, и другое – барсук… он даже почти целый!
Леший вздохнул.
Поднял очи к небесам, отметив, что до рассвета осталось всего ничего. И решился:
– Неси!
Покойника вытаскивали они с Вороном. На всякий случай Леший еще раз проверил пульс, который отсутствовал.
– Отравили. – Ворон посветил мертвецу в лицо. – Видишь? Губы черные и белки глаз…
Белками это назвать было сложно.
– Тот точно не ошибся, этот еще там, в машине, покойником был… – Ворон наклонился, втянув воздух. – Яд темный… на силе… и на крови.
Он головой потряс.
– Знаешь, шеф, этого надо передавать в центр… я не уверен, но сдается, его редкостной дрянью накачали.
– Передадим.
– В прошлый раз Якутин возмущался, что мы посылку неправильно оформили… что задержанные не могут проходить по графе «Трофейное оборудование». Весь мозг мне выел. А я ж не нарочно. Отменил бы там… акт бы составил… а он мне капал и капал! – Морок помог младшенькому притащить барсука, который по размерам больше походил на небольшого медведя.
– Если бы только тебе. – Лешего передернуло, поскольку только за вчерашний день от Якутина, считавшего себя доктором интендантских наук, не меньше, четыре письма пришло.
И все ругательные.
То рюкзак не с тем инвентарным номером они со склада забрали, будто сами пришли и сами забрали. То вдруг степень износа на момент окончания задания определить требовалось… кто б еще сказал, когда это окончание будет.
То предположить расход боеприпасов.
Ориентировочный.
Ага… а потом, не приведи боже, ориентировочный с практическим разойдется.
– Надо ямку подкопать, а то несолидно выйдет, – заметил Ворон.
Барсук был куда объемней покойного мужика в белых одеждах.
– Подкопаем. – Морок отер руки. – Так вот… я подумал… а давай оформим покойника как материальную ценность? Пускай принимает на ответственное хранение… и условия обеспечивает.
Леший поглядел на Залесского по-новому.
Этакого изощренного коварства он не ожидал.
– Нет… а чего? Как совать мне артефакт с полустертыми силовыми дорожками и нулевым запасом, так это нормально… мол, новых на всех не напасешься.
– А мне истерику устроил в прошлый раз, что ботинки того… – сказал Ворон, вытащив саперную лопатку. – Ну я ж не виноват, что их на полигоне задело. Меня тогда целиком задело… и подгорели немного… Они вообще по первому уровню защиты значились. А там и третьего не наскреблось.
– Вы ж понимаете, что он такого не простит? – Леший и сам вдруг припомнил, пусть не ботинки, но котелок, у которого ручка отвалилась. Может, оно и мелочь, но…
Попробуй им без ручки попользуйся.
И главное, из зарплаты вычли как за новый, а Якутин еще говорил, что Леший ему благодарен быть должен, мол, без штрафных обошлось за порчу имущества.
– Но так-то… если подумать… труп ценный… – Леший обошел покойника. – Вот прям видно, что не простого человека ухайдокали… И сохранить его надо. Для экспертиз там и прочего. Со всем тщанием. Так что…
Основания худо-бедно натянуть можно.
А там Якименко сам пусть разбирается. В том числе и с трупом.
Меж тем яму для барсука расширили. И тушку уложили на спину. Залесский отступил, разглядывая.
– Чего-то не хватает… – Ворон перевел взгляд с барсука на покойника. – Как-то… не похож.
– А должен?
– Ну… если так-то… понимаешь, Леший, вот придут они завтра копать. Раскопают барсука… а трупа нет… и связи с трупом нет. Это же неправильно. Нужно разуму дать зацепку…
Он подошел к мертвецу и, наклонившись, вытащил белую тряпку.
Кашне?
Понюхал.
– Тут отравы нет, да и с уликами без нее проблем не станет… А вот ему… – Ворон нацепил грязный шарф на шею барсука и бережно расправил концы. – Ему пригодится…
– И цветочки! – Залесский притащил букетик. – Незабудочки… Вон, покойник держит же. Тоже беленькие.
Только теперь Леший обратил внимание, что мертвец и вправду сжимал в руке тонкую веточку незабудки.
– Закапывайте уже, – буркнул он. – Чтоб вас…
– Не ругайся. – Ворон аккуратно пристроил и цветочки. Барсук обрел какую-то серьезность, даже появилось что-то донельзя печальное в образе его. – Сам понимаешь… воздух тут такой… на творчество пробивает. Покойся с миром, друг барсук… мы не знали твоего имени…
И голову склонил.
А следом Залесский.
Воздух? Нет, проблемы не от воздуха… проблемы от отсутствия конкретной работы, потому как в армии нет страшнее существа, чем бездельничающий солдат. В нем просыпаются инициативность и фантазия… В общем, перекрестился Леший весьма искренне.
Что-то подсказывало, что если так пойдет и дальше, то барсуком дело не ограничится…
Глава 32,
в которой рассказывается о разнице между магами смерти и некромантами, а также о всяких иных важных вещах
